Оверсайз. Приятки с моллионером. - Инга Максимовская

Аграфена

Старый дом, похожий на пряничную избушку, все так же чужеродно смотрелся на пустынной пыльной улице. Я почувствовала, как слабнут ноги. Но упрямо сделала шаг к калитке и нажала на латунную пимпочку старинного звонка. Съежилась, ожидая когда откроется портал в прошлое, которое я всей душой пыталась изгнать из своих воспоминаний. Нет, мне не было тут так уж плохо в этом доме. Меня любили, понимали и жалели черт возьми. И вот именно эта жалость жутко раздражала маленькую Грушу. А город не принял нас, пытался отторгнуть всеми силами. Я хмыкнула, вспомнив как шагала каждый день в школу, стараясь не попасться никому на глаза. Внучек ведьмы, оказывается, ненавидят в маленьких поселениях. А внучек сразу двух ведьм – вдвойне.

- Кого тут черти несут? – раздался из – за ворот недовольный надтреснутый голос.- Не покупаю я пылесосы, на них летать неудобно. Валите псам в зад.

- Теть Фир,- пискнула я. Слушая резко – установившуюся за оградой тишину. Не удивительно, что их считают колдуньями, Ба и ее сестрицу родную.

- Кто я то? Свинья? – наконец поинтересовалась бабулина сестра, и я увидела синий глаз, секущий за мной в щель в калитке.- Ходют тут всякие авантюристы. Яааа.

- Груша я, — чувствуя себя персонажем детской сказки проблеяла, мечтая сбежать.

- Груша нельзя скушать. Так-то сестрица моя мумия ужо, а ты вон какой розанчик.

- Теть Фир, хватит уже идиотничать,- от злости у меня голос прорезался,- я внучка твоей сестры. Впусти меня.

- А, всадник апокалипсиса явился,- хмыкнула Фира, и загремела замками,- чего надоть?

Я открыла рот, чтобы ответить, но онемела, уставившись на вылетевшую мне на встречу фурию в белом платочке. Черт, а ведь и впрямь на ведьму похожа. И я не вижу ее ног. Тетя Фира парила над землей, и зыркала на меня не по возрасту яркими очами.

- Мне нужна помощь,- не особо надеясь на то, что меня выслушают, промямлила я, борясь с навернувшимися слезами. – И еще я хочу есть.

- Что ж тебя твоя бабка чокнутая не покормила? Или у сестрицы моей совсем бак прыснул, прости Велес? Или...? Ой, одна я на свете осталась,- вдруг заблажила бабулина сестрица, и полетела в сторону дома, воинственно развеваясь косыночкой.

Я шагнула во двор, и прикрыла за собой калитку. Ничего не изменилось, качели только потемнели от времени и невостребованности, да на столе под навесом, вместо огромного медного самовара сейчас красовался электрический монстр известной фирмы.

- Задвижку на калитке закрой. Ходют тут наркоманы всякие, потом не отмажисся,- прямо за моей спиной гаркнула тетушка, заставив меня вздрогнуть.- Бабка твоя как скопытилась то? Поди башку свою дурную свернула. Говорила этой дуре – самокаты зло - моноколесо форева.

- Ба жива, — не веря в свои же слова выдохнула я, поворачиваясь к неугомонной бабулиной старшей сестрице.- По  крайней мере, когда я видела ее в последний раз она дышала, но была без сознания. Слушай, а ты чего в платочке? Я не помню, чтобы ты голову покрывала косынками.

- Ой, жива конечно. Эту дуру не задушишь не убьешь, - махнула рукой Фира,- ладно, я в магазин. Ты ж жрать хочешь, на ногах вон еле держишься, а у  меня сейчас этап такой – праноядением я занимаюсь и солнечным питанием.

Я и вправду с трудом боролась с навалившейся на меня слабостью. Голова кружилась. Страшно тошнило, а в животе словно поселился небольшой вертолет и теперь бурчал так громко, что казалось его слышно за сто километров.

- Как в сказке, накорми дурачка, в моем случае дурочку, напои, а потом спрашивай. Так что, метнусь я до лабазу. Потом мне расскажешь, куда вы опять вляпались. Купить то чего?

- Огурцов соленых, селедки, конфет коровка, клюквы  в шоколаде...- захлебываясь слюной, начала перечислять я, не обращая внимания на слишком пристальный взгляд бабулиной сестры.

- Таааак, — прервала она поток моих желаний, — я так понимаю ты тоже приползла в мой дом, чтобы очередную Груню на свет произвести. Если так, то проваливай. Одни проблемы от вас. Беременная?

- Ребенок не родится,- сказала и вдруг почувствовала такую боль в груди, что дыхание сперло. – Завтра пойду к гинекологу, есть же у вас женский доктор здесь?

Грех значит на душу возьмешь? Это хорошо, да,- хмыкнула чертова ведьма. – Ладно, чеши в дом, помойся. Воняешь как скунс. Да шампунь в синей упаковке не трогай. Я ведь сразу узнаю, что брала.

Тетя Фира резко стартанула с места, у меня аж уши заложило при виде маленькой фигурки, летящей над землей. Черт, да как же у нее так получается? Прошла в знакомую горницу, так ее называет Фира, ухмыльнулась: светлая комната заваленная миллионом валяющихся на полу подушечек, хаотично расставленных по всем поверхностям фарфоровых кошечек, огромная плазма на стене, занавешенная кокетливой, вязанной в филейной технике, салфеткой. Словно вернулась лет на пятнадцать назад. Подошла к дисковому телефону, хорошо помня, что у бабулиной сестры всегда рядом с этим мастодонтом, лежит справочник города, зачем-то привязанный, словно кто – то его спереть может.

Нашла телефон женской консультации. Принятое  решение было самым ужасным в моей жизни. Еще немного, и все закончится. Может я смогу со временем излечиться от воспоминаний и зависимости. От свербящей душу потребности в предавшем меня так легко человеке. Может. Решительно позвонила по указанному номеру, записалась на процедуру и, убеждая себя, что все делаю правильно, пошла в ванную.