Люблю, убью, умру - Татьяна Тронина

— Браслет! Браслет возьми…

Гранаты царственно сверкнули на свету.

— Лис, вот что… — Он остановился в задумчивости на пороге, обернулся. — Пять минут… Ты не могла бы со мной пять минут прокатиться в машине? Последняя просьба! Я бы вообразил, что ты за меня выходишь замуж… Лис, не будь жадиной!

Опять эти «пять минут»!

— Нет.

— Лис, куколка… — капризно, словно ребенок, которому не давали конфетку, заканючил он. — Лис, ну что тебе стоит… Всего пять минут! А потом я верну тебя в целости и сохранности к твоему подъезду! Лис, ты что, не веришь мне?!.

— Уходи. И вообще, что за глупости…

Он вдруг подхватил меня на руки, прижал к себе. Я затрепыхалась, пытаясь вырваться, но он держал крепко. «Как не похожи на объятия прикосновенья этих рук…»

Он вышел на лестничную площадку, захлопнул локтем дверь, и этот звук заставил меня вздрогнуть. Ну вот, теперь придется слесаря вызывать, ключей-то у меня нет! Или ждать у соседки до тех пор, пока не придет Саша…

— Пусти! — прошептала я, брыкаясь изо всех сил. — Немедленно отпусти меня, дурак!

— Лис, я же тебе сказал — всего пять минут! — укоризненно пробормотал он, и я ухватилась за эти слова с надеждой — а что, если это действительно его последняя просьба? Он же не глупый человек, на безумства не способен…

Поэтому я не стала кричать и царапаться — я все еще надеялась, что он именно так и поступит, как обещал. Я только колотила его по плечам, когда мы спускались в лифте…

На улице было холодно, мела легкая поземка… Бегом он пронес меня через двор и темную арку к проезжей части. Рома Пеньков распахнул заднюю дверцу.

Я упиралась изо всех сил:

— Пеньков, дурак… Ты дурак!

Но Денис все-таки затолкнул меня внутрь, и Рома сграбастал меня своими ручищами, чтобы я не вздумала открывать дверь. Денис сел на переднее сиденье, и машина тронулась с места.

Сердце у меня оборвалось. Я ненавидела Дениса.

Мы мчались как ненормальные — один поворот, другой, кто-то резко затормозил сбоку, пропуская нас, послышались проклятия вслед, автомобильные гудки…

Первое время я молчала, ошеломленная, еще не понимая, что на самом деле происходит, а потом принялась колотить и щипать Пенькова, надеясь, что он меня отпустит. Пару раз даже укусила Рому за шею и даже почувствовала на губах солоноватый вкус его крови… Но он все вытерпел. И не выпустил меня из рук.

Мы мчались с сумасшедшей скоростью вдоль набережной, гранитная ограда сливалась в одну сплошную линию, комья грязного снега летели из-под колес…

— Поворачивай, Денис! — взмолилась я, стиснутая в объятиях его вассала. — Ты же обещал…

— Лис, это для твоего же блага, — бросил он, не оборачиваясь. — Ты мне сама потом спасибо скажешь…

— Я тебя ненавижу!

— Лис, милая, я должен тебя спасти…

— Но это произвол, насилие… Это похищение! Уголовное дело — киднепинг.

— Я тебе обещаю, что ни один волос не упадет с твоей головы. Просто ты поживешь несколько дней в моем загородном доме. Помнишь, как тебе было хорошо там, как ты любила гулять в саду?

Я тихонько заплакала от бессильного отчаяния. Я думала о Саше, о том, что с ним будет, когда он вернется и не найдет меня дома. Как он испугается! Нет, он решит, что я сбежала накануне свадьбы. Струсила. Такое бывает иногда с невестами, а что касается женихов, то это вообще распространенный случай…

— Ромочка, а ты как согласился на это? Он много тебе заплатил? — спросила я, умоляюще взглянув на Пенькова. От него жутко несло дешевым табаком и потом. Испугался, голубчик…

— Елизавета Аркадьевна, ну что вы… — пробормотал он. — Никто ничего мне не платил!

— Бесплатно, значит, участвуешь в преступлении?

Нас сильно тряхнуло.

— Отпусти ее, — сквозь зубы угрожающе произнес Денис. — Ну! Убери от нее свои грязные лапы!

— Дэн, она же сейчас попытается сбежать…

— Не сбежит. Она не самоубийца.

Дальше мы ехали молча, но все так же быстро, и я очень надеялась, что Дениса остановит за нарушение скоростного режима милиция. Или он врежется в кого-нибудь… От злости я почти не боялась того, что мы можем попасть в аварию.

Черное загородное шоссе, снег на полях…

Я откинулась назад и закрыла глаза.

Пока еще есть время. До свадьбы осталось два дня. Я смогу сбежать от Дениса. Я вернусь и все объясню Саше. Мы поженимся и будем жить долго, до ста лет, и умрем в один день…

Через час сумасшедшей гонки мы плавно въехали во двор загородного дома Дениса. Двухэтажный добротный дом. «Пусть будет немного похож на замок, — сказал он когда-то архитектору. — Я всегда мечтал жить в замке!»

А я когда-то мечтала жить здесь. С Денисом. И тоже до самой смерти… Но вот я снова здесь, только совершенно этому не рада.

— Лис, будь умницей… Здесь снега по колено. Иди ко мне.

— К тебе не пойду. Пусть Рома меня несет, — зло сказала я.

— Ну Рома так Рома, черт с ним…

Хуже всего было то, что ограда вокруг дома высокая и поверху пущен ток. И еще здесь сигнализация. Я все знала об этом доме, а за последний год-полтора Денис мог обзавестись еще каким-нибудь хитроумным охранным устройством.

Ну и как я отсюда убегу? Побегу по снегу в облегающем платье, в туфельках на каблуках, потом с ловкостью акробатки перемахну двухметровую ограду… Ловкостью акробатки я не отличалась. Вот Оля Арутюнова — она смогла бы, наверное. Потом придется долго бежать по заснеженной дороге до шоссе, ловить попутную машину. Всякий ли остановится, чтобы подбросить до Москвы замерзшую Снегурочку? Меня примут за привидение…

Я представила себе все это и решила, что надо сделать упор на красноречие. Надо уговорить Дениса и Рому, чтобы они меня отпустили. В самом деле, слово обладает большой силой…

— Денис… — прошептала я, стоя на пушистом ковре в большой гостиной. — Ты…

— Лис, голубчик, не трудись. Ты замерзла, наверное… Что ты хочешь? Горячую ванну, коньяк или что-то еще?

— Ничего не хочу, — злорадно ответила я. — Заболею и умру молодой.

Он принес теплый плед, укутал меня, придвинул кресло, где я сидела, ближе к камину, который растопил Пеньков. Как я мечтала когда-то греться у этого камина… Пропади он пропадом!

— Лиза, вы это… — робко прогундосил Пеньков. — Вы не думайте…

— Не Лиза, а Елизавета Аркадьевна, — мрачно перебил его Денис. — Лис, если тебе что-то надо, скажи мне, я попытаюсь удовлетворить все твои пожелания. Ты не голодна, случайно?

Я вдруг вспомнила эпизод из фильма «Кавказская пленница».

— Нет. Отпусти меня. Я хочу домой.