Джейн Эйр. Рождество в Индии - Шарлотта Бронте

Я сидела в большой белой гостиной, ожидая приема губернатора.

Рядом со мной сидел барон Тави и тоже ждал, когда откроется дверь, ведущая в комнату Леона Друкке. Но прошло около получаса, а дверь все не открывалась.

Барон Тави томился, рассматривая других гостей, сидящих здесь же. Тут была сухая дама с густыми рыжими волосами, в углу дремал пожилой индус. Барон Тави повернул лицо в мою сторону и сказал с горькой опустошенностью:

— Теперь все кончено, миссис Рочестер. Мне тоже нужно найти землю для посева культур…

— Но я хочу, чтобы мы остались вместе, — с надеждой произнесла я.

— Нет. Я не могу вам дать никакой земли… То, что вы просите, невозможно…

— Да… это всегда невозможно…

Барон Тави устало опустил взгляд.

— Боюсь, я больше ничем не смогу вам помочь…

— А губернатор?

— Думаю, он ничего не поймет…

— Я тоже мало надеюсь на его поддержку…

Он внимательно посмотрел на меня и спросил, с явным неудовольствием в голосе:

— А где ваш муж?

— Он… скоро приедет.

— Тогда, я считаю, вам лучше просить его, миссис Рочестер.

— Благодарю вас, барон…

В это время дверь, к которой было приковано внимание всех присутствующих, открылась, и оттуда, не глядя ни на кого, вышел толстый идололицый молодой мужчина. Осмотрев беглым взглядом ожидающих, он обратился ко мне:

— Миссис Рочестер? Губернатор к вашим услугам!

Душа моя затрепетала, как бьющийся под ветром осенний лист. Я пересекла гостиную и вошла в просторное помещение.

Губернатор сидел в кресле, его резкие глаза встретили меня холодным уколом. Сложив губы в улыбку, Леон Друкке сухо сказал:

— Прошу садиться, миссис Рочестер.

— Я бы хотела просить вас, — еле слышно начала я, но он сразу же перебил меня.

— Да-да, я слышал о том, что вы хотите уехать… Я знаю, у вас неприятности… У многих теперь неприятности… Я слышал, у вас сгорела ферма.

— Да, — со слезами проговорила я, — значит, вы знаете, о чем я хочу вас попросить?

— Это земля, которую вы хотите получить. Он снова сухо и холодно улыбнулся.

— Вы мне поможете, сэр?! — воскликнула я.

— Простите, миссис Рочестер, — усмехнулся Леон Друкке. — Но это очень сложно, — ни один мускул не дрогнул в его мраморном лице, когда он произнес эти слова. Мне показалось, что они прозвучали в тот миг как приговор моей злосчастной судьбе. Не в силах сдерживать свое отчаяние, я опустилась перед ним на колени, взывая ко всем богам и святыням, и прошептала сквозь душащие меня слезы:

— Ради Бога, спасите, у меня не осталось никого и ничего!

— Вставьте! — крикнул губернатор. — Сейчас же встаньте!

Он подошел ко мне и помог подняться.

— Понимаете, сэр, — с волнением заговорила я. — Здесь сложная страна для женщин, поэтому я прошу вас… вы надежный человек… Мне больше не к кому обратиться…

Леон Друкке молча разглядывал меня. По его неподвижному лицу скользнула тень усмешки.

— Прошу вас, — продолжала я, — давайте обсудим это по-другому… Я потеряла все. Мне очень сложно просить вас… Эта земля принадлежала мне… А теперь мне некуда идти…

Я спрятала свое мокрое от слез лицо в ладонях не в силах более говорить.

Помолчав минуту, Леон Друкке, наконец, сказал:

— Хорошо. Я займусь этим делом… Мы сделаем все, что сможем.

— Неужели?! Вы обещаете мне, сэр? Еще мгновение подумав, перебрав в уме все тайны своего сердца, губернатор ответил:

— Я обещаю вам.

— Спасибо, — сказала я с искренним восторгом. Леон Друкке чуть заметно улыбнулся:

— Надеюсь, вы будете счастливы здесь…

— Я была здесь счастлива, — с горечью отозвалась я.

— Мне очень жаль, что мы не познакомились поближе, миссис Рочестер.

Он кивнул мне, давая понять, что разговор окончен. Со слезами на глазах и с несколько облегченным сердцем я покинула дом губернатора.