Купить мужа, или Голая правда о драконах - Елена Амеличева

уперлась руками в его грудь. – Ты посчитал возможным так поступить со мной. Очень, очень сильно обидел. И думаешь, что я просто забуду, позволю тебе так со мной обращаться? – оттолкнула его и села, обхватив руками колени. – Тогда ты не на той женщине женился, дракон. Надо было искать послушную мышку, которая будет тебе в рот заглядывать и делать все так, как мужчина велел! Я не из таких!

– Дэна, прости, – он порывисто обнял меня сзади, вновь обжигая своим жаром – и от тела, и от страсти, бушующей в нем самом. – Мне не нужны мышки, я тебя хочу – женщину с характером, которая умеет за себя постоять, уважает себя. Я ценю это, правда. Ты права. Я поторопился, но лишь из-за того, что переживал за тебя.

– Принял решение – неси ответственность, – прошептала в ответ.

– И что будет дальше? – его голос напоминал натянутую струну.

– Не знаю.

– Ты… – он помедлил, шумно сглотнул, но все же выговорил это, – бросишь меня?

– А сам как думаешь?

– Я боюсь думать на эту тему, – обронил совсем тихо. – Знаю, что и так был недостоин тебя. А теперь, как и ожидалось, разочаровал.

– Вот только на жалость не надо давить! – я поморщилась. – Давай разговаривать, как взрослые люди, а не… – хотела развернуться к нему, но мне бесцеремонно зажали рот рукой и повалили обратно на сено.

Совсем оборзел?!! Я впилась зубами в его ладонь, он сморщился, но не убрал ее.

– У нас гости, – шепнул, указав на дверь. – Иногда приходится сначала делать, а потом оправдываться, видишь?

– Позже посмотрю, – съязвила шепотом, видя тени на земле – черные, длинные, вытянутые несоразмерно, похожие на ломаные штрихи углем на сером листе.

Осторожно поднявшись, мы подошли к приоткрытой двери.

– Выходите, вы окружены! – голос заставил вздрогнуть всем телом.

– Все будет хорошо, – ладонь Черута сжала мою.

Глаза вспыхнули зеленью и обожгли, высказав все то, что он держал на сердце.

Какая же глупость все эти сиюминутные обиды! Любой миг может оказаться последним, и уж тогда точно будет и не вспомнить, из-за чего на душу набежала тучка, не стоящая даже внимания!

***

Легко подтянувшись на балке сеновала, Черут бесшумно скользнул наверх, распластался и выглянул на улицу сквозь полуразрушенную крышу.

– Всего десяток человек, – доложил, спрыгнув обратно ко мне, как огромный холеный котяра.

– Всего?..

Я подавила нервную дрожь. Ну конечно, нас-то в совокупности целых семь! Двое дети, один раненый, я вообще если только завизжав напугать могу. А, да, еще бабка имеется, которая едва передвигает ноги – весомый козырь, ничего не скажешь, всех порвет!

– Эльфы под навесом за этой избушкой, – шепнул Черут. – Отступаем туда. Движешься за мной. Максимально тихо. Поняла?

Кивнула и глубоко вдохнула, утихомиривая бешено стучащее сердце. Он снова сжал мою руку и скользнул в дверь. Мы осторожно двинулись вдоль стены, продвигаясь назад. И почти успели добраться, когда в ночи вдруг яркой вспышкой взорвалось что-то зеленое.

Ослепленная, я замотала головой, пытаясь проморгаться. Перед глазами танцевали зелено-алые вспышки. Когда в небе расцвела следующая, ядовитым яблоком с шипением опускаясь невесомо, прикрыла лицо рукой. Но это не помогло, потому что из-под навеса, под которым улеглись спать Кирсан и Астер, взметнулся ответный шар – ярко-белый.

Сбив зеленую гадость, он метнулся вниз и, судя по крикам, вполне успешно для нас приземлился.

– Молодцы, остроухи, – одобрил муж, одобрительно кивнув.

– Где бы записать, дракон доволен! – ответила темнота, и к нам шагнул Кирсан.

– Где Астер? – спросила я.

Черут тут же скривился.

– Тут, – прихрамывая, эльф вышел следом из объятий ночи.

На его руках до сих пор клубились снежные вихри.

– А Шустрик? – с тревогой вгляделась за его спину. – Где он? Его же с вами спать уложили?

– Не переживай за мальца, он не пропадет, – Черут приобнял меня.

– Но…

– Тихо! – прошипел Кирсан, напрягшись всем телом.

– Обходят справа, – кивнул дракон, когда эльф посмотрел на него.

– Тогда надо обеспечить тварям теплый прием, – вояка присел и уперся в землю рукой.

Из-под ладони быстро заструился ручеек фиолетового огня.

– Обеспечим, – Астер зашептал заклинания, сжав руки так, словно держал маленький мячик.

– Мы вообще весьма гостеприимные, – ухмыльнулся мой дракон, хрустнув шейными позвонками.

Его дыхание сменилось с обычного человеческого на утробное, словно мурлыкающее, глубокое – не людское.

По лицу волнами пошла чешуя. Плечи расправились с одним глубоким вдохом, делая его выше, мощнее и… опаснее.

– Жди здесь, – бросил он, окатив меня кипящей зеленью глаз, прорезанных иглой драконьего зрачка.

Смогла лишь кивнуть в ответ и прижалась спиной к стене, глядя на мужчин, каждый из которых был сейчас по-своему прекрасен и притягателен.

Но равных моему дракону, великолепному хищнику, такому желанному, все равно не имелось!

Глава 26. Неземной свет

Они двинулись в темноту, прошивая ее яркими белыми вспышками и огненной стеной, которая прикрывала их щитом – спасибо Кирсану. Тьма ощетинилась в ответ зелеными фаерболами, вскипела, давя и заставляя моих смельчаков отступать. Но потом поджала хвост, сама двинулась назад под их напором, хрипя и нервничая.

– Уходят слева! – крикнул Астер, взметнув вверх еще одну яркую вспышку.

Она рассыпалась на маленькие шарики, большинство из которых метнулось к кустам, из которых тотчас послышались крики.

– Уже двое, – довольно резюмировал он, сведя ладони вместе и готовя новую порцию вкусняшек для магов.

– Один, – доложил Кирсан из тьмы, после того, как оттуда послушался топот и хруст.

– Уже ноль, – из-за сарайки вышел мой дракон, ухмыляясь и отряхивая руки. – Враги повержены во славу прекрасной дамы!

Он отвесил мне шутливый поклон – как раз вовремя, чтобы я смогла увидеть, как ползущий по земле маг с горящими ненавистью глазами вскакивает и…

Думаю, он хотел броситься на Черута и обхватить ладонями, в которых пылало зеленое пламя, его голову. Слышала, что маги так убивали в ближнем бою – выжигая противнику разум, оставляя телесную оболочку пустой, будто ненужную куклу.

Говорят, плоть от такого попросту высыхает, скукоживается, как убежище гусенички после того, как его покинула бабочка. И в итоге остаются лишь хрустящие осколки, тающие на глазах – ничего не оставляя от того, кто когда-то был человеком.

Я видела, как руки мага приближаются к любимому, даже разглядела торжество, которое зажглось в глазах поганца, так же ясно, как и недоумение в драконьих очах, следящих за моим лицом.

А потом…

А потом мое сердце взорвалось – на тысячи солнц! Ослепительно ярких, бесконечно мощных, небывало жарких – таких, каких никогда не бывало для взора простого человека, ибо принадлежало к особому миру. Миру магии и волшебства – того