Ближе к тебе - Джессика Парк

– Видишь? – Его тон неприятен и резок. – Травма – это подарок, от которого не избавиться. Ты серьезно веришь, что с помощью бега можно заглушить боль? Не выйдет. От дерьма не скрыться. Продолжай надевать кроссовки и наматывать мили по асфальту, но эту дрянь никогда не победить.

Он тыкает палкой в костер, вызывая еще один всполох огня и горячих искр. Для меня это отвратительно. Держать себя в руках уже нет мочи, а потому я бросаю попытки не расплакаться.

– Я люблю тебя, но это было ужасно подло, Сабин, – выдавливаю я. – Даже сейчас.

– Просто доказываю свою точку зрения, дорогая, – с горечью произносит он. – Думаешь, с тем пожаром покончено? Нет. И никогда не будет. А что касается чокнутой семейки Шепард? Мы навсегда останемся запятнанными прошлым, грязными.

– Ты не грязный, – говорю я как можно увереннее. – Прошу. Ты не такой.

Он опускает руки.

– Очевидно, что я такой и есть. Во мне все испорчено. Я люблю тебя. И ненавижу тебя. Люблю Криса. И ненавижу Криса. Вы оба мои кумиры, а также люди, от которых не получается уйти вовремя. С вами двумя куда бы я ни повернулся, везде боль и чувство вины.

Я шагаю к нему и обхватываю ладонями его лицо. Мои руки тут же намокают от слез.

– Послушай меня, Сабин. Я тебя не брошу. Никогда. Я не позволю тебе вычеркнуть меня из своей жизни. Не позволю тебе уничтожить себя. Этого не будет.

– Убирайся отсюда к чертовой матери! – отталкивает он меня.

В ответ я хватаюсь за его рубашку и притягиваю к себе.

– Я люблю тебя. Не делай этого!

– Тебе стоит держаться от меня подальше. Я разрушаю все вокруг себя, поэтому просто проваливай, мать твою! Ты не способна мне помочь, черт подери!

– Прекрати! Хватит!

Я захлебываюсь собственными эмоциями, и абсолютно не отдавая себе отчета, приподнимаюсь на цыпочки и отчаянно прижимаюсь к его губам в поцелуе.

Чтобы заставить его замолчать.

Чтобы заставить его заткнуться к чертовой матери со своей историей истязаний.

Чтобы заставить его полюбить самого себя. Почувствовать мою любовь, в какой бы форме она ни выражалась.

Чтобы прекратить эту бурю.

Я больше не в силах держаться. Больше не смогу подбирать осколки.

Стискиваю его рубашку, пока мои губы раскрываются, а язык скользит ему в рот. Этот поцелуй как глоток виски и отчаяния. Я ощущаю ладони Сабина у себя на затылке, его пальцы зарываются мне в волосы, пока он грубо меня целует. Слишком грубо. Этот поцелуй яростный, и он распаляет нас по совершенно неправильным причинам. Я знаю.

Пытаюсь отстраниться, но Сабин удерживает меня на месте. Поэтому продолжаю целовать, стараясь унять его боль. Впиваюсь пальцами ему в плечи, прижимаюсь всем телом, мысленно умоляя почувствовать себя любимым и цельным.

Его руки бесцеремонно скользят по моей спине, пока не достигают поясницы. Сабин резко притягивает мои бедра и разрывает поцелуй.

– Счастлива? Думаешь, что сможешь вернуть меня к чертовой жизни, как ты это сделала с Крисом? Что ж, ничего не выйдет. Потому что не к чему возвращать. У меня ее никогда не было. Только ущербность и травмы. Это основы моего существования. Это все, что я знаю. И все, что мне остается. Поэтому возвращайся домой и заползай в постель Кристофера. Там твое место. Я с тобой покончил, черт подери!

В его глазах и словах столько отвращения, что я подаюсь на четыре или пять шагов назад. Мне известно, как обращаться с Крисом, когда он расстроен, даже когда он утопает в океане боли, но у меня нет ни малейшего представления о том, как переносить выходки Сабина.

Или как вести себя. Я делаю только хуже для него. Продолжаю медленно пятиться, отдаляясь от него. Но стоит мне отвернуться, как краем глаза я улавливаю движение.

Все происходит очень быстро. Он двигается молниеносно. У меня не остается времени, чтобы остановить его или придумать, как предотвратить дальнейшее.

Поэтому, когда он вытаскивает горящую палку из костра и прижимает ее к внутренней части правой руки, мне остается лишь кричать. Я кричу снова и снова.

Импульсивный и жестокий поступок Сабина пугает меня так сильно, что я опасаюсь подойти к нему. Мои попытки достучаться до него, помочь каким-то образом только усугубили и так острую ситуацию, и я боюсь, что сделаю только хуже, если подойду. Что он вытворит что-нибудь еще более жуткое и опасное.

Поэтому я лишь кричу и, спотыкаясь, направляюсь к лестнице.