Таинственный граф - Элизабет Бэйли

— И слава богу, что поторопились, — недовольно пробормотал Анри. — Я бы с ним не справился.

Вуфертон покачал головой.

— Как бы я тогда оправдывался перед мисс Грейс, если бы вас избили, да еще в запертой комнате!

Анри вдруг охватила тоска. Если бы Грейс была с ним, он не лежал бы в таком беспомощном состоянии. Придется просить помощи у Вуфертона, сам он даже руку поднять не может, чтобы сунуть в перевязь.

— Если вам не трудно, скажите кому-нибудь, пусть поможет мне переодеться на ночь.

Акцизный инспектор пообещал прислать официанта, который сделает все, что надо, сказал, чтобы Анри не беспокоился — за дверью будут дежурить двое, — и вышел. Послышался скрежет замка.

Выходило, что Анри по-прежнему заключенный.

С растущей тревогой Грейс выслушала рассказ Джо Пайпера. Тот так увлекся, что даже не замечал испуганного вида своей дочери.

— Один из этих французов, вроде тот, что по-английски говорит, пролез в комнату, где его держат, — рассказывал Джо. — Все бы ничего, но у француза был при себе пистолет, который мистер Вуфертон потом забрал. Мистер Вуфертон говорит: если б он знал про это, не дал бы ему войти в комнату.

Грейс с замиранием сердца слушала, как Лорио подкупил слугу, чтобы тот напоил отравленным элем часового, стоявшего у двери Анри. Слава богу, что слуга оказался порядочным человеком и сообщил обо всем Вуфертону. Но как можно было вообще позволить Лорио войти в номер? Неужели они не понимали, что он замышляет недоброе?

— Ну, а когда они схватились, мистер Вуфертон и мистер Мейберри быстренько заскочили в комнату.

Хотя первый вроде полез драться сам мистер Генри. Так и катались оба по полу.

— Анри ранен? — не вытерпела Грейс.

Джо мотнул головой.

— Да нет, ничего такого, с плечом, правда, стало хуже, но иначе и быть не могло.

Ничего такого! Неужели снова открылось кровотечение?

— Но сейчас-то хоть он в безопасности? Они присматривают за французами?

— Еще как! Поставили людей у их номеров, чтобы вообще выйти за дверь не могли! С самого начала надо было это сделать, вот что! Все из-за этих документов, которые они показали… как их там?

— О дипломатическом иммунитете, — сказала Грейс. — Но это не значит, что они могут нападать на людей!

— Так-то оно так, — согласился Джо, — но напал-то сам мистер Генри. Я слыхал, сегодня все предстанут перед сэром Джеймсом, тот еще не решил, выдавать его французам или не выдавать.

— Да он ни за что не выдаст мистера Генри этому французу! — сердито закричала Джемайма. — Он же пытался его убить!

— С чего ты взяла, что он пытался его убить? — возразил отец.

— Да об этом все знают, папа! Для этого они и приехали, правда, мисс Грейс?

Грейс молчала, решив не вмешиваться в этот спор. То, о чем рассказал Джо Пайпер, развеяло ее последние сомнения. Вообще-то она уже и так все решила, хотя в устном послании, переданном через Рубена, Анри ни о чем ее не просил, однако колебалась. Теперь же, после того, что произошло, колебаться больше нельзя, надо было действовать, и поскорее. Сэр Джеймс должен узнать правду, а это зависит от Грейс.

Когда Грейс, в простом темном капоре и короткой черной куртке поверх синего платья, сошла вниз, служанка загородила ей дорогу.

— Куда это вы собрались, мисс Грейс?

— Ухожу, — коротко объявила она.

— Вы же не собирались его навещать!

— Я иду к сэру Джеймсу, — сказала Грейс, мягко отодвигая Джемайму.

— Зачем?

— Если иду, значит, надо, и не пытайся меня удержать, — строго проговорила Грейс, подходя к бюро.

— Но зачем, мисс? — не унималась Джемайма, остановившись за ее спиной. — Какой от этого толк? Лучше его больше не видеть, только расстроитесь, и все!

Под пристальным взглядом служанки Грейс достала бумаги и спрятала их в глубокие потайные карманы среди складок юбки.

— А что это?

Грейс с улыбкой обернулась.

— Я постараюсь спасти мистера Генри… если смогу.

Глаза Джемаймы наполнились слезами.

— Люди говорят, любовь слепа, но я никогда не думала, мисс Грейс, что и вы…

— Хватит!

Джемайма послушно умолкла. У нее был такой расстроенный вид, что Грейс стало ее жалко. Она взяла ее за руку.

— Он не такой плохой, как ты думаешь, Джемайма. Я не могу тебе все рассказать, но были причины, почему он присоединился к революционерам. Он не враг Англии, моя дорогая, а эти люди, которые пытаются убить его, причинили ему много зла.

— Откуда вы все это узнали? Из этих бумаг?

Грейс кивнула.

— Их надо отдать сэру Джеймсу, и как можно скорее. Я теперь понимаю, почему Анри не решался пустить их в ход.

— Тогда вам надо поторопиться. Мне пойти с вами?

— Нет, не надо.

Поясница разболелась, когда до Рейнхэма было еще далеко, а ботинок почему-то стал жать. День был прохладный, но Грейс взмокла от пота, шагая по проселку вдоль колеи, оставленной повозками. Идти становилось все тяжелее — ее нога, увы, была не приспособлена для такого испытания.

Несколько раз Грейс останавливалась, чтобы передохнуть, но почти у самой дороги начиналось болото, и присесть было совершенно негде. Грейс шла и мечтала о том, чтобы проехала какая-нибудь телега, но ей лишь встретилось несколько работников.

Наконец показались коттеджи Рейнхэма, и Грейс прибавила шаг, несмотря на тупую боль в пояснице. На нее с любопытством оглядывались, и она была уверена, что еще до вечера слух о ее странном походе разнесется по всей округе.

Когда Грейс добралась наконец до гостиницы «Черная лошадь», она хотела лишь одного — сесть и выпить холодной воды. Войдя в холл, она обратилась к первому, кто ей встретился. Это был официант в фартуке и с подносом.

— Его здесь нет, — ответил он, когда Грейс спросила его о Вуфертоне.

— Как нет? — удивилась она.

Юноша покачал головой. Грейс почувствовала вдруг, что вот-вот упадет.

— Вы не могли бы принести стул? Или отвести меня туда, где можно сесть.

Официант толкнул ближайшую дверь.

— Сюда, пожалуйста, мисс.

Грейс опустилась на стул и несколько мгновений сидела, задыхаясь, и не могла отдышаться.

— Воды, если можно, — пролепетала она.

Юноша побежал к столу, на котором стоял графин с водой, и через минуту Грейс с жадностью приникла губами к стакану. Напившись, она намочила уголок носового платка и вытерла лицо. Стало немного легче, Грейс улыбнулась растерянно топтавшемуся перед ней официанту.