Серебряные крылья для Мышки - Алёна Рю

Я отпрянула и чуть не вывалилась из кареты, потому что кто-то за моей спиной распахнул дверцу.

— Анриетта, — шепотом позвала Катарина, хватая меня за руку.

— Что происходит? — недоумевала я, пока сестра уводила меня под сень деревьев.

— Я спасаю тебя, — не без гордости сообщила она. — Тебя не осудят вместе с наёмниками.

Я моргнула, а Катарина продолжила меня куда-то тащить.

— Пойдем скорее, тут вторая карета.

Из-за зарослей и впрямь показалась четверка белых лошадей. Рядом стоял тучного вида мужчина, похожий на торговца.

И тут до меня, что называется, дошло. Это мог быть только Питер, тот самый деловой партнер Фалконов, за которого меня собирались выдать замуж.

Осознав, что происходит, я резко остановилась и высвободила руку. Теперь было понятно, что Люсия с Франсуа просто спала, а Катарина получала какую-то выгоду. И если первая выражала свое отношение открыто, то старшенькая сестра все это время притворялась.

— Мышка, ты не понимаешь, — она изобразила на лице страдание, — тебя посадят в тюрьму вместе с главарем наемников.

Выяснять отношения времени не было, и я молча развернулась на пятках и кинулась обратно к Дамиану.

Двух его людей порезали, а его самого окружало с десяток вооруженных мужчин. Он сражался яростно, умело отбивая их атаки одна за другой. Но один из нападавших все же умудрился зайти ему за спину и рубануть.

Брызнула кровь, но через мгновение Дамиан обернулся драконом и, издав животный рык, в два счета расправился со всеми.

Почувствовав движение позади меня, я обернулась. Катарина стояла бледная, как полотно, и зажимала себе рот ладонью. Я шагнула было к ней, но она взвизгнула и убежала в лес.

Дамиан обернулся обратно в человека.

— С тобой все в порядке? — спросил он, подходя ближе. Я кивнула. — Нам нужно торопиться. Кучера подкупили, он намеренно не туда свернул. И теперь нам надо нагнать советника, пока твой несостоявшийся родственник не начал убеждать всех в своей версии событий.

Это я себе хорошо представляла.

И хотя мы отстали, в приемной у короля все равно пришлось ждать всем вместе. День уже клонился к вечеру, солнце раскрасило дворец оранжево-розовым, а монарх продолжал работать. Это вызывало уважение.

Вот только сидеть в отделанной мрамором комнате на роскошных стульях среди картин и гобеленов все равно было неуютно. Первый час мы еще сверлили друг друга глазами, но устав, предпочитали не замечать.

Наконец, дверь в кабинет короля распахнулась, и лакей в белой ливрее с учтивым поклоном пригласил нас войти.

Король Адриан оказался симпатичным мужчиной, пожалуй, чуть моложе сорока с тонкими усиками и крошечной бородкой. Он сидел за огромным дубовым столом, усыпанным бумагами и свитками. И казалось, он вот-вот в них потонет.

— Жюльбер, — обратился он к советнику, — объясни, что происходит? Почему мои дворяне вцепились друг другу в глотки?

Советник прочистил горло и принялся рассказывать с самого начала, как я выступила на свадьбе и как потом Франсуа вернул мне же мое обвинение. Слушая его, король потирал усталые глаза и всем видом показывал, что утомлен больше, чем заинтересован.

— И ты говоришь, что наемник подтверждает слова младшей д’Осси? — спросил он в самом конце.

Жюльбер бросил взгляд на Дамиана. Тот шагнул вперед и поклонился.

— Так точно, Ваше Величество, подтверждаю. Нас нанял Франсуа Фалкон, а леди Люсия открыла ворота в замок.

Король потер подбородок.

— То есть ты признаешься в убийстве барона и его супруги? — в усталых глаза Адриана мелькнуло любопытство.

— Ваше Величество, — ответил Дамиан, снова поклонившись. — Черные кинжалы — лишь орудие в руках нанимателя.

— Опасное орудие, как мы видим. Франсуа, — он посмотрел на Фалкона, — у тебя есть доказательства, что за всем стоит именно Анриетта д’Осси?

— Мои доказательства у вас перед глазами, Ваше Величество, — Фалкон растянул губы в улыбке. — Наемник готов принести себя в жертву ради этой девушки. Они очевидно заодно. В то время как я впервые увидел его только сегодня.

— Мда… — король снова потер подбородок. — Все думали, что один из близнецов Алонсо умер от серебрянки. А он, оказывается, жив и стал преступником.

На это никто ничего не сказал, и в кабинете Адриана повисла тишина. Король поднялся из-за стола и прошелся к окну, заложив руки за спину.

— Не люблю, когда мои дворяне ссорятся, — проговорил он, не глядя на нас. — Для государства нет ничего хуже, чем гражданские войны. Для крестьян мы как родители, понимаете, — он обернулся. — Мы должны выступать единым фронтом. Потому что стоит нам поссориться, как это принесет хаос всей семье. Снова начнутся восстания, как при Зигмунде. И этого мы должны избежать.

Король сделал паузу, но никто не решался ничего сказать.

— Поэтому, — он прошёлся обратно к столу, — мы поступим так. Фалконы остаются при своих землях, а д’Осси при своих. Даже если свадьба состоится.

Я посмотрела на Люсию и Джорджа. Последнего, похоже, волновала перспектива заполучить молодую жену и весть о потере приданного его волновала не сильно. А вот сестра выглядела недовольной и то и дело поглядывала на Франсуа так, словно его реакция была важнее всего.

— Далее, — продолжал Адриан. — Больше никаких публичных обвинений. Никаких сплетен и разговоров. Если я узнаю, что эта тема снова где-то поднималась, то накажу всех. Барон д’Осси с супругой погибли при пожаре, когда их замок пытались ограбить бандиты. Все. Точка. Никаких имен.

Пришла моя очередь огорчаться. Да Фалконы не получали земель, богатых драконием, но и справедливость не восторжествовала.

— Ну и наконец, — добавил король, — Дамиан Алонсо, ты будешь заключен под стражу и казнен по обвинению в убийстве и наёмничестве.

Я ахнула и зажала рот ладонью. Франсуа победно улыбнулся. А мой дракон лишь шагнул вперед и поклонился:

— Как вам угодно, Ваше Величество.

XIX. Скверная история

Адриан подал знак лакею, и тот вернулся в компании стражников. У Дамиана забрали меч и попросили сложить руки за спиной. Под злорадные взгляды Франсуа с Люсией его вывели обратно в приемную. Я пошла за ними.

— Моя леди, — моего плеча коснулась морщинистая рука Жюльбера.

— Прошу вас, — я посмотрела ему в глаза.

И похоже этого хватило, чтобы он меня отпустил. Я пошла следом за Дамианом.

— Мышка, — он обернулся. — Тебе лучше вернуться домой.

У меня на глаза навернулись слезы. Зачем он так?

— Вы позволите? — Дамиан спросил у своих конвоиров и, шагнув ко мне, крепко обнял.

Я громко шмыгнула носом и