Требуется жених. Людей просьба не беспокоить! - Анна Сергеевна Платунова

– Человек? – переспросила я, закусив губу. – Точно?

Придется отказать, ведь с людьми я не работаю. Или стоит изменить правила, если моя жизнь тоже делает крутой поворот?

– Точно-точно. Уж людей-то я без труда отличу. Но какой-то он, знаете, нелюдимый. Капюшон надвинул чуть ли не на глаза и зыркал-зыркал из-под него, точно прятался!

Я пожала плечами: каких только клиентов у меня не бывало. Взять хотя бы Лирру. А ведь добрейшая девчушка.

– Ладно, пусть приходит. Адрес запомнишь?

– Ага.

Я зашла на базарчик, прикупила фруктов и зелени и отправилась домой. Интересно, что Бран придумает для вечера? Я бы с большим удовольствием провела его дома, втроем. Но согласна и на ресторан!

Ближе к обеду от Брана прилетели свежий букетик и записка: «Заберу вас с Рози в восемь. Будьте готовы!»

Напевая, я принялась перебирать дочкины платьишки. Скоро станет совсем жарко, нужно сшить ей новое, из прошлогодних моя малышка выросла. А вот это, синее, с кружевными вставками, отлично подойдет для выхода в свет. Если, конечно, Бран не затеет пикник на берегу реки!

Вернулись с прогулки мои дорогие гномы и раскрасневшаяся Розали. Ее щечки округлились с тех пор, как у нас появилась мадам Пирип.

– Сегодня я вас не буду долго задерживать, – сказала я няне. – Мы идем гулять с Рози и… Браном.

И ведь сколько раз мы втроем сидели в закусочной родителей Рисы, а сегодня все будто впервые! Щеки начали гореть, но мадам Пирип понимающе улыбнулась и ни о чем не спросила.

Мы с дочкой нарядились к половине восьмого. Вертелись перед зеркалом. Рози в ярко-синем платье и я – в голубом.

– Как мы похожи, мамуля!

– Да, только у тебя глазки серые, моя птичка.

В дверь постучали.

– Бран, ты рано! – откликнулась я, и мы с Розали наперегонки побежали открывать.

На пороге стоял незнакомый мужчина, он кутался, несмотря на жару, в темный плащ, лицо скрывал капюшон.

– Мадам Аро? – приглушенно спросил он.

Видно, тот самый нелюдимый клиент, о котором говорил рыжий мальчишка-разносчик.

– Да. Но сегодня мы, к сожалению, уже закрыты. Приходите завтра.

Человек, ничего не объясняя, пихнул меня в грудь, вталкивая в дом, да так сильно, что я едва удержалась на ногах. Переступил порог и запер за собой дверь. Откинул капюшон.

Передо мной стоял мужчина лет шестидесяти. Лицо изборождено морщинами, седые редкие волосы. Он очень изменился за прошедшие двадцать с лишним лет. Я видела его только глазами Эолы, однако узнала мгновенно.

– Руперт…

Розали пискнула, догадавшись, что происходит что-то нехорошее. Крепкая рука схватила малышку за шиворот, точно щенка, приподняла над полом.

– Молчать, иначе сверну шею этой мелюзге!

Я быстро-быстро закивала.

– Веди наверх!

Я кинула взгляд на часы: без двадцати минут восемь. К тому моменту, когда придет Бран, мы с Рози будем мертвы…

Глава 46

– Вам нужны деньги? Они в сейфе. Я сейчас открою и отдам вам все!

Ему не нужны деньги. Но я должна придумать, как его задержать, заболтать. Бран скоро придет! Он всегда приходит раньше!

Рози смотрела на меня круглыми от страха глазами, ее губы беззвучно вздрагивали: «Мамуля, мамуля, я боюсь!»

– Шагай! – грубо оборвал меня Руперт.

Я и подумать не могла, что скоро снова увижу лицо убийцы так близко, да не во сне, а наяву.

– Я вас не знаю, это какое-то недоразумение, – включила я дурочку и попробовала улыбнуться. – Какая-то ошибка. Давайте я отдам вам деньги, и мы все забудем!

– Ты идиотка или прикидываешься? – прошипел Руперт и вынул из-за пояса нож. – Я сказал – наверх!

Он встряхнул Розали, малышка пискнула, а я на мгновение зажмурилась, чтобы не дать воли нервам. Хотелось кинуться на негодяя, вцепиться зубами, исцарапать ногтями, вырвать мою девочку у него из рук. Но тогда он пустит в дело нож. Долго ли расправиться с женщиной и ребенком?

«Тяни время, тяни время!» – повторяла я себе.

– Хорошо, хорошо. – Я подняла руки. – За мной. Ступеньки крутые.

А если они крутые и опасные, идти по ним придется осторожно, верно? Осторожно и медленно.

У верхней ступеньки был небольшой изъян, я сама к нему долго привыкала. Она была чуть выше остальных, поэтому нога, приноровившись к шагу, цеплялась за край. Сколько я себе набила синяков на коленях из-за этой проклятой ступеньки, но теперь она была моей единственной надеждой. Дверь в комнату Розали напротив. Если Руперт запнется, если оступится… Если, если, если!

Я поднялась, мерзавец тяжело дышал на шаг позади. Он поставил Рози на пол и подталкивал ее. Устал. Двадцать лет большой срок для человека, Руперт теперь не такой резвый, каким был в Туманном Доле.

– Смотри! – крикнула я, сбивая его с толку.

Руперт споткнулся и на миг выпустил Розали, чтобы опереться о пол.

– Рози!

Я схватила дочь в охапку, благо моя птичка была совсем легкой, влетела в детскую и защелкнула замок. Огляделась в поисках чего-то, чем можно подпереть дверь. Но это в моей комнате было кресло, а в комнате Рози только кровать, игрушки и книги.

Малышка повисла в моих руках тряпочкой. У нее даже не было сил, чтобы плакать.

– Сейчас, сейчас… – бормотала я.

Единственным, что с натяжкой сгодилось бы для оружия, оказалась маленькая керамическая вазочка с гиацинтами. Ах, Бран, ты и о Рози позаботился, не забыл порадовать малышку.

Я кинула вазочку на пол, наступила на нее, ломая на черепки.

– Мамуля… – хрипло прошептала Рози, тяжело дыша.

Она смотрела на дверь, которая сотрясалась от ударов. Удивительно, как Руперт, хотя и был немолод, не выбил ее с первого удара. Я специально поставила хлипкий замок, чтобы самой сорвать его в случае необходимости. Я до сих пор со страхом вспоминала историю, когда маленькая Рози случайно заперлась в чулане нашего имения и безнадежно рыдала, пока я судорожно разыскивала ключи.

Но, странное дело, дверь держалась. Тряслась, скрипела, ходила ходуном, но держалась.

Я попятилась, не спуская с нее глаз. Села на постель рядом с Рози. Мы прижались друг к другу, я стиснула в пальцах острый глиняный черепок.

Розали неотрывно глядела на дверь. По бледному лбу покатилась капля пота, волосы на висках стали влажными.

– Все будет хорошо, все будет хорошо… – повторяла я и гладила ее по голове.

– Все будет хорошо, мамуля, – прошелестела она. – Я держу…

Про что она? Розали держала меня за руку – видно, об этом.

– Не могу… больше…

Последние слова доченька произнесла так тихо, что я скорее догадалась, чем услышала. Она вздрогнула, глаза закатились,