Сбежавшая невеста - Анна Март

изменилось?— Всё! Это путешествие изменило всё. Теперь мне плевать на условности.Я поняла, что ничего не поняла. Что изменилось для учителя? Что преджде имело значение, а теперь нет? Я собиралась это выяснить, но, похоже, господин Тарсон твердо намерился закончить неприятный для него разговор:— Кэти, поздно уже. Завтра вставать ни свет ни заря. Я провожу тебя до твоей спальни.Мы спускались вниз по лестнице молча, каждый размышляя о своем. Не знаю, о чем думал учитель, а меня буквально разрывало от неполученных ответов. А потом вдруг возникла мысль, согревающая душу — это ведь было свидание… самое настоящее свидание под звездным небом. И все тревоги сразу отошли на второй план.

35

Лицо барона Тонсе светилось от счастья, как бы тщательно он ни пытался это скрывать. Наконец-то мы покидали его уютное логово, и он снова мог вернуться к своей затворнической жизни. Конечно, слов сожаления о нашем отъезде было сказано немало, а получено в ответ таких же «искренних» обещаний навестить это чудесное местечко еще больше: этикет никто не отменял. И все-таки это случилось — наш путь домой, в родной Ийсор, начался.Как и положено, в карете я ехала не одна, а в компании леди Августы. Впрочем, компанией это было сложно назвать: едва мы тронулись, та заявила, что мерное покачивание наводит на нее сон, и, спустя пару минут, уже оглушала меня своим храпом. Я искренне не понимала, как так можно. Где справедливость? Ведь во мне эта тряска вызывала лишь тошноту. Будь рядом Мари, можно было бы обсудить наряды или расспросить девушку о свидании с Дином, но та ехала отдельно в повозке с другими служанками.Вид из окна мне быстро наскучил — лес да лес, ничего особенного. Тогда я начала рассматривать облачение конных стражников, что шли вровень с моим окошком, но и это занятие не заняло меня надолго. К тому же если у города за состоянием тракта еще следили, то, стоило нам отдалиться на некоторое расстояние, как карета начала безбожно качаться и подпрыгивать на каждом ухабе размытой дороги.Поэтому было не удивительно, что спустя несколько часов такого путешествия я возрадовалась первой остановке, словно узник долгожданной свободе. Дверь, открываемая мною, так резко распахнулась, что стражник, который находился слишком близко, здорово получил по носу. Скомкано извинившись, я принялась выискивать глазами учителя. Слава пресветлому, он уже спешился и направлялся в мою сторону.— Господин Тарсон, — повисла я на лацканах его сюртука. — Это не карета, а пыточное орудие! Дальше я поеду верхом.— Кэти, не говори ерунды. Во-первых, ты взвоешь от такой езды уже спустя полчаса, а во-вторых, это может быть опасно: неизвестно, из какого куста выскочит разбойник или кто похуже.Похоже, под вторым вариантом учитель имел ввиду людей Келхоуна. Но, взглянув в сторону злополучного экипажа, я уже готова была и в гарем вернуться, только не в эту адскую коробку.Что ж, раз не получилось взять жалостью, я решила брать хитростью:— Разбойники?! О ужас! Второго раза я не переживу. Теперь буду трястись всю дорогу, — даже не солгала: не трястись по таким ухабам было бы проблематично, а в прямом или переносном смысле – не важно. Но переигрывать тоже не стоило, поэтому я перешла сразу к делу: — А вы… не составите мне компанию? Совсем ненадолго. Я так разволновалась, а рядом с вами мне не страшно, и я быстро успокоюсь.— Кэти… — смягчился Айден, проводя ладонью по моему плечу. — Я бы с радостью ехал с тобой рядом хоть весь путь, но мне нужно все держать под контролем.Я представила, как изо дня в день будет повторяться этот ужас внутри кареты, и слезы сами навернулись на глаза. Мой громкий всхлип стал завершающим аккордом.— Ладно, — нехотя согласился учитель, хмуря брови. — Но недолго!Я радостно закивала, принимая его условия. Ничего-ничего, там и пары минут должно хватить.Когда лошади немного отдохнули, а люди успели подкрепиться и прогуляться по всем окрестным кустам, наше путешествие возобновилось. Господин Тарсон дал какие-то строгие указания графу Фейберу и присоединился к нам с леди Августой, от чего внутри нашей кареты сразу стало тесно, хотя она и отличалась поистине царскими размерами.Едва учитель расположился рядом со мной, он сразу переплел пальцы наших рук и посмотрел на меня таким заботливым взглядом, что мне даже стало немного стыдно за свою маленькую ложь. Моя компаньонка тактично покашляла, выказывая тем неодобрение по отношению к действиям Айдена, но тот словно этого и не заметил.

Как назло дорога поначалу была вполне сносной, и покачивания не доставляли неудобств. Леди Августа снова уронила голову на грудь и громко захрапела. Учитель окинул ее изучающим взглядом и развернулся ко мне с сияющей улыбкой:— Кэти, раз мне представилась такая возможность, и мы снова наедине… эм… почти наедине — он вдруг сделался серьезным, словно собирался открыть страшную тайну. — Я хочу кое в чем признаться…Я замерла, не в силах поверить. Неужели, Айден решился признаться мне в любви? Прошлое свидание утвердило меня во мнении, что наши чувства взаимны. Видимо, и он это понял. Мое сердце готово было выпрыгнуть от счастья, но… подпрыгнуло не оно, а карета на внезапно появившейся кочке, кочке, которую я так ждала еще минуту назад и которую ненавидела теперь.Учитель крепко приложился затылком, я налетела на него всем телом, а старушка лишь громче всхрапнула и промямлила во сне: «да, милорд, я согласна стать вашей женой». Она даже руку протянула, видимо для кольца, и мы воззрились на эту картину с искренним изумлением. А потом нас снова тряхнуло, и теперь уже Айден налетел на меня, а леди Августа недовольно приоткрыла один глаз. Дальше нас можно было сравнить с горошинами внутри маракасов бродячих музыкантов, так нас мотыляло из стороны в сторону.— Что за… — взревел учитель, применив явно неприличные слова, о значении которых я даже не подозревала. — Кто владелец этих земель? Я ему руки поотрываю!— Ох, известно кто, — невозмутимо произнесла проснувшаяся старушка, — мерзкий барон Жлобасье. Жуткий скряга. Сватался ко мне год назад, едва я овдовела, надеясь заполучить мое состояние. Тогда он еще не знал, что никакого состояния больше нет.— И вы ему отказали? — решила поинтересоваться я.— Естественно! Это не тот человек, с которым я готова связать всю свою жизнь.Учитывая возраст моей компаньонки, слова о всей жизни звучали довольно забавно, хотелось бы и мне обладать ее оптимизмом в таком возрасте.— И когда же закончатся его владения?