Я Обещаю - Шанталь Тессье

Он отстраняется от меня.

— У них был перерыв.

— Это она тебе так сказала? - огрызаюсь я. Какого хрена? Я так рад, что Дик не пошел с нами сегодня. Я бы сейчас даже не разговаривал с Илаем. Он был бы в отключке, с отпечатком кулака Дика на лице. — Ты же знаешь, что она под запретом.

Он кладет руки мне на плечи. Не знаю, кому это нужно - его пьяной заднице или моей.

— Послушай, Коул. - Его тяжелые глаза закрываются, а затем снова открываются. — Если Дик хотел ее, все, что ему нужно было сделать, это сделать свой ход. - Он собирается вернуться к ней, но я дергаю его назад.

— Прекрати это немедленно! - Я уже готов ударить его.

— Нет! - Он отшатывается от меня.

— Прекрати это прямо сейчас, Илай!

У нас есть кодекс.

Мы не трахаемся и не встречаемся с девушками, которые нравятся одному из нас. То есть, конечно, у нас были общие девушки, но они ничего не значили. Запрет означает, что ты даже не смотришь на них.

Он не обращает на меня внимания, подходит к ней и целует ее снова. Лэнден и Мэддокс смотрят на меня так, будто я должен что-то с этим сделать, но что, блядь, я могу?

— Поехали! - Я срываюсь с места и иду к машине.

— Пусть Бекки поведет, - предлагает Илай.

— К черту! - Она даже не сядет в мою машину!

Я иду открывать водительскую дверь, а он встает между мной и дверью.

— Пусть Бекки сядет за руль, - повторяет он. — Она единственная трезвая.

Смотрю на нее. Я бы не сказал, что Бекки Холт - шлюха, но она быстро становится таковой. На ней белый топ с розовыми блестящими надписями и короткие шорты, демонстрирующие ее задницу.

— Как ты сюда попала? - спрашиваю я.

— Меня подбросила подруга.

Мой телефон пищит, и я достаю его из заднего кармана, чтобы увидеть сообщение от девушки, с которой я планирую переспать сегодня вечером.

Она: Где ты?

Я провожу рукой по волосам, но ничего не отвечаю и сужаю глаза на Илая.

— Завтра ты ему расскажешь. - Не собираюсь ввязываться в это дерьмо! Если он не скажет ему, тогда это сделаю я. Это его единственный шанс все исправить.

— Кому и что? - спросила Бекки, откидывая волосы набок.

— Илай? - Я рычу, когда он игнорирует меня.

Он кивает.

— Завтра.

Я бросаю Бекки ключи.

— Все вы, ублюдки, едете сзади. - Затем я обхожу машину, забираюсь на пассажирское сиденье и пристегиваю ремень безопасности, ругая их всех.

Она садится, вручает парням пиво, которое им принесла, и заводит машину. В колонках звучит песня "Riot" группы Hollywood Undead. Парни забираются на заднее сиденье, смеются и толкают друг друга. Я достаю мобильник, чтобы написать девушке ответное сообщение, что скоро буду у нее.

— Он собирался сказать тебе на следующий день, - говорю я, и в груди у меня все сжимается при этом воспоминании. Несколько минут спустя моих лучших друзей не стало, и все изменилось. Кто и что делал Илай, больше не имело значения, потому что он был мертв. И после всего, что мы пережили как братья, я не хотел, чтобы Дик запомнил Илая как друга, который предал и трахнул девушку, которую он любил.

Дик начал вышагивать по помещению клуба.

— Это бессмысленно, - говорит Остин. — Почему бы ей не взять вину на себя? Ты же сказал, что она трезвая, так почему она сбежала?

— Это было... сложно. - Я вздыхаю. Быстро перевожу взгляд на Дика, а он все еще вышагивает. Его плечи отведены назад, а все тело напряжено. Он может сорваться в любую секунду.

— Почему? - спрашивает она.

Я оглядываюсь на нее и провожу рукой по волосам. Почему?

— Потому что я ей так сказал.

Моргаю, пытаясь разглядеть, но облако пыли накрывает машину. В ушах звенит, и я оказываюсь вверх ногами. Голова раскалывается от прилившей к ней крови.

— Илай? - Кашель. — Мэддокс? - Внутри машины разбито стекло, банки из-под пива. Некоторые полные. Другие пустые. Кожу жжет от удара подушки безопасности. Лобовое стекло полностью отсутствует, и я чувствую запах крови.

Я слышу, как кто-то кричит от боли, и, обернувшись, вижу рядом с собой Бекки. Она тоже перевернулась, потому что была пристегнута ремнем безопасности.

— Ты в порядке? - спрашиваю, снова кашляя. От этого я вздрагиваю.

Ее светлые волосы касаются крыши машины, а из носа течет кровь. Ее майка порвана, и на ней тоже кровь.

— Я не знаю... что случилось, - плачет она.

— Мы должны выбраться из машины, - говорю я, когда ко мне возвращается способность ориентироваться. — Илай? Лэнден? - кричу. Горло жжет, и я пытаюсь сглотнуть, но это больно.

Она всхлипывает.

Я кладу правую руку на крышу и с шипением вдыхаю, когда боль пронзает мой бок и верхнюю часть груди. Тогда кладу левую руку на потолок, расстегивая ремень безопасности. Я пытаюсь удержаться на ногах, но падаю плашмя на лицо. Прямо в разбитое стекло.

— БЛЯ-Я-ЯДЬ! - прорычал я сквозь стиснутые зубы. Мне удается вытащить свое тело из разбитого окна со стороны пассажира и, спотыкаясь, перебраться на водительскую сторону. Я опускаюсь на колени и вижу, что ее окно тоже отсутствует, но по краям еще остались осколки разбитого стекла.

— Прикрой лицо, - приказываю я и отбрасываю с дороги крупные осколки. — Мне придется отстегнуть твой ремень безопасности, - говорю я ей. — Упрись руками в потолок.

Я вытаскиваю ее через окно, и мы оба спотыкаемся. Она падает на колени, держась за живот.

— Илай? Мэддокс? Лэнден? - зову я, положив руки на колени. Ничего. — Я должен позвонить в 911. - Хлопаю руками по карманам, но телефона нет. Я писал на нем смс, когда мы разбились. Кто знает, где он, черт возьми, находится. — Черт!

Она продолжает рыдать, и я падаю перед ней на колени.