В плену твоей тьмы - Хелен Хайт

Он серьезно?

— Неудачный пример, согласен, но как же недавние события..?

— Ты расскажешь мне все! — пересиливаю себя, собираю в кулак всю свою волю. — Все!

Стефан кивает, гулко сглотнув, и снова трогается.

Я сжимаю руки в кулаки, пытаюсь казаться спокойной, но мне дается это с большим трудом.

Мы входим в мало презентабельное здание, вывеска гласит, что это гостиница и меня настораживает, что Стефан остановился именно здесь.

— Любой звонок из номера, — произносит Стефан, — и в первый же гудок вы поднимаете трубку!

— Конечно-конечно! — кивает девушка, даже парень на заднем плане кивнул.

— Идем!

Мы прошли лестничный пролет, и Стефан открывает номер, пропуская меня вперед, но я замерла.

Он понимающе кивает и проходит первым, включает свет и выкидывает ключ от номера куда-то в сторону.

Я не уверенно перешагиваю порог, прикрываю дверь и замираю, осматривая помещение.

— Ты как хочешь, а я выпью! — произносит, скидывая пиджак на пол и ослабляя галстук, будто ему нечем дышать.

Стефан отдалился, и я сделала пару шагов вглубь небольшой комнаты, пока он копался в мини баре. Присела на край кровати, не зная, чего ожидать, нового подвоха или неожиданного разговора.

Стефан ведь никогда мне не рассказывал ничего, так почему сейчас думает, что поверю?

— Ты можешь чувствовать себя в безопасности, Рейнольд далеко!

— Я боюсь не только его, и ты это знаешь…

Стефан поморщился, кивнул, принимая правду.

— Как ты узнал, где мы? — недоверчиво спрашиваю.

Мысль о том, что они сговорились с ним, была просто отвратной и удушающей.

— Ты бы не поехала к нему в дом, значит, ему оставалось снять номер в твоем отеле. Я рад, что не ошибся.

— Что все это значило, Стефан?

Он выпивает залпом граненый стакан и шумно вдыхает воздух, морщится.

— Я и Он… Мы делили женщин, Викки. Одна на двоих, одну обучивал я, другую он, и так могло идти по кругу.

— Боже… — вскакиваю с места. — Ты готовил меня для него?

Почему я поверила, почему я приехала сюда!?

— Все не так!

Стефан так близко приближается, подхватывает телефон, что стоял на столе и кладет рядом со мной медленно и осторожно.

А я вспоминаю его слова на ресепшн, но не делаю пока попыток сбежать. Он так же медленно отходит в сторону, давая мне пространство, и меня это успокаивает.

— Я говорил тебе, предупреждал. Но ты никогда меня не слушала!

Он с такой силой сжимает граненый стакан, что вот-вот и он сейчас лопнет под его натиском.

— Значит делиться…

— Да, и его весьма позабавила моя реакция.

— Значит, все же ты обещал? — перебиваю его.

— Нет, в том и дело, — сделав небольшую паузу, добавляет: — Многого чего я достиг, я обязан ему.

— Кто такая Сара, Стефан?

Он отпивает прямо с горла и отбрасывает стакан в сторону. Он не хочет говорить, борется с собой. И я, честно сказать, не собиралась давить на него, но мне нужна правда.

— Моя сестра…

— Что? — неожиданно для себя выдыхаю.

Сейчас мои мысли рисуют совсем другие картины, и я пытаюсь во всем разобраться.

— Что случилось? — делаю шаг чуть ближе.

— Ее избили прямо у меня на глазах, когда мне было двенадцать, — он повернулся в полкорпуса. — Да, Вики, я не помог ей и просто наблюдал.

Стефан вновь делает несколько глотков прямо из бутылки, морщась от вкуса алкоголя. Но я не смею его останавливать.

— В тот день… Мать насиловали на наших глазах, Сара была следующей, ее избивали, — прокричал он, швырнув бутылку в стену. — А я смотрел, смотрел, как отцу предоставили выбор, дали оружие и поднесли к виску… — Он демонстративно подставляет палец к виску. — Мы — или он.

— Боже… — я прикрыла ладонями рот.

— Да Викки, я смотрел на то, как убивают мою мать, смотрел на то, как избивают сестру, и на то, как отец покончил с собой ради нас…

— Стефан, — делаю шаг к нему.

— Не надо! — рычит он и отходит к окну. — Саре вынесли приговор, что она никогда не поправится, отца и мать было не вернуть. А я до сих пор виню себя в том, что не смог ничего сделать..

— Ты был мальчишкой!

— Я был трусом! И тот день отпечатался во мне, Рейнольд помог мне принять это. Принять то, что во мне и кто я есть. Тьма во мне Викки и я не могу от нее избавиться..

— Не правда, ты можешь быть другим, мне ли не знать? Я видела тебя таким, Стефан!

— Это не я, не понимаешь? — он оборачивается, вновь смотрит на меня совсем другими глазами, но теперь я не боялась. — Это была лишь часть меня…

— Это был ты, и ты это знаешь!

— Жалость, — ухмыльнулся он. — Все что ты сейчас испытываешь это жалость..

— Понимание! — твержу ему.

— Сегодня я снова ощутил то, что чувствовал двадцать лет назад..

— Не Рейнольд сделал тебя тем, кто ты есть сейчас, а ты сам!

Стефан отрицательно качает головой.

— Тогда почему я сейчас здесь с тобой? Почему ты увез меня?

Стефан смотрит на меня из-под плеча, затем оборачивается, плотно сжимает зубы и кулаки.

— Глупый вопрос..

— Нет, нет, нет, — истерично смеюсь.

Однажды я поверила, что между нами что-то может быть.

— Я рассказал тебе то, что не знает никто! Знаешь, чего это стоит?

Стефан повышает голос, а я отворачиваюсь и вновь прокручиваю наш диалог.

— Она жива?

— Да, но я ни разу посещал ее с тех пор, как она вышла из комы.

— Ты должен увидеть ее!

— Что? — он впадает в ступор и неверяще смотрит на меня. — Это исключено, ты не можешь меня просить об этом!

Я оборачиваюсь и смотрю в его глаза, полные ненависти, боли и печали..

— Зачем ты мне все это рассказал?

— Чтобы ты доверяла мне. Я контролирую свою жизнь, каждый момент, каждое решение, так же контролировал и тебя. Пытался.

— И все из-за той ночи?

Стефан кивает.

— Каждый раз, когда что-то выходит из-под контроля, мне трудно себя сдерживать.

— И типографию ты купил..

— Да, по той же причине!

Глава 26

Я смотрела на спящего Стефана, вспоминая и прокручивая наш разговор в который раз. Утирала слезы, не понимая, почему порой у людей такая сложная судьба.

Да изначально мне пришлось притвориться спящей, иначе бы Стефан не успокоился и продолжал ходить из угла в угол. А он и так выпил