Сводная не для меня - Тина Дорофеева

Голос срывается на крик. Мама морщиться, а я ощущаю на себе взгляды проходящих мимо учеников.

Но забиваю на них болт. Здесь и сейчас я скажу все, что я думаю о своей семейке.

Как жаль, что родителей не выбирают.

Горечь наполняет рот. Хочется плюнуть ею в лица моих родителей, которые затаились и ждут, что я буду делать дальше.

Первая рискует подать голос мама.

– Антош…

– Нет уж, мамочка. Больше нет Антоши, ты его потеряла! Ты решала все за меня, больше это не прокатит.

– Я же хочу как лучше.

– А-а-а-а, так именно из большой любви ты пинаешь меня туда-сюда, не давала общаться с отцом все это время и распорядилась моим будущим. Кто дал тебе такое право?

– Антон, обороты сбавь. Это мама все-таки.

– Это ты её позвал? – переключаюсь на отца, – захотел выпереть меня?

– Я тебе ещё раз говорю, что ты несешь ерунду. Я сам только что узнал о планах твоей мамы.

– А зачем ты сюда её тогда притащил?

Меня накрывает волна животной ярости. Эти люди сейчас корчат из себя непонятно что, и считают меня марионеткой.

Боюсь, их ожидает большой облом.

– А что ты сюда её припер тогда?

– Потому что хотел уже разобраться в наших отношениях, – отец пытается держать эмоции в узде, но судя по блеску в глазах, он тоже на грани.

– А что в них разбираться, – переступаю с ноги на ногу, – я в состоянии и без вас обоих прожить.

– Что ты имеешь в виду? – мама прижимает ладонь к груди и бросает быстрый взгляд на застывшего отца.

– А что мне иметь в виду. Мне через пару месяцев восемнадцать. Выпускной, все дела. А потом вы просто отвалите от меня оба. И перестанете играть в игрушку по имени Антон.

Припечатываю, хотя самому от этих слов становится дико.

– И что ты собираешься делать?

Нахожу глазами Нику, она неотрывно смотрит на нас. Губа закушена, в глазах волнение. Я его даже отсюда замечаю. Пальцы сцеплены в замок.

Снежана толкает её в плечо, но Ника только мотает головой и продолжает смотреть на меня.

– Женюсь, – не задумываясь отвечаю.

– Женишься? – ошарашенно переспрашивает мама, – не рановато ли?

Не отпускаю взгляд принцессы и губы сами растягиваются в довольной улыбке.

Черт, а я ведь реально этого хочу. Просто произнеся вслух эту мысль у меня словно за спиной крылья вырастают.

– А какая разница, в восемнадцать или в тридцать, если я уверен в выборе.

– Чепуха какая. Сынок, ты же понимаешь, что это нелепость, – мама в своем репертуаре.

Знает лучше меня, что мне нужно и важно.

– Принцесса, – кричу, чтобы услышала меня одна-единственная девушка.

Она вопросительно заламывает бровь и оглядывается по сторонам. Как будто для меня есть другая принцесса.

Усмехаюсь.

Жду пока Ника вернет мне внимание.

Она возвращает взгляд на меня. Делаю глубокий вдох, но никогда у меня не было такой уверенности в поступке, который собираюсь сделать.

Всё вокруг замолкает. Мы погружаемся в тишину.

– Выйдешь за меня?

Ника шокировано открывает рот, а потом резко бледнеет.

Ника

Поверить не могу, что он это спросил.

Не потому что не уверена в нем, а потому, что он это делает вот так. Показательно. При всех. Уверена, что это происходит на эмоциях и чтобы задеть родителей.

– Кхм, – Снежа откашливается, – Ник, ты живая, а то на тебе лица нет совсем. Все нормально?

Киваю, а у самой внутри дыра размером с Юпитер.

Антон меняется в лице. Видимо, до него доходит, что он спросил. Его отвлекает каким-то вопросом дядя Рома.

Я пользуюсь случаем и сбегаю.

Быстро прохожу мимо кустов и ищу укромное место.

– Ник, подожди, мы с тобой, несется мне в след голос Снежи.

Мотаю головой, скрываясь за поворот.

– Я в норме, надо в комнату. Телефон сел.

Нагло вру, но мне жизненно необходимо остаться один на один и решить, как реагировать.

Хотя сейчас удается выдохнуть и меня слепит желание подойти к Рязнову и дать ему по лицу за такие выкрутасы в мой адрес.

В голове никак не может уложиться, что он вот такое вытворил.

Для чего? Зачем весь этот цирк?

Погружаюсь в мысли так глубоко, что пропускаю момент, когда остаюсь не одна.

Разворачивают так резко, что распущенные волосы хлестают по лицу.

Передо мной горящие голубые глаза.

– Далеко собралась?

Рязнов…в бешенстве.

Как будто я задела его самолюбие, а не он устроил только что при всех цирк.

– Отпусти, – цежу сквозь стиснутые до боли зубы.

Он прищуривается.

– С чего бы я должен это делать?

– Потому что я не твоя игрушка, – голос остается спокойным, меня саму это удивляет, но невозможное-возможно.

Рязнов резко выдыхает.

– Игрушка? Ник, ты чего? Я не считал тебя игрушкой.

– Да? Тогда к чему было то выступление перед публикой в лице твоих родителей.

Он хмурится. Как будто не понимает, о чем я тут ему пытаюсь толковать.

Рычу и пихаю его в грудь.

– Не притворяйся дураком, Рязнов, тебе не идет эта роль.

– Принцесса, о чем ты? Почему вдруг такая мысль, что ты игрушка?

Он протягивает руку, но я отпрыгиваю как ужаленная. Его рука падает и он сжимает губы.

– А как назвать вот это твоё: Выйдешь за меня?

Кривлю губы от горечи во рту. Хочется сплюнуть ему под ноги.

Антон выдыхает и его выдох задевает мои волосы на виске.

– Дурная?

Неожиданно близко оказывается и все же прижимает меня к себе.

Дергаюсь, чтобы освободиться, но куда мне против стальной хватки на талии.

– Посмотри на меня.

– Отвали, а. Вот просто отвали. Это ты с Викой мог такое выкинуть и она была бы на десятом небе от счастья. Но со мной не нужно.

– Ника…Ника, послушай меня.

– Нет, это ты меня послушай, Рязнов, – снова злюсь, потому что неприятно, горько и даже больно, что он вот так все вывернул, – со мной не нужно так. Я не собираюсь участвовать в фарсе, который ты придумал для родителей.

– Принцесса, я реально хочу, чтобы ты осталась со мной после школы. Я влюбился и не собираюсь тебя отпускать.