Конец лета - Даниэла Стил

Ким шутила, но Динна вдруг посерьезнела.

– Такое впечатление, что ты уже все знаешь. Господи,надеюсь, это не всем заметно?

– Нет-нет. Просто в тот вечер, на открытии твоейвыставки, я кое о чем задумалась. Хотя и сомневаюсь, что, кроме меня, ещекто-нибудь что-то заметил.

Их взгляды наконец встретились. Динна ответила не сразу.

– Ким, он особенный. И я его люблю. Очень люблю. Киммедленно вздохнула и выдержала паузу.

– Мне показалось, он хороший человек. Ты думаешь, утебя это серьезно?

Динна кивнула. Ким поднесла к губам фужер с шампанским и неспеша сделала глоток.

– Я бы и рада сказать, что не знаю, но на самом деле язнаю. – Глаза Динны наполнились слезами. – Это серьезно, но я должна вернутьсяк Марку. Бен тоже это знает. Киму я не могу начинать все сначала, просто немогу. И возраст уже не тот, мне скоро сорок, и вообще... – Динна говорила всетише, пока ее голос не превратился в еле слышный шепот. – У меня есть свояжизнь с Марком, все эти годы я его любила. И у нас... есть... Пилар...

Динна не могла продолжать, слезы покатились по ее щекам, ейпришлось достать платок и высморкаться.

Ким хотелось обнять подругу и предложить какое-нибудьволшебное решение всех ее проблем, но обе понимали, что такого решения простоне существует.

– И по-другому никак нельзя? Динна замотала головой.

– А как Бен к этому относится? Динна глубоко вздохнула.

– Он чувствует то же, что и я, он в панике. Но я простоне могу бросить все и начать сначала. Я не могу... – Во взгляде Динны былоотчаяние, она снова перешла на шепот. – Для этого я слишком стара.

– Если тебя останавливает только это, то поверь мне,это вовсе не причина. Послушай, да женщины сплошь и рядом начинают новую жизньлет в шестьдесят, после смерти мужей! А уж в тридцать семь лет отказываться оттого, чего ты действительно хочешь, было бы просто безумием.

– Ты не понимаешь. Господи, Ким, я действительнослишком стара для новой жизни. Бен хочет детей, а у меня уже почти взрослаядочь.

– Тем более. Пилар скоро совсем повзрослеет и станетжить самостоятельно, так что, если ты хочешь иметь еще одного ребенка, сейчассамое время.

– Ты такая же сумасшедшая, как Бен.

Динна попыталась улыбнуться, но ей было не до шуток, иулыбка получилась жалкой. У нее возникло странное ощущение, словно оставшиесядве недели тают у нее на глазах.

– Скажи, Динна, ты счастлива с Беном?

– Я никогда в жизни не была так счастлива. И просто немогу понять, в чем дело-. Мы с Марком прожили почти двадцать лет, мы хорошознаем друг друга и вдруг... Ох, Ким, представляешь, я с трудом вспоминаю, какМарк выглядит, какой у него голос. Как будто я всю жизнь прожила не с ним, а сБеном. Сначала я чувствовала угрызения совести, мне казалось, что я совершаюнечто ужасное. Но теперь у меня даже чувства вины нет. Я просто люблю Бена.

– И ты думаешь, что сможешь от этого отказаться? Кимпосмотрела на подругу с грустью, она понимала, что с Динной происходит, и ейбыло ее жаль.

– Не знаю, может быть, нам удастся встречаться идальше. Может быть... Ах, Ким, я просто не знаю.

Ким тоже не знала, однако она подозревала, что Бен Томпсонне согласится вечно делить любимую женщину с другим мужчиной. Это было бы нанего не похоже.

– Ты собираешься рассказать Марку?

Динна покачала головой:

– Ни за что. Он этого не поймет, его сердце будетразбито. Я... не знаю, придется действовать по ситуации. В сентябре Бену нужнобудет на несколько недель улететь в Нью-Йорк, и у меня будет время на размышление.

– Динна, если я могу что-то для тебя сделать, если тебепонадобится дружеское плечо или рука, знай, что я всегда готова помочь.Надеюсь, ты и так это знаешь.

– Да, знаю, спасибо.

Подруги улыбнулись друг другу и сменили тему разговора.Однако и после того, как они расстались, лицо Динны, выражение ее глаз ещедолго всплывали в памяти Ким, не давая ей покоя.

Попрощавшись с подругой, Динна медленно поехала домой. Ейнужно было просмотреть почту и оплатить счета. С Беном они должны былавстретиться только в пять часов. Они собирались пойти в какое-нибудь тихоеместо пообедать, потом, может быть, погулять или заглянуть в кино – словом,заняться чем-нибудь, чем занимаются люди, у которых нет детей, срочных дел икоторым некуда торопиться.

Они собирались провести оставшиеся две недели так, как будтоу них впереди было два месяца, – тихо, просто и вместе. Так хотел Бен.

– Миссис Дюра?

Маргарет ждала Динну в холле. Динна не сразу обратилавнимание на напряженное выражение лица экономки. Она только отметила, чтоМаргарет очень бледна.

– Что с вами, Маргарет? Вы нездоровы? – И, толькоподойдя к столику, на котором лежала почта, Динна осознала, что экономкасмотрит на нее каким-то странным взглядом. – Маргарет, что случилось?

Динна внимательно оглядела экономку, одетую в темно-синееформенное платье, пытаясь понять, в чем дело. Может быть, Маргарет узнала проБена? Может, она видела их вместе?

– Что случилось?

– Вам два раза звонили... – неуверенно начала Маргарет,словно не зная, что говорить дальше и вообще стоит ли.

Экономка пребывала в сомнениях. С одной стороны, онасчитала, что не вправе беспокоить миссис Дюра, но с другой стороны, у нее былонеприятное предчувствие.

Динна выпрямилась.

– Кто звонил, мистер Дюра?

– Нет, мадам Дюра, его мать.

– И что она сказала? – Динна нахмурилась. – Что-нибудьслучилось?

– Я не знаю. Она говорила с парижской телефонисткой, нопросила, чтобы вы обязательно ей перезвонили. Сразу же, как только вернетесь.

– С телефонисткой из Парижа? Вы, наверное, хотелисказать с телефонисткой из Антиба?

Динна знала, что Маргарет не делала особого различия междуПарижем и Антибом. Но на этот раз экономка энергично затрясла головой:

– Нет, это был Париж, они оставили номер телефона.

Маргарет покопалась в стопке бумаг, нашла нужную записку ипротянула Динне. Она не ошиблась, звонили действительно из Парижа, а номер,который записала Маргарет, принадлежал парижскому особняку на улице ФрансуаПремьер. Определенно что-то случилось. Возможно, пожилая дама заболела и хочетотправить Пилар домой пораньше? А может, что-то случилось с Марком? Пока Диннабежала по лестнице на второй этаж, направляясь в спальню, где стоял телефон, вее голове пронеслись десятки картин разных катастроф, одна другой страшнее.Сняв телефонную трубку, Динна поколебалась: в Париже сейчас полночь, можетбыть, лучше подождать до утра?