Темная правда королевы - Дарья Юрьевна Быкова

— Кто следующий? — наконец, спрашивает Роберт. Слова он пытается смягчить улыбкой, но получается только хуже.

— То есть? — переспрашивает королева холодно. Возможно, даже слишком холодно, ибо догадывается, к чему всё идёт.

— Следующий жених. Или на этот раз тёмный маг избавится от него ещё до объявления помолвки?

— Принц, вы забываетесь! — цедит Арея, чувствуя, как начинают гореть щёки.

— Может быть, обратите внимание на Арриса, Ваше Величество? — имя служителя Света Роберт выплёвывает с особой неприязнью. Видимо, у молодого выскочки талант вызывать неприятие. — Он ещё избалованнее, чем Вейлери, но его не жалко, да и международного конфликта ещё одного нам сейчас точно не надо!

— О! — говорит уязвлённая и оттого злая королева. — Кого не жалко… Как это заботливо! По-родственному! Себя не предлагаете?

И тут же понимает, что перегнула палку: глаза у принца делаются совсем больные.

— Иногда, — говорит он, — я думаю, что с радостью бы сдох за возможность хоть несколько дней… хоть одну ночь… Арея!

Она опускает глаза. Доигралась. И как настоящая стерва думает сейчас вовсе не о том, как помочь Роберту, а о том, что от Виира, к сожалению, такого не услышишь. А может, и к счастью…

— Роберт… — вздыхает она.

На губах принца появляется горькая и ядовитая улыбка:

— Не надо, Арея. Ты отказываешь мне вовсе не потому, что слишком ценишь как друга… Ты… С ним… Вы…

— Роберт, — уже совсем с другой интонацией повторяет королева.

— Простите, Ваше Величество! Простите! Я… я непозволительно честен сегодня! — язвит тот и, отвесив преувеличенно низкий поклон — практически шутовской, покидает покои.

Арея косится на Тьму. Тьма в каждом углу, но она предательски молчит.

И Виир не показывается. И не хочется признаваться, но то, что он её избегает — или же просто позабыл, занявшись другими делами, слишком сильно горчит.

А ещё и снится ей какая-то ерунда. Что Виир с Робертом сидят вдвоём. Пьют. И играют в шахматы. Последнее отчего-то кажется самым удивительным и невероятным.

— Ты мог бы пойти к ней, — с болью говорит принц.

И королева забывает дышать, если это вообще можно сказать о сне.

— Не мог бы, — мрачно отзывается тёмный маг. И ставит свою фигуру с каким-то особенно злым и отчётливым стуком.

— Я бы пошёл. И всё рассказал, — не унимается Роберт.

Виир выразительно молчит и пьёт.

— Нет, правда! — не унимается принц. — Ты же ничего не теряешь!

— Заткнись и ходи! — огрызается Виир.

Однако Роберт вместо того, чтобы сделать ход, тоже пьёт. И снова говорит:

— Лучше быть гадом, чем оказаться в чём-то слабым?

Вопрос явно предполагает отрицательный ответ, но маг этого словно и не заметил:

— Лучше.

— Не понимаю! — говорит себе под нос принц, сделав, наконец, ход. Но тёмный отвечает:

— Когда поймёшь, тебя, наконец, начнут любить женщины. Принц.

— Не будь ты тёмным магом, она бы тебя даже не заметила! — огрызается тот.

— Один-один, — удивительно мирно отзывается Виир. — Шах. И мат. Ещё?

— Она… спит? — спрашивает принц, с досадой смахивая фигуры с доски. И Арея в панике устремляется назад, ей отчаянно не хочется, чтобы её застукали за подсматриванием и подслушиванием, и она вязнет где-то посредине между явью и сном, и до самого утра видит только сны о своём детстве. И каждая фраза её отца теперь звучит совсем по-другому, в свете новых знаний… Но она пока не готова с ним говорить.

Утром Арея идёт в обитель Света. Хорошо было бы выждать ещё пару дней, но сон, пусть это и был всего лишь выверт её подсознания, вряд ли могло быть что-то другое, сон поселил в ней неизбывную тревогу. Так что откладывать она не могла. Да и не хотела. Не в её правилах и привычках.

— Ваше Величество! — суетливо отвешивает поклон Аррис, отчего-то он кажется ещё бледнее, чем вчера. Переборщил с белилами? Или недобрал румян? Королева благосклонно кивает и протягивает руку в знак особой милости. Что бы подумал Роберт… впрочем, неважно. — Чем могу служить?

Арея закусывает губу и на секунду опускает взгляд. Начинает лгать:

— Знаете… Ильташ… Он мне снится, — говорит она и сама удивлена подступившим к глазам самым настоящим слезам.

Не снится. Но она бы хотела.

— И Тьма снится. — Увы, совершенно опять всё не так. — Ильташ говорит… В моём сне он говорит, что…

Подняв глаза на Арриса, она замолкает. На его лице растерянность и какое-то совершенно дикое фанатичное восхищение.

— Мне… — прерывающимся голосом говорит служитель Света. — Мне он тоже снился, и велел… Идёмте, я вас отведу!

Королева растерянно принимает руку и идёт. Ловушка? Происки Виира? Или Лайдора? Как знать, чей протеже Аррис? Напрямую проникнуть в его сны ни Виир, ни Лайдор, наверное, не могли, но вот действовать через кого-то другого…

— Куда вы меня ведёте? — всё-таки спрашивает она. Ну, чтобы знать, к чему готовиться. Находит свободной рукой клинок, спрятанный среди юбок. Становится немного спокойнее.

— Ильташ сказал, вы — кровь великого Арсенно. Вы сможете открыть его записи!

— А… — растерянно молвила королева, вконец растерявшись. — А вы не можете?

— Дневник зачарован, Ваше Величество. Только прямой потомок мага может его открыть. Если Ильташ прав… я войду в историю… то есть, вы войдёте, Ваше Величество!

— О! — только и говорит она. Не войдёшь, так влипнешь, это я тебе гарантирую.

Подсознательно королева ожидала увидеть храм в миниатюре или что-то типа того, но помещение, в которое привёл её Аррис, было крайне похоже на обычный кабинет. Ну, разве что принадлежащий сумасшедшему коллекционеру или дурачку-антиквару, который тащит всё без разбора…

— Вот! — благоговейно произнёс Аррис, и провёл рукой над большим письменным столом, снимая защиту.

Несколько мгновений они молча разглядывали неприметную, потрёпанную книгу.

— Давайте, Ваше Величество! Попробуйте открыть! — поторопил её молодой человек, нетерпеливо переминаясь с ноги на ногу.

— А что происходит с теми, кто не является потомком Арсенно, но пробует открыть? — задумчиво поинтересовалась она.

— О, совершенно ничего фатального, насколько я знаю. Разве что немного неприятных ощущений, которые на следующий день уже проходят… Но вам совершенно нечего бояться, Арея!

Королева поморщилась от фамильярности, но Аррис, увлечённый мечтой о месте в истории и вящей славе, даже не заметил.

— Сначала вы, — ласково улыбнулась она ему.

— Я? — растерялся служитель Света. — Но я же не потомок Арсенно и…

— Я не ем непроверенную еду, не надеваю непроверенную одежду и не трогаю непроверенные вещи, — спокойно отозвалась Арея.

А если