Королева сплетен - Мэг Кэбот

– А это Блейн, старший брат Викки. – Его рукопожатие чуть приятнее, чем у его сестры, зато на лице застыла маска перманентного недовольства, а на каждом пальце вытатуированы какие-то буквы. Правда, что они означают, если выстроить их вряд, я так и не поняла.

– Ну вот, – говорит Биби, закончив процедуру представления, – а теперь за прекрасную пару.

И залпом выпивает шампанское. К счастью, ее муж стоит тут же со свежей бутылкой наготове, чтобы долить всем шампанского.

– Хорошее, правда? – спрашивает он, не обращаясь ни к кому в особенности, но надеясь, что хоть кто-нибудь ответит. – Demi-sec. Сейчас его почти не делают. Все требуют брют. Но я подумал, почему бы и нет?

– Вот так и надо действовать, Гильом. Нужно выходить за рамки привычного, – дружелюбно отзывается Чаз. Я бочком проскальзываю поближе к нему и Шери и спрашиваю:

– Вы не знаете, что такое demi-sec?

– Понятия не имею, – отвечает Чаз и выпивает свой фужер до дна. Хм, пожалуй, возьму еще, – добавляет он и спешит за отцом Люка.

Шери смотрит на меня снизу вверх – она так и не выросла выше метра шестидесяти двух, зато мне удалось отрастить зад в два раза толще, чем у нее, – и говорит:

– Куда это ты исчезла на полдня? И с чего это ты так вырядилась?

– Люк и его отец провели меня по виноградникам и винодельне. И вовсе я не вырядилась. Это платье перешло в разряд повседневных, после того как Мэгги выкрасила его макароновыми бусами, помнишь?

– На нем сейчас нет никакой краски, – замечает она после придирчивого осмотра.

– Это была акварель. Никто не дает четырехлетнему ребенку масляные краски. Даже моя сестра.

– Ладно, – сдается Шери. Она никогда не понимала моих сложных правил гардероба, хотя я сто раз пыталась ей объяснить. – Мы сегодня приглашены на ужин. Там будет только семья невесты, поэтому нам так повезло. Семья жениха и остальные гости приедут завтра. Готова помогать на кухне?

– Конечно, – говорю я, тут же представив, как я в милом фартучке готовлю фирменные спагетти.

– Отлично. Готовить будет мать Агнесс. Говорят, она фантастический повар. А мы будем подавать. Так что давай принарядимся, чтобы дело шло веселее.

– Хороший план, – говорю я и следом за ней иду туда, где стоит Люк. Он уже взял на себя обязанности по наполнению бокалов.

– А, – восклицает Люк. – Вот и она. Милое платье.

– Спасибо. Ты и сам неплохо выглядишь. Ты не знаешь, у вас на кухне есть винный камень?

Шери чуть не давится шампанским, которое только что отхлебнула. Люк же как ни в чем не бывало отвечает:

– Понятия не имею. Скажи мне, как это будет по-французски, и я спрошу.

– Я не знаю. Ты же у нас француз.

– Наполовину, – говорит он и смотрит на свою мать. Та опять запрокинула голову и хохочет над тем, что сказал Чаз.

– Я спрошу, – говорит Люк и идет подлить шампанского своей тете.

– А о чем это вы? – спрашивает Шери, как только Люк отходит подальше.

– Так, ни о чем, – невинно отвечаю я. Это даже забавно, что у меня теперь есть секреты от Шери. Впрочем, за последнее время я сделала немало вещей, которых раньше никогда не делала.

– Лиззи, – Шери прищуривает глаза. – У вас с Люком что-то происходит?

– Нет! Господи, нет.

Но я невольно краснею, вспомнив тот почти поцелуй на чердаке. А как насчет прошлой ночи на станции? Тогда Люк тоже собирался поцеловать меня? Почему-то мне кажется, он мог… если бы не объявилась Доминик. И в тот, и в этот раз.

– У него есть девушка, – говорю я Шери в надежде на то, что, произнеся это вслух, я и себе это внушу. – Можно подумать, я могу закрутить с парнем, у которого есть девушка. Да за кого ты меня держишь? За Бриану Дунлеви?

– Да ладно, ладно, псих, – Шери смотрит на меня удивленно. – Я собираюсь за добавкой, пойдешь со мной?

Я смотрю в ту сторону, куда она кивнула. Там Люк открывает уже третью бутылку папиного шампанского. Как раз в этот момент он поднимает голову и видит, что мы смотрим на него. Он улыбается.

– Хм, ладно, – соглашаюсь я. – Разве что еще стаканчик.

В середине 1870-х годов, благодаря изобретению швейной машинки и синтетических красителей, произошло что-то вроде революции в моде. Внедрение массового производства означало, что дешевая модная одежда стала доступной для многих, но, с другой стороны, впервые за всю историю человечества можно было выйти на улицу и встретить человека, одетого точно так же, как ты. Юбки с каркасом уступили место «тюрнюру».[15]Эта мода на крупный зад возродилась нескоро – лишь с появлением на свет Дженифер Лопес.

История моды. Дипломная работа Элизабет Николс