Грань - Лира Дарси

— Вы не спите, — пискнула.

Уголки его губ дернулись в доброй усмешке, и он стиснул объятия, лишая глотка кислорода. Ну и напор, должна сказать! И наглость…

— Вы тоже, — подыграл он моему резкому выканью. — Напротив, мило убаюкиваете, миледи. Не голосом… физическим контактом, но я давно не…

И умолк. Ну да, обычно в плане тайн он куда более собран и насторожен, а за последние дни в моем присутствии одна промашка бредет по пятам за другой.

— Мне показалось, что вам приснился кошмар.

Он отмахнулся.

— Ерунда.

Правда? Я не купилась. Из — за ерунды не мечутся, как в горячке.

— Если это так, что ж — отпустите, — потребовала, потому что его близость жутко нервировала.

— Нет.

Эх, жалко, стукнуть не могу. Да и шумим так, что Кэсси до сих пор… Кстати, а почему это она еще спит?

— Джеймс, — умоляюще протянула. — Мы одни, и все же…

— Вот же ж…

Хватка ослабла, да и мой собеседник наконец проникся, что я не настроена на романтику от слова совсем, и сдался. Я направила освобожденную руку, выпустила обнаруживающую магию. Иллюзия, наколдованная блондинкой, растаяла, а я застонала:

— Нет, она просто невозможна…

— Что такое? — спросил Риган.

— Кэсси в библиотеке, ищет дальше, — донесла до него коротко, но максимально информативно.

— Качественное видение, — оценил он, поправляя одежду.

Я фыркнула и уже другим заклинанием выгладила рубашку прямо на нем.

— Но вы не побоялись воспользоваться моей доверчивостью, профессор. Где же ваша знаменитая выдержка?

И не сердилась, но проучить ох как желала.

— Возможно, она канула в небытие.

— Уже само ваше пребывание ставит девичью честь под сомнение, — выпалила, а сама жалела, что не умею переноситься по сиюминутному желанию.

— Тогда я женюсь на вас, — осмелел этот… кхм, герой. — Попрошу руки вашего отца, заручусь поддержкой высших сил.

— А вы не стукнулись головой?

— Я…

И вдруг в дверь так застучали, что я подпрыгнула на месте. Хоть бы не… Поздно! Еле увернулась, потому что единственная защита сорвалась с петель, пролетела и и угодила точно в комод, рядом с которым я стояла. Это… нечто!

На пороге, внушая ужас огромной могучей фигурой, стоял человек. То есть седовласый мужчина в серых походных одеждах и… с секирой наперевес за спиной. Сдвинул густые кустистые брови воедино и сурово зыркнул на моего учителя. Это еще кто? Похоже, я произнесла последнюю мысль вслух, и даже Бен смолчал. А я сглотнула, но зрительный контакт не нарушала. Что — то мешало, что — то призывало не бояться несмотря на то, что тот старательно внушал своим воинственным образом ужас.

— Ну? — выдало «нечто».

— Прекращай девушку пугать, Арман, — звук смеха Ригана, неподобающего ситуации, вывел меня из подобия транса, и я заморгала. — Ты учитель хоть куда, но манерами за столько лет так и не обзавелся.

Утром! Когда все еще спят и видят если не десятый, так шестой сон!

— Вы кто такой, если считаете приличным врываться… в девичьи спальни? — выкрикнула вопрос.

На удивление, спокойна, и в обморок не падаю. А гость и бровью не повел. Два мужчины и одна девушка — итого тройная неловкость.

— А я думал, что выбил неженку из мужчины, — громыхнул седой громила.

Если плюнешь на пол, убью… Повисло молчание, а мужчины приблизились друг к другу едва ли не вплотную и принялись изучать.

— И где ты, старик, неженку заприметил? — брюнет иронично выгнул бровь. — Помнится, от твоих тренировок любой умрет, а я живой.

И хоть он превратился в того профессора, каким я запомнила его в предыдущем году, да и в начале этого, до того, как узнала получше, сложно было не заметить смешинки. Приход нежданного гостя обрадовал Ригана. Бывшие учитель и ученик, которые подружились?

— Зря жалел, когда всыпать не помешало б… А ты старика где увидал? — гаркнул, да так, что я чуть не забыла, что волшебница и могу в случае чего отстреляться магией.

Маги рассмеялись и обнялись, подтверждая мою мысль.

— Никак не привыкну к тому, что ты любишь эффектные появления, — Риган восстановил дверь, но его смех не смолкал. — Но выбивать дверь? Перебор.

— Миледи, прошу прощения, — меж тем обратился он ко мне гость. — Арман Риккардо, бывший член элитного королевского отряда, а также маг, обучавший этого молодого недо… человека, — последние слова он произнес дразняще и весело, а потом произнес нехорошо так. — Наворотили вы дел, ребятки…

Внутренности неприятно сжало.

— Но в первую очередь, дело касается тебя, мой ученик. Нам необходимо переговорить лично.

— Лаграс пойдет со мной, — бледнея, Риган выдвинул условие.

А я чем там помогу?

— Профессор, мне лучше остаться здесь и подождать, — поспешно вставила, пока не поздно.

Но старый маг удивил.

— Нет. Войдем в твои личные покои, Джеймс, а мисс Лаграс, надеюсь, подождет в гостиной, — кивнул Риккардо.

Бонус

Я помню, как нес ее на руках через проходы и коридоры академии, жалея лишь о том, что вмешаться в «болтовню» с принцем не мог. Риан и Алиса волочились в воздухе следом и порой так и норовили подтолкнуть, но я вовремя ускорялся и нежелательные пинки откладывались. Но если все — таки получу кару… Как говорится, глаз за глаз. Или тычок за тычок.

Эстер легкая. Почти невесомая. Она хоть что — то ест или существует на святом духу? Спрошу, как разберемся с проклятием. Уверен, нести себе не дала бы, упрямо ползла на четвереньках до комнаты. Гордячка, каких в Дагории и двух — трех не сыскать с огнем. А эта девушка стоит сотни, и ни на кого не похожа. Удивляет раз за разом. На занятиях в первый год сидит тихо как мышка, боится всего и вся. И праздники не посещала, предпочитая отсиживаться в комнате жилого крыла, определенного специально для студентов. Так было. А второй год преподнес невиданные подарки. Выскользнула из норки, и для чего? Стать боевичкой, а не библиотекаршей. Одно лето, ничем непримечательное, а пошла на вечеринку. И вляпалась же по уши. Каких — то пятнадцать минут, да и отвлекся на секунд двадцать, чтобы осадить запальчивую дискуссию двух третьекурсников, и пропустил другую… неприятность. Итог — рыжеволосая красавица чуть не утонула в водах академического эксперимента. Вытащил ее Стоун, да что толку? По глазам, стыдливо опущенным и кающимся, увидел, что не рассказали, что от дороги в вечность ее отделяло немногое.