Личные враги - Шэна Эйби

В ветвях деревьев рассыпалась звонкая трель одинокой птицы.

— Довольно ломать комедию! — со злостью выкрикнул Родрик с другого края поляны. — Нет здесь никаких викингов, а скорее всего, и не было.

— Что ты хочешь этим сказать? — осведомился один из людей графа.

— Я хочу сказать, англичанин, — зло и внятно продолжал Родрик, — что северян здесь вовсе не бывало. Это ваш драгоценный лорд, смазливый хитрюга, воровал наших овец, а потом смастерил вот это кострище, чтобы заманить нас сюда и оставить деревню без защиты. Мы ведь уже во владениях Морганов — не думайте, что я этого не заметил!

— Родрик… — предостерегающе начала Лорен, шагнув к нему.

— А ты не смей его защищать! — Родрик круто развернулся к ней. — С самого начала, Лорен Макрай, ты держала его сторону. По мне, так это омерзительно! Твой отец сгорел бы со стыда, если б видел, как ты позоришь его честное имя!

Лорен остолбенела, ошеломленная ядовитым плевком человеческой злобы.

— Довольно, — оборвал Арион и как бы невзначай шагнул поближе к Родрику. — Если хочешь обвинить меня во лжи, мальчишка, обращайся ко мне и не впутывай в это Лорен.

— Он зовет ее по имени! — заорал Родрик, вскинув меч. — Точно, она его шлюха, а не дочь Хеброна, который за такую наглость разрубил бы его пополам!

Воины отозвались зловещим бормотанием.

— Родрик! — Лорен растолкала мужчин, пробираясь к своему оскорбителю. — Что ты творишь? — гневно вопросила она. — Как ты смеешь говорить такое?

— Как я смею? — недобро хохотнул Родрик. — Это я-то? Нет, как смеешь ты, Лорен Макрай, заступаться за англичан? Как смеешь ты забывать о долге и чести, о памяти своего отца ради этого Моргана, который, если б только мог, поубивал бы нас всех на месте?

— Ты просто спятил! — охваченная гневом, Лорен подошла уже вплотную к нему. — Придержи язык, пока не выставил себя еще большим ослом, чем ты есть на самом деле!

Зловещий говор вокруг становился все громче, и в нем уже различались отдельные слова — оскорбительные, злые, враждебные.

— Ты всего лишь женщина, легковерная и слабая! — презрительно и злобно прошипел ей в лицо Родрик. — Ты готова продаться этому дьявольскому отродью, заплатив нашими душами!

И с этими словами он оттолкнул Лорен.

Толчок был не очень сильный, но девушку он застиг врасплох, и она повалилась на траву. Казалось, она падала долго, очень долго, но о землю ударилась с такой силой, что из нее едва не вышибло дух. Еще в падении она услышала, какая жуткая тишина воцарилась на поляне. Меч выпал из ее руки. От боли перед глазами заплясали огненные пятна.

Лорен зажмурилась и судорожно вздохнула. Открыв глаза, она поняла, что события развиваются с угрожающей быстротой. Арион швырнул свой меч на землю и бросился на Родрика. Миг — и они сплелись в рукопашной, покатились по траве, осыпая друг друга ударами и руганью. Вокруг тотчас закипели и другие схватки — англичане и шотландцы сцепились друг с другом, точно бешеные псы, выплеснув наружу все напряжение и враждебность прошедших дней. За считаные секунды мирная поляна превратилась в поле боя.

Лорен не без труда выпрямилась и огляделась. В голове у нее все еще шумело, она плохо держалась на ногах и едва успела отскочить от двоих драчунов, которые катались по земле, молотя друг друга до крови. Вопли и ругань дерущихся сливались в невнятный и злобный гул. Мужчины, словно разом обезумев, дружно побросали мечи и месили друг друга, как в обычной пьяной потасовке.

Пошатываясь, Лорен с отвращением смотрела на эту сцену.

А потом с другого края поляны донесся пронзительный вопль. Лорен стремительно обернулась, отыскивая взглядом упавший на траву меч. Она знала, что это за вопль, и со смутным ужасом, точно в страшном сне, поняла, что сейчас произойдет.

Из гущи леса хлынули викинги. Лорен громко закричала, пытаясь хоть так отрезвить безумцев, которые упоенно дрались друг с другом, не видя, что им грозит.

Лорен наконец отыскала в траве свой меч и с тем же пронзительным криком побежала навстречу врагам. Кое-кто из дерущихся опомнился. Воины хватались за мечи, но было уже поздно, и викинги обрушились на них, воинственно вопя и безжалостно рубя направо и налево.

Лорен отбила мечом удар, который должен был обрушиться на спину упавшего воина. Викинг, разглядев, кто перед ним, широко раскрыл глаза, но тут же хищно сощурился и оскалил в дерзкой ухмылке крупные желтые зубы. Теперь он атаковал Лорен. Она сумела отразить удар, такой сильный, что девушка едва удержалась на ногах. Лорен ощущала в себе странную, легкую, звенящую пустоту; все ее чувства сосредоточились на одном: враг должен быть остановлен, и сделает это она.

Викинг был намного выше ее и не так подвижен и гибок, зато он превосходил ее силой, да и меч у него был куда тяжелее. Под градом его ударов Лорен едва удерживала в руках клинок, волей-неволей изобретая все новые и новые финты и захваты, используя, как ее учили, силу противника. Викинг двигался не слишком ловко. Ей удалось полоснуть его скользящим ударом по ребрам. Зарычав от боли, он на миг отпрянул и вновь изумленно глянул на Лорен, заново оценивая врага. Губы девушки искривила жестокая усмешка. Викинг, опомнившись, снова бросился в атаку.

Вокруг них с новой силой разгорался бой — шотландцы и Морганы, забыв о недавней распре, плечом к плечу сражались с врагом. У Лорен не было времени порадоваться тому, что нелепая драка все же прекратилась. Викинг неуклонно теснил ее все глубже в лес, а у нее уже хватало сил только на то, чтобы отражать его атаки. Лорен едва не удалось снова достать его мечом, но он успел отпрянуть и вновь атаковал. Девушка перепрыгнула через небольшой валун — крупные и мелкие камни в изобилии торчали из лесной почвы — и услышала, как меч врага зазвенел, впустую ударившись о камень. На миг в обороне викинга открылась брешь, и Лорен немедля нанесла удар. Противник, ожидавший этого, вовремя отскочил и злобно захохотал над ее неудачей.

Чтобы уйти от нового удара, Лорен переступила через бугристый корень, но оступилась и пошатнулась, ударившись спиной о ствол дерева. Меч викинга рассек ее тартан, и теперь узкий лоскут ткани свисал почти до самого пояса.

Викинг остановился, остолбенело уставясь на Лорен. Она осознала, что произошло: меч рассек и ее тунику, обнажив левую грудь. По бледной коже текла тонкая алая струйка крови.

Один краткий миг враги молча смотрели в глаза друг другу, и Лорен с ужасающей ясностью поняла, что намерения противника изменились. Это ясно читалось в его безжалостных глазах, в оскале его холодной усмешки.

Лорен, оттолкнувшись от дерева, бросилась в атаку — без особого, впрочем, успеха. Викинг отскочил подальше от нее, и с лица его исчезла омерзительная ухмылка. Девушка вновь атаковала, стараясь подобраться к врагу вплотную. Северянин что-то буркнул на своем языке и взмахнул мечом.

Издалека донеслось: «Лорен!..» Кто-то звал ее, но голос был едва различим и не сулил скорой подмоги. Викинг уже не пытался достать ее мечом, а только с легкостью отражал ее атаки, хладнокровно уводя девушку все глубже в лес.