Обещанная медведю - Анна Владимирова

– Это как? – сузил я глаза. – Высшие станут вдруг наказываться по суду за убийство оборотней?

– Здесь сложнее, но не невозможно. Ты и твой народ всегда будете под защитой. Наши договоры нерушимы, Дарьяр. Заключить их непросто, но нарушить – никогда. Я готов заключить договор.

Повисла тишина, в которой, казалось, даже дым от его сигареты скрежетал по нервам, продираясь сквозь воздух.

– В прошлый раз ты не предложил. Хотя знал, что Ромалия и тогда была мне дорога, – тихо заметил я.

– Теперь очевидно, что вас двоих уже не растащить. Она счастлива – я видел. Не как тогда. Тогда ты ее испугал. Теперь все по-другому. Может, эти пять лет вам обоим пошли на пользу. Хоть мне и жаль, что так вышло.

Я слушал его и не мог понять, что делать. Мне нужен мир? Нужен. Я никогда не видел смысла в войне. Отец развязал ее из-за потери Демида. Мариновал в себе злость и ненависть все это время. И ведь было за что. Я же решил ситуацию так, как мог – отомстил за смерть брата виновным, и на этом все. Сила – основа мира. Когда такие, как граф, знают, что ничто их не спасет от возмездия, порядка будет больше. И не его договоры будут этому способствовать.

– Я не правящий, – поднялся. – Договоры со мной никак не повлияют на ситуацию с противостоянием. Поэтому…

– Ну так возьми ситуацию в свои руки, – глянул он на меня спокойно. – Тебе это нужно? Жертвы, противостояние… Твой отец затянет в это все и тебя и мою дочь вместе с тобой. Мне бы этого не хотелось. Поэтому подумай пожалуйста, Дарьяр.

Я посмотрел на него некоторое время.

– У Ромалии друга увезли в какой-то ваш пыточно-исследовательский центр. Она места себе не находит. Хочешь, чтобы я не думал, что ваши причастны к тому, что я видел в нашем лазарете – верни мальчишке свободу. А я подумаю над твоим предложением.

– Хорошо, я попробую сделать что в моих силах, – кивнул граф.

…Когда я вернулся в зал, было чувство, будто я кого-то предал. Хотя не сделал еще ничего, внутренне уже решился на это. Уж не знаю почему, но мне захотелось для Ромки тихой семейной жизни, в которой она могла бы приехать к сестре на уик-энд, вернуть друга и перестать рваться кого-то спасать. Она бы точно осталась со мной.

– Дар, – раздалось сзади тревожное, и я только успел обернуться, как Ромка повисла у меня на шее. – А я тебя везде ищу.

– Я говорил с твоим отцом, – сгреб ее в руки.

Рома замерла в моих объятьях, готовая слушать продолжение, но я молчал. Прижался губами к ее виску и вслушался в свои эмоции.

– Что он тебе наговорил? – не дождалась она моего ответа.

– Ничего.

– Ты обещал, что будешь мне все говорить, – отстранилась она.

– Он хочет мира. Но я не правящий, чтобы с ним вести такие разговоры. Но обещал подумать, как я мог бы поспособствовать этому миру.

– Не слушай его, Дар, – мотнула она головой. – Он просто использует ситуацию…

– Тш, – обхватил я ее лицо и притянул к себе, – подумаем. Я не хочу войны. Не вижу в ней смысла. Но и ему не верю.

– Вот и правильно, – сдвинула она брови.

В зале становилось шумно. Нас обтекали гости, пялились на меня и мою ведьму в руках, и это злило все больше.

– Как сестра? – решил отвлечься от раздражения, взял Ромку за руку и повел в зал.

– Скоро появится, – прижалась она ко мне, оглядываясь. – Все хорошо… Она не хотела тебя обижать, просто охранник ее не так понял. А она просто хотела поговорить…

– И о чем?

– О маме.

– И что ты думаешь о своей семье? – развернул ее к себе.

– Лара сказала, что я была маминой любимицей, а она дико ревновала, – улыбнулась Ромка. Как же она была хороша в этом платье – глаз не оторвать. Я с трудом заставлял себя слушать. А слушать нужно было. Ромка тянулась к семье. – Знаешь, а так и было, наверное… Я так хорошо маму помню. Я и она. И только лес вокруг.

– Остаемся? – уточнил я.

– Да, ненадолго. Я просто познакомлюсь с женихом, и сразу уедем. Ты нормально?

– Нормально.

– Спасибо, – сжала она мою ладонь и перевела взгляд на зал. А я смотрел только на нее. И плевать, что я среди ведьмаков. Все отпустило внутри. Я сжимал Ромкину ладонь, стоял рядом, когда она здоровалась то с одними, то с другими, представляла меня, и ловил себя на мысли, что сделаю ради этой ведьмы все, что она попросит. Захочет мир – я сделаю мир. Потребую голосования, брошу вызов отцу, если понадобится…

– Рома, – услышал рядом и встретился взглядом с уже знакомой мне сестрой. – Здравствуйте, Дарьяр. Спасибо большое за подарок.

Она тревожно мне улыбнулась, но Ромка этого не заметила:

– Лара, ты чудесно выглядишь!

– Спасибо, – перевела она взгляд на Ромалию. – Скоро проведем официальную часть. Не уходите, ладно?

– Блин, я все не спрошу у нее про Сашку, – досадливо поморщилась Ромка. – Хреновая из меня подруга.

– Потом спросишь. Мы же еще тут.

Официальная часть вечера, как обычно, была скучной. Я лишь наслаждался своей ведьмой, замечая, что она отлично вписывается везде. И в мой дом, в мою постель – тоже. И тут смотрится шикарно. Я видел, как на нее заглядываются, но медведь на удивление не бурагозил, даже забавлялся. Было весело встретиться взглядами с наглецом и наблюдать, как тот меняется в лице, осознавая, на чью женщину посмел любоваться.

– Я украду у тебя ненадолго Ромалию? – оказалась рядом Лара, когда официальная часть отгремела, оставив в ушах неприятный звон. – Ром, там подружки невесты собираются обсудить всякое, ты же приедешь на свадьбу?

– Конечно, – глянула она на сестру, потом опасливо на меня.

И я поспешил одобрительно кивнуть. Ну как я мог ее не отпустить? Тем боле, теперь.

– Отлично, – просияла Лара и увела мою ведьму.

Но не успел я заскучать, неожиданно вернулась.

– Дар, мне надо с вами поговорить.

На лице женщины не осталось и намека на радость или веселье, и я нахмурился, предчувствуя проблему. Но согласно кивнул.

Вместе мы прошли незнакомым коридором, при этом невеста кралась, как мышь, тревожно оглядываясь. Я не шумел, хотя эта конспирация действовала на нервы. Чем больше я тут находился, тем больше хотелось послать все к чертям, развернуться и броситься к Ромке.

– Что вы задумали? – сурово потребовал, когда она завела меня на какой-то мебельный склад. – Меня разговоры с вашей семьей пока не очень вдохновляют, уж простите.

– Что он вам сказал? – решительно