Занудный препод - Каролина Дэй

— Что обозначают твои татуировки?

— Тебе обо всех рассказать?

— Желательно.

Я поначалу подумала, что эта тема будет неприятна Феликсу, но он спокойно ждет, когда я выложу вторую порцию яичницы на тарелку и повернусь к нему лицом.

— Все очень просто. Тут независимость, — он вытягивает левую руку, — а тут — свобода, — вытягивает на правую.

— То есть каждый рисунок символизирует независимость и свободу?

— Да. В университете увлекался татуировками, байками. Мы с ребятами много их набили в свое время.

Обалдеть! Мой препод-зануда, педант и мистер придирчивость оказывается бывший байкер, живущий на свободе и независимости. Вот это да. Кому из девчонок расскажешь — не поверят. Они даже татушки его не видели! И не увидят, не зря же прячет под рубашкой.

— Только не говори, что еще гонками увлекался, — хмыкаю я. Ну это вряд ли, о таком только в книгах пишут, а в реальности…

— Было дело, пока в аварию не попал. С тем пор к трассе не подхожу близко.

Так, что-то ты, Яночка, переборщила с «реальностью». Как там Билан пел? Невозможное возможно? Правильно он сказал.

— А ты не такой зануда, каким казался.

Ой-ой-ой! Надо спасаться! Его хмурый взгляд мне совсем не нравится.

— Я вообще-то не зануда! И с чего ты взяла…

— Хорошо. Пойдем завтракать, — несу наши тарелки к столешнице с высокими стульями. Я такие только у Миши видела, всегда мечтала за такими позавтракать.

— Только не забирайся с ногами на стойку…

— Что? — спрашиваю, когда опираюсь ногами о столешницу, затем свешиваю их с другой стороны и спрыгиваю на пол. А что? Она длинная, обходить долго, между прочим! А у меня и без того все тело болит после наших ночных приключений.

В ответ Феликс всего лишь улыбается и говорит:

— Сегодня тебе можно все.

Только мы собираемся взяться за вилки, как внезапно раздается звонок в дверь. И он заставляет меня подпрыгнуть на месте. Да-да. Странно, правда? Какое-то дурацкое предчувствие у меня. И очень нехорошее. Словно кто-то хочет разрушить нашу идиллию.

— Откройте немедленно! Где моя сестра? — слышится по ту сторону от двери, а затем ее колотят сильными ударами.

Вот черт! Что здесь делает Лида? Боже мой! А если она застанет нас в таком виде?

— Надо одеться, — говорит Феликс и бежит в спальню. Я натягиваю свою одежду, в которой пришла, мужчина надевает футболку и домашние штаны, и бежит к входной двери.

Феликс бесстрашно открывает дверь и видит на пороге мою старшую сестру. Вместе с Мишей. А я прячусь за спину своего мужчины, надеясь, что меня не увидят. Нет. Заметили. Лида смотрит сначала на моего полуобнаженного преподавателя, затем на меня за широкой спиной. И вот сейчас я вижу, как ее серые глаза наливаются яростью. Вот теперь точно нужно бежать. Спасайся кто может! Буфера пришли!

— Вот ты где, сволочь! — Лида влетает в квартиру и замахивается на Феликса. Но не достает — Миша удерживает сестру в своих объятьях.

— И вам доброе утро, Михаил Алексеевич, — подает голос Феликс. — Проходите.

И все? Вот так взять и «пройти»? Моя сестра сейчас всю мебель здесь перевернет, все тарелки разобьет, не говоря уже о бокалах и прочих хрупких принадлежностях.

Но, несмотря на мои страхи Миша с сестрой спокойно проходят в гостиную, Феликс возвращается уже в штанах и футболке, и шепчет мне:

— Сходи за рюкзаком в комнату, я сейчас разберусь.

Ну ладно. Пусть попробует «разобраться» с моей сестрой. С ней порой бывает трудно. Даже не так, с ней всегда трудно, когда она выходит из себя. А сейчас Лида готова огнем плеваться. И не только им. Может, немного тут посидеть? Я, может, через дверь что-то услышу. Феликс сказал, что все уладит. Он же сможет. Правда сможет? Да?

— Феликс Владимирович, вы представляете, насколько это серьезно? — подает голос Миша. Причем не такой спокойный, как со мной, а грозный, словно он отчитывает своего подчиненного. — Я вас взял на работу, как грамотного специалиста, а не для обольщения сестры моей невесты.

— Вы правы, — уверенно парирует Феликс. — Вы взяли меня, как грамотного специалиста, и я выполняю свои требования. Остальное не имеет никакого значения.

— Что значит не имеет? — рев моей сестры даже через стены слышен — прислушиваться не надо, сидя у прорези двери. — Вы — хренов маньяк! Соблазнили мою сестру, а теперь сидите, как барин!

— Лидия, успокойтесь.

— Успокоиться? Вы просите меня успокоиться?

— Дайте мне объяснить, — говорит Феликс с нажимом. — Яна почувствовала себя нехорошо, ее знакомых найти не удалось, и я отвез ее сюда, уложил спать. Сам спал на диване в гостиной. Как видите, я не успел убрать постель в шкаф.

Вижу через щелку между дверьми, как мужчина хлопает по одеялу и простыне на диване рядом с собой. Боже. Ради меня он пошел на такие жертвы? Откуда там вообще белье появилось, если мы спали вместе? Черт! Ничего понять не могу.

— То есть, вы не спали? — удивленно спрашивает Лида.

— Нет. Мы сейчас завтракали и должны были практиковать язык, раз сложились такие обстоятельства. Скоро у студентов будет олимпиада, хотелось бы отправить Яну туда. Девочка подает большие надежды.

Он и тут решил прикрыться олимпиадой, да? Какой хитрый!

— Ну… хорошо, — уже спокойнее отвечает сестра. Как быстро Феликс обезвредил мою Лиду. — Раз вы будете заниматься, я не буду вам мешать. А ты, мелкая, — Лидка тыкает в дверь. Вот черт! Она меня увидела, да? — Чтобы сегодня была дома! У меня для тебя важный разговор!

— Ладно, — выкрикиваю из комнаты, но выйти не спешу. Мне страшно. Это сейчас Лидка улыбается, а через некоторое время будет ядом плеваться во все стороны.

Миша с Лидой уходят, и только после этого я выхожу из комнаты и застаю в коридоре немного уставшего преподавателя.

— Почему ты ей не сказал? — задаю первый интересующий меня вопрос.

— Я же говорил, что наши отношения должны храниться в тайне. Если хочешь, можешь поговорить с сестрой, но это уже твое решение. О наших отношениях я расскажу Михаилу Алексеевичу и о своих намерениях тоже.

— О каких намерениях?

— О серьезных, — мужчина подходит ближе и сжимает меня в своих объятьях. — Я не хочу рисковать из-за ерунды. Для меня все серьезно.

И для меня, Феликс. И для меня… И он прекрасно это понимает, судя по самой обаятельной улыбке на свете.

— Ты что-то говорил об олимпиаде? — поднимаю брови вверх, глядя на своего преподавателя.

— Теперь точно придется тебя занести. Хотя у тебя неплохой потенциал, правда, придется тебя погонять.

— Ну погоняйте, Феликс Владимирович! — поднимаюсь на цыпочках и впиваюсь в тонкие губы своего преводавателя-куратора-педанта-зануду. Но это не все. Я добавила еще одно описание этому многогранному человеку.