Девочка для Беса - Марианна Кисс

Давид — вонючая крыса, которая сбежала первая. Не удивлюсь если и общак ваш прихватил. От него много шума. А посмотрите, как получается, вы работали на него, убивали моих людей, почему я должен вам поверить. Может лучше пострелять прямо сейчас и все, никаких проблем.

Парни смутилась, начали переглядываться. Нужно было выруливать. Я шагнул вперёд.

— Дай задание, мы его выполним, — сказал, глядя Савицкому в глаза.

Он окинул меня долгим, прищуренным взглядом. Быстро, быстро в его голове что-то решалось, это было понятно по движению пальцев на спинке стула. Челюсть его сжалась, а потом расслабилась, как будто решил наконец.

Вот меня, ему точно, прямо сейчас нужно грохнуть, потому что от меня ему конец и придет.

Стою спокойно. Стараюсь просто смотреть ему в глаза без дёрганья. Забыв про Еву, которая в это время испуганно спряталась под капюшоном. Она не смотрит и так легче.

— А ты значит у нас Бес? — лицо Савицкого стало непроницаемо серьёзным.

Да, я для него настоящая проблема.

— Он и есть, — говорю и усмехаясь, чтобы как можно жиже разбавить напряжение.

Савицкий тоже усмехнулся.

— О тебе прямо легенды ходят.

— Есть немного, — соглашаюсь почти весело.

— А что же ты ребятишкам моим так глупо попался?

Я скорчил лицо, будто совсем смешно стало.

— Не рассчитал немного, думал умнее их.

— Ага, умнее, — хмыкнул кривой за плечом Савицкого. — Знаем таких легендарных, в земле теперь лежат. Повезло тебе.

— Спасибо что промазал, — усмехнулся я и все как-то так заулыбались и вроде обстановка перестала быть напряженной.

— Ладно, — хлопнул ладонями по спинке стула Савицкий, — Сегодня уже поздно, а завтра вы все получите задание. Это и будет экзамен. Кто его не пройдет, лучше сразу валите из города. Ну а кто пройдет — Велкам в нашу маленькую семью. А сейчас спать.

Он встал со стула и пошел на выход. Парни остались за нами присматривать, а темная маленькая фигурка в капюшоне, не оборачиваясь, исчезла за Савицким.

В эту ночь мы спали на матах в спортзале. Я долго не спал, смотрел в темный проём окна и думал, любит меня ещё Ева или уже все. Тихое безучастие её повергает в сомнение. А что если она уже с ним?

Да нет, не могла же она кинуться ко мне… тогда бы нас обоих уже с фонарями, на том свете искали.

69. Ева

Тихо иду, а сердце сейчас выпрыгнет из груди.

Он!

Бес — пришел за мной. Да нет, конечно, иначе не могло и быть.

Стены, окна, двери, ничего меня не остановит. Ничего.

Одна секунда и в меня ворвалась прошлая уверенность. Один взгляд и я снова заряжена. Наполнена силой сопротивления. Вот только показать это Савицкому нельзя.

Иначе, и я, и Бес не доживём до утра.

Иду и радуюсь. Доже забыла, что Егор рядом. Забыла, есть его темные, подозрительные мысли.

Вошли в комнату, дверь захлопнулась. Как-то уж слишком громко. Я обернулась, скинула с головы капюшон.

— Увидела его? — злой голос не предвещал ничего хорошего.

— Кого? — повернулась, глянула в глаза.

Да, теперь нужно готовиться к серьёзным испытаниям. К ловушкам. Они будут выскакивать, одна за другой. И вот уже первая.

— Ты знаешь кого, — Егор подошёл, взял меня за капюшон, вместе с волосами натянул и повернул к себе.

Вот оно — его истинное лицо. Сейчас и начнет лезть наружу жестокий, беспринципный и совсем не ласковый человек.

— Если ты про Беса, то мне все равно, — проговорила я и как можно нахальнее глянула в его холодные глаза.

Улыбка ехидная. Щелки глаз оценивают, наблюдают. От них не утаишь неправду. Но я пытаюсь утаить, чтобы сохранить жизнь мою и Беса.

— Хочешь сказать — уже все? — не верит Савицкий.

— Я хочу быть с тобой, больше ничего, — выдавливаю, а он сильнее натягивает мои волосы.

— Правильный ответ.

Он обхватил рукой за плечи, прижал к себе. Щека прижалась к его груди. Он давил мне на голову, как будто пытался вдавить её в себя, чтобы уже точно никуда не отпустить. Чтобы я не ушла, не сбежала. Осталась с ним. Ладонью взялся за шею, обхватил пальцами почти всю, надавил.

С усилием не поддаюсь боли. Прижимаюсь к нему. Показываю то, что он хочет почувствовать.

— Ты мне нужен, — выдыхаю с трудом.

— Меня любишь? — проговорил хрипло, тихо, грозно, но отчаянно.

— Да.

Довольный. Отпустил. Потянул молнию пуховика, расстегнул.

— Тогда докажи свою любовь.

Положил руку на плечо. Я покраснела, вздрогнула. Всякий раз когда он пытался подсунуть мне в лицо свой член, я уворачивалась и всячески избегала этого действия.

— Нет, Егор. Ты же знаешь, мне тошнит от этого.

Всегда удавалось имитировать отвращение. Но что имитировать, если действительно отвратительно даже представить это, а не то чтобы ещё и сделать.

Савицкого это страшно бесит. Уже который день он безуспешно пытается запихнуть мне в рот свой член. Если секс с ним я ещё терплю, то член в рот не позволяла засунуть.

А сейчас стало страшно. У него настроение совсем не романтическое. До этого дня он терпел мои отговорки. А сейчас вижу, очень зол. И даже не знаю смогу ли избежать этой мерзкой участи.

— Нихрена тебе не тошнит, — он снова схватил за волосы и начал стягивать с меня пуховик. — Все бабы сосут члены, одна ты целкой прикидываешь. Или сейчас берешь его в рот или я иду и стреляю в голову Беса.

Я оттолкнула Савицкого. Решила сыграть в его игру. Но только не учла, что не я умнее, а он.

— Иди и стреляй. Мне все равно. Я не буду брать твой член в рот.

— Какого хрена ты тут выделываешься. Я ведь не шучу.

Он пошел к двери, явно блефует. А если сейчас приведет Беса сюда и заставит сосать член перед Бесом.

Мысли ходуном. Коверкаются, сбиваются. Пока я думала что делать, спасение пришло с неожиданной стороны.

В дверь стукнули.

— Входи! — крикнул Савицкий.

Вошёл человек.

— Жора, ты нужен.

— Без меня никак?

— Срочно.

— Ну хорошо, иди, я сейчас, — раздражённо прорычал Егор и человек вышел. — Повезло тебе — Ева. Но когда я вернусь, ты встанешь на колени и отсосешь мой член. Готовься.

И он вышел.

Я смотрю ошалело в стену. Неужели придется сосать ему?

Я не смогу. Не хочу. Это отвратительно.

Если соглашусь, он поймет, что сделала это ради Беса и тоже убьет его.

Варианта два и оба неверные.

Я разделась, легла в кровать. Чтобы к тому времени, когда он придет, уже заснуть. Будить не станет.