Ураган страсти - Фиби Конн

Джейсон долго и пристально смотрел на своего друга, но спорить с ним не стал.

– Пусть она спит у нас в палатке, Клей. Ночи сейчас теплые, и мы прекрасно переночуем под открытым небом. Незачем будить Габриель. Я вовсе не делал секрета из того обстоятельства, что она находится у нас, и не собираюсь скрывать ее присутствие, если она тут останется. Что же до возможных сплетен, то всю ответственность я возьму на себя.

Глубоко вздохнув, Клейтон проговорил:

– Вся ответственность за наших подопечных лежит на мне, Джейсон. Если Габриель будет ночевать в нашей палатке, я останусь на страже и смогу пресечь любую сплетню в самом начале.

– От кого ты намерен ее охранять? Уж не от меня ли? – Джейсон усмехнулся. – Я ведь уже сказал, что не стану ее будить. Неужели ты полагаешь, будто мне нравится заниматься любовью с женщинами, лежащими в обмороке, или что я сумею приблизиться к ней так незаметно, что она не проснется? Черт побери, Клей, за кого ты меня принимаешь?

– За чертовски ловкого парня, вот за кого!

Клейтон понимал, что потерпел поражение, но оставить Габриель на попечении Джейсона означало то же самое, что пустить лису в курятник.

Несмотря на браваду, Джейсон не на шутку встревожился. Беременные женщины обычно подвержены обморокам, это он знал наверняка, но обратиться к ней напрямую?.. Она просто станет все отрицать, это ясно. Джейсон вдруг пришел в такую ярость, что под – первым же предлогом, который пришел ему на ум, покинул свою палатку.

Спустя некоторое время, взяв себя в руки, он вернулся.

Увидев выходившего из палатки Клейтона, Джейсон поспешил к нему.

– Габриель уже проснулась?

– О да. Проснулась и вернулась к себе в фургон. Как мне показалось, она прекрасно себя чувствует.

– Ты проводил ее до фургона? – нетерпеливо спросил его компаньон.

Клейтон пожал плечами:

– Она сказала, что в этом нет необходимости.

Не теряя времени на то, чтобы высказать Клейтону все, что он думал по этому поводу, Джейсон бросился сквозь сгущавшуюся тьму к фургону Габриель. Оказалось, что она тихо беседует с возницей, одновременно наслаждаясь ужином.

– С вами действительно все в порядке? – спросил наконец Джейсон.

– Разумеется. Разве мистер Хорн вам не сказал? – отозвалась Габриель, удивленная его вопросом. – И потом, вы же видите, у меня прекрасный аппетит.

– А вы уже поужинали, сэр? У меня тут еды более чем достаточно. – Пол кивнул на аппетитное варево в железном котелке над костром.

Джейсон, конечно же, был голоден, но на всякий случай спросил:

– Вы уверены, что тут на всех хватит?

– О да, разумеется. Остальные уже поели.

Не дожидаясь согласия Джейсона, Пол наполнил тарелку едой и, положив рядом с ней большой ломоть хлеба из кукурузной муки и чистую ложку, отошел в сторону.

– Благодарю вас. – Джейсон уселся на землю и, отведав угощения, воскликнул: – Просто восхитительно, Пол, но как вам удалось раздобыть мясо?

– Говядину можно купить в форте. Разумеется, дорого, но полагаю, мои девушки заслуживают время от времени хорошей пищи.

Габриель ела в одиночестве, сосредоточенно прислушиваясь к звукам песни, которую разучивали ее подруги.

– По крайней мере теперь все запомнили слова. Мы собираемся разучить несколько романсов, чтобы исполнить их перед нашими будущими женихами, – сказала она Джейсону. – Надеюсь, они не сочтут нелепым наше желание развлечь их.

– Думаю, они будут совершенно очарованы.

Но тут же мысль о том, что Габриель будет исполнять романсы другому мужчине, наполнила его душу такой жгучей ревностью, что Джейсон поспешно спросил:

– Вам нравится петь?

– Да, конечно. Но, по правде говоря, у меня слишком низкий для таких песен голос.

Это замечание вызвало улыбку на губах Джейсона.

– Ваш голос при разговоре и впрямь звучит необычно, но мне кажется, на слух он действует умиротворяюще.

– Вы просто пытаетесь сделать мне комплимент, Джейсон. Впрочем, я могу вас понять, поскольку мне еще никогда не приходилось слышать, чтобы кто-нибудь играл на гармонике так, как вы.

Покончив с ужином, Джейсон осмотрелся вокруг в поисках Пола, чтобы еще раз поблагодарить его за угощение, но возница, по-видимому, куда-то ушел, и таким образом они с Габриель остались одни.

– Обычно я играю только тогда, когда предоставив сам себе, а в такие минуты настроение у меня далеко не радужное.

– А мне казалось, что тебе нравится одиночество, – как бы невзначай заметила Габриель.

– Нет. Я говорил только, что хочу чаще бывать наедине с тобой.

На лице его отразилась такая тоска, что Габриель ничего не оставалось делать, как только искренне признаться:

– Мне тоже очень приятно твое общество, Джейсон.

– Хорошо, тогда почему же… – Габриель поднесла палец к его губам:

– Не говори этих слов. Мне и так трудно жить во лжи, как ты настаиваешь. – Клейтон видел, как мы целовались, а Сэму известно гораздо больше. Пусть радость от возможности быть рядом с тобой стоит в моих глазах любого риска, но я не могу и дальше делать вид, будто мы всего лишь знакомые.

Джейсон встал с места и протянул руку, помогая Габриель подняться.

– Тогда почему бы тебе не присоединиться к своим подругам? Тогда ты сможешь распевать любовные баллады. сколько твоей душе угодно, и притом без всякого риска. Мне нужна женщина, а не какое-то романтически настроенное дитя, у которого голова забита пустыми грезами. Будь добра, передай Полу, что мне очень понравился ужин. Не хватало еще, чтобы он тоже стал избегать меня.

– Джейсон! – Габриель произнесла его имя угрожающим шепотом. – Я думаю, что из нас двоих именно ты никак не повзрослеешь.

Джейсон тотчас повернулся и зашагал прочь. Лучше бы он застал ее спящей у себя в палатке или лежащей в обмороке прямо в грязи. Когда она была в сознании, то становилась совершенно неуправляемой!

Выбеленные известью стены форта мерцали в лунном свете, а журчание бурных вод Снейк-Ривер убаюкивало, словно звуки колыбельной. Однако у Габриель не было никакого желания ложиться спать, так же как, впрочем, и присоединяться к общему хору. Жаль, что у нее нет ни одной близкой подруги! К несчастью, Эрика знает о жизни еще меньше ее самой, Джоанна непременно укажет ей на какой-нибудь стих из Библии, Барбара будет так поражена услышанным, что ни за что не сможет удержать секрет при себе. Мэрлин совсем не разбирается в мужчинах, так же как и Маргарет. Оставалась еще Айрис, но Габриель ни в коем случае не осмелится довериться этой мегере. Бо был для нее самым близким другом за всю ее жизнь, однако он по понятным причинам никогда не давал ей советов касательно отношений с другими мужчинами. Положение казалось ей настолько отчаянным, что она готова была расплакаться, когда наконец вернулся Пол.