Крымский роман - Татьяна Алюшина

Это был самый обыкновенный старик – лет за семьдесят, худощавый, выцветшие голубые глаза, дряблая кожа, руки в старческих пигментных пятнах с выпирающими венами, седые волосы. Одет в старые светлые брюки и такого же возраста голубую льняную рубашку с короткими рукавами, на голове – летняя полотняная кепочка, в руках – матерчатая цветная сумка.

Еще читая досье Хакима, Антон «настраивался» на него: старался думать как он, почувствовать его знания, уверенность в себе, как в специалисте, пытался влезть в его шкуру. Когда он увидел его в вагоне-ресторане поезда, то как бы уловил его эмоциональный фон, его индивидуальность. И все это время держал в себе этот настрой как камертон.

Сейчас только благодаря своей интуиции и этому настрою он и почувствовал Хакима, уловил вибрации опасности, исходящей от этого человека.

Сразу!

А два сильных, быстрых, умных и необыкновенно чутких зверя, замерев и остановив для себя время, «считывали» друг друга.

Хаким мгновенно узнал этого мужика и почувствовал его нервозность. Здесь, где закручивалась основная часть операции, виденное уже прежде лицо! И этот человек был напряжен – не от него ли исходит опасность?..

Он сел на лавочку, недалеко от подозрительного мужика, ему надо было «принюхаться» к нему, понять, почему он нервничает и что здесь делает. Всего минут пять – и все станет ясно. Узнать его в великолепной маскировке этот мужик никак не может, да и никто сейчас не может: он полностью включился в образ, жил жизнью этого старика.

Так что: «Простите, ребята – сегодня не ваш день!»

Хаким настраивал свои чувства как инструмент на волну этого человека.

«Он меня засек!» – вдруг ясно понял Ринков.

Если немедленно, прямо сейчас что-то не придумать, не убедить его в случайности встречи – все, операция будет провалена. «Думай, Ринк! Быстрее!»

И тут к Антону подлетела Наталья и совершенно не свойственным ей высокомерным, капризным тоном громко начала возмущаться:

– Что, их нет?! Это просто какое-то свинство! В конце концов, они тебя полдня уговаривали приехать. Пошли их подальше!

– Да, – недовольным голосом, подражая ей, ответил Ринков.

Он импровизировал, доверясь задумке Натальи, и весь положился на чувства и интуицию, а анализ шел параллельно, но запаздывал.

Ничего не думать! Только чувствовать!

Антон достал оперативный телефон, набрал номер группы, работающей в Севастополе. Ответили сразу же, и Ринков громко, жестко принялся отчитывать:

– Господа! Я не привык так работать. Я десять минут нахожусь на автовокзале, как мы и договорились, а ваших представителей все нет!

– В Севастополе? Срочно? Кто-то рядом? Сколько у нас времени? – молниеносно сообразили ребята.

– Десять минут назад! – продолжал он. – Это больше нужно вам, а не мне.

– Кто? Хаким? Будем через пять минут!

– Да! Что значит: «Простите, мы задерживаемся»?!

– «Вольво», серая, местные номера, этого человека он точно не знает. Уже подъезжает!

– За вас поручился мой клиент, только поэтому я согласился с вами встретиться. Учтите, если через пять минут представитель не появится, я уезжаю! – не выходя из образа, грохотал возмущенно Ринков.

– Прикрывает старый «Мерседесс», синий, – сказали ему в трубку. – Будет стоять по маршруту троллейбуса. Две минуты… они уже там, – бодро отрапортовал наконец невидимый собеседник Антона.

Он отключил телефон.

– Ну что за дела? – возмутилась, словно капризная барышня, Ната. – Приперлись в этот Севастополь, а они еще и опаздывают! Ты сейчас начнешь делами заниматься. Зачем ты меня взял с собой? Я бы на пляже полежала, мне педикюр надо сделать!

– Да ладно! – снисходительно-купеческим тоном ответил Антон. – Я быстро все обговорю, посмотрю, что они могут заплатить и что хотят. – Он притянул ее к себе одной рукой, быстро погладил по попке и, добавив в голос интимности, сказал: – Работать ведь не я буду, я только оценю!

– Перестань! – Ната выбралась из его объятий. – Ты знаешь, мне сказали, тут крутой дельфинарий, раз уж мы сюда приперлись, может, на дельфинов посмотрим?

– Дельфинов мы ночью с тобой посмотрим, – «пошутил» Антон. – Мы же собирались в ту церковь на горе и в ресторан, поэтому сюда и заехали, по пути!

– Ничего себе – по пути! – продолжала ныть Ната, надув губки, но уже легко, без нажима. – Сначала мы ее проехали, а теперь возвращаться бу-у-удем…

– Ладно, я уже все это слышал, – с легким раздражением ответил Антон.

На привокзальную площадь на приличной скорости влетела «Вольво» и резко остановилась возле них. Из нее выскочил представительный мужчина лет сорока, одетый в темный костюм, несмотря на жару. В машине остался сидеть шофер.

– Простите, бога ради! – торопливо начал извиняться мужчина. – Форс-мажор, так сказать: колесо прокололи! Извините!

Антон молчал, изображая барское недовольство. Ната со скучающим видом достала из сумочки небольшой веер и стала им обмахиваться.

– Прошу в машину, господа! – предложил мужчина.

– Спасибо, мы на своей, – в меру строго ответил Антон. – Показывайте дорогу, мы за вами.

Он взял Нату под руку и, не торопясь, направился к своей машине.

Весь настроенный на Хакима, он старался почувствовать: сработала их уловка или нет?

Хаким слушал очень внимательно.

Слушал и пропускал через себя, чувствовал.

Это просто стечение обстоятельств. У мужика бизнес – это ясно. Это он понял сразу, когда увидел его в первый раз в поездном ресторане. Такое не сыграешь, чтобы так себя вести, нужно в достатке и сытой жизни лет десять прожить. С женщиной у них роман там же, в поезде, завязался – это он видел, баба вздорная: как она его бросила в ресторане и ушла, махнув ручкой, Хаким помнил. Да и «мадам» про этого мужика докладывала: обычный бизнесмен, чуть выше среднего уровня. Женщина для него старовата, таким молодые полагаются, но у него, наверное, в Москве молодых полно, при деньгах-то. А здесь решил отдохнуть от «кобылок», на них сколько сил надо и денег, а эта и сама вроде не бедная, за себя заплатить может. Значит, и секс поспокойней, и особо тратиться не надо…

Южный берег маленький, а такие мужики очень мобильны, как правило, на машинах по всему берегу раскатывают. А тут еще, видно, выгодное дельце подвернулось.

Нет, мужик не опасный: расслабился сразу, как только перед ним лебезить начали.

Нет – этот мимо!

Все, иди, мужик, вместе с бабой своей, не мешай! Только время зря на них потратил… Надо работать.

Хаким быстро посмотрел на машину, к которой шла эта парочка, – прокатные номера, все так и должно быть, похвалил он себя.