Консультант ll (СИ) - Анна Вальман

Уже близился вечер, когда я почувствовала прикосновение к руке.

Мгновенно пробудившись, я вспомнила клетку, Олава и осмотрелась. В лаборатории было многолюдно, но тихо. Все инфирматы, около пятнадцати персон, собрались на вечерний ужин и, кто с угрюмым видом, а кто с отвращением, ждали кормежки.

Возле клетки только что сидела незнакомая мне девушка, просунув руку сквозь прутья, но быстро юркнувшая в группу ожидающих в другой части зала. Мое кольцо! Она украла мое кольцо-цветочек из медной проволоки!

— Эй! — я подскочила, но только привлекла всеобщее внимание.

— Turpis experrectus. — Проговорила Сабина и отвернулась. Рядом прыснули несколько девушек. Но воровка будто исчезла, затерялась в толпе.

— Да и подавись! — Обреченно выдохнула я и склонилась над Олавом. Он выглядел немногим лучше, чем был. Лишь кровь перестала сочиться из многочисленных ран на синем опухшем лице.

Через пару минут в комнату вкатился стол на колесах, на котором стояла заправская столовая кастрюля на 5 литров и ряды стаканов в два этажа.

Минг, которая выкатила все это добро смотрелась комично в фартуке поверх кожаной куртки. Она макнула половником и зачерпнула густую бордовую жижу, смачно хлюпнувшую на дно стакана.

— В очередь, дамы и господа. Эй, ты, отнеси один вон тем птичкам в клетке. Велено кенаря кормить, может еще запоет, если не сдохнет.

Веснушчатый парень подхватил два стакана и понес один нам. Инфирматы потянулись за питательным ужином, ели неторопливо и не спешили расходиться, общаясь в основном группами.

— На, влей ему в глотку, если, конечно, хочешь, чтобы он выжил. — Я смотрела на протянутый сквозь прутья стакан, по стенке которого медленно ползла, пытаясь сбежать, толстая красная капля. Неуверенной рукой, взяла и попыталась наклонить голову Олава, чтобы он мог выпить.

Мне удалось приставить к его губам стеклянный краешек и даже влить примерно столовую ложку жидкости, когда показалось, что он сделал глотательное движение кадыком. Наклонив стакан, я попыталась влить еще, и тут он захлебнувшись, вывалил все назад, стошнив себе на грудь и мне на юбку. От неожиданности я выронила мокрый стакан, разбив на две неровные половины.

— Вот криворукая! — прозвучало со стороны.

К горлу подступили слезы, но я с достоинством вытерла юбкой лицо своего голодного мужчины и, отодвинув стекло, уселась рядом.

Не плачем. Не плачем. Как королева. Твердила я про себя. Провожая глазами, уходящую Минг, которая все видела, но на мой умоляющий взляд ответила усмешкой. Второй стакан она не дала, но и стекло осталось лежать, где лежало. Некоторое время спустя я додумалась посмотреть карманы Олава, и на это он наконец-то простонал и даже пошевелил рукой, может быть, рефлекторно пытаясь схватить за руку вора. Реакция у него даже присмерти явно получше моей. В кармане нашла только маленькую отвертку, но забирать не стала.

Когда все разошлись, и мы остались одни, — куда-то запропастился и доктор, — я дала себе раскиснуть. Оторвалась от пола и склонилась над Олавом, нос уловил странный запах. Едкий. Раздражающий. Немного ненатуральный, словно из сломанного компьтера. Может, перегрелось что.

Олав не приходил в себя уже довольно долго. Я принялась ощупывать его голову, но видимых повреждений, кроме синяка на виске с изуродованной стороны не было. А гематома, казалось, была глубокой. Большой и для человека, возможно, летальной.

Очевидно было одно: Олаву становилось хуже, он почти не дышал, ноги окоченели, как и кончики пальцев. Посторонний запах усилился, и уже совершенно точно пахло паленой проводкой откуда-то из коридора.

Вдобавок, либо я теряю зрение, либо в помещении появился дым. Все стало серее, будто потеряло контрастность, и сколько я не моргала и не терла глаза, ощущение дымки не пропадало.

Похоже, мы горим. В здании пожар! Но почему же никто никак не реагирует?! В мониторах фигуры инфирматов, расхаживали по комнатам как звери в клетках, изредка поглядывая на камеру.

Дверь в лабораторию тихо скрипнула, и из коридора до меня донеслись перешептывания и шорохи шагов. На пороге нерешительно застыла хрупкая фигурка девушки. Убедившись, что помещение пустое, она неторопливо приблизилась к клетке и обошла ее, рассматривая меня с ног до головы. Та самая воровка, имела наглость заявиться еще раз?

— Немного странно для вампирской подстилки, не находишь? — наконец произнесла она, достав из кармана мое кольцо-цветочек, подарок Николаса. — Не золото, не серебро. Кусок меди. Не насосала на бриллиант?

— Это подарок за красивые глаза. Я могу получить его назад? Как видишь, взять с меня больше нечего.

— Кто дал тебе его? — полюбопытствовала она, покручивая кольцо в руке, прикидывая, вернуть или уничтожить на моих глазах, чтоб насладиться моей беспомощностью.

— Отдашь, тогда скажу.

— Сегодня мое любопытство сильнее, чем тяга к бижутерии, тем более такой помойной. На, забирай! — Она стрельнула кольцом в клетку, метя Олаву в голову.

— Подарок знакомого из Сантьяго. — Ответила я, возвращая кольцо на палец. Я подумывала, раскрутить проволоку и поковырять ею в замке, когда неприятная гостья уйдет.

— Только знакомого? Медная роза — символ гнезда Паломы Вега из Сантьяго, его не дарят просто знакомым. Он отмечает границы собственности Вега от остальных гнезд южноамериканского континента.

— Иногда кольцо — это просто кольцо. Его мне дал Николас. Но я… принадлежу другому. — Соврала я, бросив взгляд на Олава.

— Он уже мертв или скоро будет. И тебе лучше уходить отсюда. Бетонный пол стал горячим, как пески Атакамы. Я могу открыть решетку для подруги Николаса. Когда-то я знала его, и он был добр ко мне и моей сестре.

Я посмотрела на нее пристально, она казалась старше, чем была на самом деле: крупные черты лица были будто не до конца сформированы, внешность еще в процессе становления. Сколько ей лет? Не больше двадцати, а, может, и того меньше.

— Ты… одна из детей с виллы Лопе! — догадалась я.

— Я здесь уже почти год. — Иронично усмехнулась она. — И уже перестала считать себя ребенком. Как, впрочем, и мои надзиратели.

— Ты дочь одного из охотников? Я видела их в лесу. Мы вернули оставшихся детей их родителям, когда началась эпидемия, и предупредили их. Возможно, кто-то выжил!

— Для меня это уже не имеет никакого значения, как видишь. Так ты хочешь выбраться отсюда? Но уйти из лаборатории я тебе не помогу. Лифт на нижние этажи заблокирован.

— Да. Да! Ты можешь открыть клетку? — опомнилась я.

— Скажем, я могу ее сломать…

Она развернулась к столу Хареля и порывшись в шкафчике слева достала его халат. Бросив белую тряпку в