Пересечь черту - Кендалл Райан

– Я тоже рад тебя видеть, сестренка, – с ухмылкой отвечает Ашер. – И нет никаких секретов. Во всяком случае, не для твоих ушей.

– Уверен? – Она поднимает левую руку и крутит пальцем. – Вы, ребята, ничего не хотите нам рассказать?

Я бросаю взгляд на Ашера, ожидая, что глаза его распахнутся от удивления, но он неожиданно приятно спокоен. Даже легкая улыбка появляется у него на губах.

– Как насчет того, чтобы позволить ей закончить ординатуру, прежде чем предпринимать дальнейшие шаги?

Мое сердце делает в груди тройное сальто. Итак, я не единственная, кто думает о дальнейших шагах. Учтено.

– О, ну разве это не моя любимая пара? – прижимая руки к сердцу, из толпы выходит Эмбер. – Я говорила уже, что вы идеально смотритесь вместе?

– С последнего нашего видеочата – нет, – отвечает Ашер, притягивая ее в объятия. – Как твои дела?

– Теперь, когда вы тут, уже лучше, – говорит она, отщипывая кусочек зефирки Кортни и кидая его в рот. – Последний час я провела в попытках удержать Брук от стопок подарков Ханны. Тот, кто счел хорошей идеей дать сахар трехлетке – мой личный враг.

– Кстати, о подарках, там есть место для открыток? – спрашиваю я, выуживая из сумочки ярко-голубой конверт.

Как по команде появляется отец именинницы, одной рукой хлопая Ашера по спине, а другой выхватывая конверт.

– Я заберу. Спасибо, что приехали, ребята.

– Эти деньги – в фонд колледжа для твоей дочери, Тод, – говорит ему Ашер. – Не спусти их на пиво и пиццу, договорились?

Тод смеется, поднимая руку, как будто давая клятву.

– Клянусь, у меня все в надежных руках. Что касается Норы, вы рискуете потратиться на блестящие повязки на голову для малышей.

– Так, все! – Это, несомненно, голос Лолли перекрикивает этот хаос. – Режем торт!

Толпа собирается вокруг высокого стульчика Ханны, украшенного ленточками в тон блестящему бирюзовому банту на ее наголовной повязке. В футболке с русалочьим узором и пачке она выглядит мило, словно пупсик. С ее большими голубыми глазами и копной светлых волос ее можно принять за крошечного Ашера.

Эта мысль должна бы напугать меня, но вместо этого я снова ощущаю внутри теплое, неясное чувство. Прямо как Кортни сказала в прошлом году: «В семье всегда найдется место для еще одного». Но до этого еще далеко. Сейчас я наслаждаюсь тем, как мускулистая рука Ашера обнимает меня за талию, притягивая вплотную, когда он целует меня в макушку.

– Я ряд, что ты тут, – шепчет он, крепко обнимая меня.

– Конечно, я тут, – я прижимаюсь к нему в ответ, наслаждаясь ощущением его сильных рук, обнимающих меня. И никогда я еще не была так уверена в том, где мне следует сейчас быть.

– Люблю тебя, – говорит он, глядя мне в глаза.

От его слов по коже бегут мурашки. Он не впервые произносит это, но почему-то звучит по-прежнему немного волшебно.

– Я тоже тебя люблю, – шепчу я в ответ, в груди немного тесно.

– На счет три! – выкрикивает Лолли и машет руками, словно дирижер. – И ра-а-аз, и два-а-а, и три!

По ее сигналу вся семья разражается самой громкой и фальшивой версией «С днем рождения», какую я когда-либо слышала, с высокими, писклявыми голосами Мака и Тайсона, переборщивших слегка с гелием из воздушных шариков.

– С днем рождения тебя-а-а-а!

Пока все мы кричим и хлопаем в ладоши, Нора снимает свечи с покрытого голубой глазурью торта Ханны.

– Ладно, Ханна. Дерзай! – Она указывает на сладкое куполоподобное лакомство перед малышкой.

Ханна, моргая, смотрит на маму, потом на папу, и наконец подозрительно тычет в торт, погружая в глазурь крошечный пальчик. Мы все дружно ахаем, отчего Ханна делает это снова.

– Идея была в том, чтобы она разбила его, – говорит Ашер, доставая из кармана телефон, чтобы сделать снимок. – Но, полагаю, маленькая Мисс Манерность не создана для такого.

Как будто желая доказать его неправоту, Ханна издает громкий, радостный визг и запускает раскрытую ладонь прямо в торт, набирая пригоршню густой голубой глазури, чтобы запихнуть ее в рот и заслужить тем торжествующие возгласы толпы.

– Забудь, – смеется Ашер. – Я беру свои слова обратно. Она та еще штучка.

Как только лицо Ханны достаточно покрывается глазурью, Лолли нарезает сундук с сокровищами, и я добровольно вызываюсь раздавать ломтики. Это хороший шанс поздороваться с каждым. Обсудив с Фейбл ее учебу во втором классе, обмозговав с Тодом и Норой следующий день рождения и рассказав Тессе и Стиву о моем первом годе медицинской практики, я устраиваюсь рядом с Ашером на диване, получив в награду очень большой кусок шоколадного торта.

– Ты много общалась, – шепчет Ашер мне на ухо, его рука скользит к моему бедру, и он крепко сжимает его. – Может, нам, знаешь, стоит подняться в спальню ненадолго. Немного отдохнуть.

Он впивается в меня прекрасно знакомым взглядом. Я вижу, как его глаза меняют цвет с ярко-голубого на штормовой темно-синий – верный признак того, что грязные мысли бушуют вовсю. Я не могу унять пробегающую по мне беспомощную дрожь.

– Сейчас? – шепчу я, широко распахнув глаза. – Когда тут вся семья?

Дьявольская улыбка играет на его губах.

– Что я могу сказать? Мне нравятся вызовы.

– Да уж, это я узнала еще год назад, когда ты завоевывал меня.

Я наклоняюсь поцеловать его, покрываясь гусиной кожей, когда он игриво прикусывает мою нижнюю губу, прежде чем отстраниться. Черт возьми, этот мужчина точно знает, как дьявольски меня возбудить даже в разгар семейной вечеринки по случаю дня рождения.

– Итак… спальня? – рычит он, его полуприкрытые глаза мерцают.

Прежде чем я успеваю выровнять дыхание, чтобы ответить, он закидывает руки за голову с преувеличенным, явно притворным зевком.

– Думаю, мы с Бейли отдохнем немного перед вечерним костром, – объявляет он, не обращаясь ни к кому конкретно, и я едва могу сдержать смех.

– Да, я вымоталась, – говорю я, поддерживая его игру. «Когда ты в Риме», так ведь? Или, в данном случае, когда ты в Коронадо.

– Пойдите поспите, – предлагает проходящая мимо Лолли. – Ты нужен нам отдохнувшим, чтобы помогать Фейбл жарить зефирки и не спалить при этом весь пляж.

– Отличная идея, Лолли, – приторно-сладко говорит Ашер, поднимаясь и предлагая мне руку. – Идем?

Я кладу свою ладонь в его, наслаждаясь бегущими вверх по руке мурашками.

– Идем.

И через пять минут мы уже.

Жестко, быстро и дико, и намного лучше, чем когда бы то ни было.

Ашер

За всю свою жизнь я не раздевался так быстро, но Бейли, кажется, совершенно не заинтересована в прелюдии, что меня вполне