Не та невеста - Лина Шмидт

Я крепче прижал Алину к себе, чувствуя, как она дрожит, и позволил себе осторожно поцеловать её в макушку. В попытках успокоить и передать всю свою заботу и нежность, начал нежно поглаживать волосы, скользя ниже по спине и обратно.

Я жадно ловил каждое мгновение рядом с ней, ведь оно могло стать последним. Дыхание жены выровнялось, но я продолжал гладить её, целовать в висок, в лоб, в щёку. Везде, куда мог дотянуться. Она приподнялась чуть выше, тёплые губы коснулись моей шеи, а рука легла на мою щёку.

Это меня успокаивало.

Моя жена была для меня всем. Моим домом, моей жизнью, моей любовью. Будто без её присутствия всё вокруг теряло смысл. Всё, чем я жил без неё, это желанием мести, всё, что я чувствовал, это кровоточащие раны прошлого, от которых не сбежать и которые не исцелить.

Я прильнул к ней ещё сильнее, вдыхая её запах, чувствуя тепло её тела. Слишком сильно истосковался по её прикосновениям, по ощущению того, что она рядом.

«Как же я люблю тебя».

Если Алина — это моё испытание, то я проиграл.

Никто не нарушал тишину. Сейчас слова были лишними.

Её движения постепенно замедлились. Как бы я ни старался бороться с усталостью, желая продлить эти мгновенья, недостаток сна дал о себе знать, и я погрузился в сон.

На следующий день проснулся и тихо покинул спальню, пока Алина ещё спала.

Я боялся встретиться с ней после этой ночи. Боялся вернуться в то время, когда её не было рядом.

Возможно, это было глупо, но так мне было проще.

Степа уже приехал в наш дом. Мне нужно было встретиться с Ваней и дядей. Сегодня мы должны были всё закончить.

Дорога до моего дома заняла слишком много времени. Ваня, как назло, не брал трубку. Я надеялся, что его разговор с Эльвирой прошёл нормально.

Когда подъехал, меня встретила Юля. В последнее время она интересовалась делами даже чаще, чем мой дядя.

— Привет, Паш, — она встретила меня на крыльце.

— Привет, — я обнял её в ответ, и мы прошли в дом.

— Ну как дела?

— Да нормально.

Она кивнула мне со слабой улыбкой и скрылась из виду, когда я вошёл в гостиную.

— Брат! — крикнула Марта, подбегая ко мне.

В последнее время мы с ней совсем не общались. Она была занята учёбой, но не уставала постоянно спрашивать о Ване. В этот раз ей не дали этого сделать, так как подошла матушка.

— Здравствуй, сынок, — она потянулась ко мне и чмокнула в щёку.

Я всё ещё был на неё зол за ту выходку, поэтому редко приезжал. Она, казалось, не обращала внимания на мою отстранённость.

— Как дела, племянник? — спросил дядя, подавая мне руку.

Не успел я пожать её, как мне позвонили. Это был Стёпа. Сразу стало не по себе. Если он позвонил, значит, что-то случилось. Я быстро ответил.

— Говори.

— Алине стало плохо, она потеряла сознание, я везу её в больницу.

Мне казалось, что обстановка вокруг была поставлена на паузу, и я слышал только собранный голос Стёпы из трубки.

— Куда везёшь? — мой голос стал жёстким.

— К нашим…

— Вези её в ближайшую больницу! Наша слишком далеко.

— Но...

— Быстро, я сказал! Тебе лучше не знать, что я с тобой сделаю, если ты не успеешь!

— Понял.

— Не отключайся и говори мне, как она! — рявкнул я, выбегая из дома.

Кто-то пытался меня остановить, но это было невозможно. Сейчас была важна только она.

Я прыгнул в машину и дал по газам.

«Это я виноват».

— Стёпа, говори, не молчи!

— Без сознания, но дышит.

Мне нужно было не закрывать глаза на её состояние. Нужно было силком запихивать в неё еду.

От злости ударил руками в руль и резко повернул, чуть не впечатавшись в столб.

Потихоньку меня уже начала накрывать паника.

«Лишь бы с ней всё было хорошо. Иначе я не прощу себя никогда».

21 глава

Паша.

Я гнал машину, не замечая ничего вокруг. Периодически спрашивал Стёпу о состоянии Алины и всё оставалось без изменений. Он успел добраться до больницы первым. Алину сразу увезли врачи, ничего не сообщая.

Вбежав в больницу, я увидел Стёпу в коридоре. Он держался настороженно, глаза внимательно осматривали каждый угол.

Всегда такой осторожный…

— Что говорят врачи? — спросил, хватая его за плечи.

— Ничего, но они узнали, чья она дочь. Так что Ершов будет здесь с минуты на минуту, будь уверен.

— Мне плевать. Сейчас важна только моя жена.

— Я понимаю. Но у меня тоже есть семья. Сегодня я хочу поцеловать своих девочек на ночь, — процедил он сквозь зубы.

Его слова немного привели меня в чувство. Он прав. Никому не станет легче, если мы здесь погибнем. Алина любит меня. Я знаю это. Моя смерть принесёт ей слишком много боли. Этого я допустить не могу.

— Позвони нашим парням, пусть приедут.

— Хорошо.

Пока Стёпа делал звонки, я пытался дозвониться до Вани.

«Ну почему, когда ты так нужен, то не отвечаешь?!»

В панике мерил шагами коридор. Хорошо, что здесь было немного людей, их присутствие только действовало бы на нервы.

Как и предсказал Стёпа, через несколько минут появился Ершов в сопровождении семьи. Мать Алины и её сестра бросились к посту медсестры, выпытывая информацию.

Ершов мгновенно оказался рядом. Мы одновременно схватили друг друга за грудки.

Все вокруг напряглись, готовые к любому исходу.

В коридоре поднялся шум: крики, шёпоты, суматоха. Персонал просил успокоиться… Но никто не двигался.

Я навсегда потеряю жену, не смогу построить семью, если с Ершовым сегодня что-то случится и больница не подходящее место для выяснения наших отношений.

Я вглядывался в его лицо. Алина так похожа на него. Даже взгляд более мягкий, почти нежный и удивительным образом напоминал отцовский.

Его глаза тоже казались добрыми, несмотря на ярость на лице.

«От стресса и напряжения мне мерещится. Это глаза убийцы, в них не может быть доброты».

— Что ты сделал с моей дочерью? — он пытался говорить твёрдо и жёстко, но любому было ясно, как он переживает за неё.

— Ничего. Охрана позвонила и сообщила, что ей стало плохо. Это всё, что мне известно.

Мы продолжали цеплятся друг за друга. Краем глаза я видел, как напряжён Стёпа. Одно неверное движение и нам всем придётся не сладко.

Ситуацию спас врач, появившийся словно