Тихий омут - Елена Росс

Кайя сжимала его талию ногами и стискивала плечи, из последних сил кусая губы и стараясь стонать как можно тише. Ведь решат, что здесь кого-то убивают…

Руки снова сжали её бедра, вжикнул ремень и ноги ощутили прохладу воздуха, когда штаны свалились на пол. Эссен замедлился и стащив с охотницы ботинок, провёл ладонью по её обнажённой ноге, от колена к лодыжке, будто наслаждаясь тем, как она задрожала и простонала, уткнувшись в его шею.

Она в отместку укусила его за плечо, отчего мужчина опять сорвался. Шкаф куда-то делся, сменился пустотой за спиной и гладкой поверхностью стола под ягодицами. Что-то посыпалось в стороны, застучало по полу. Светильник на столе погас, а атмосфера раскалилась ещё больше.

Воздуха не хватало для дыхания, когда полукровка вцепилась в его волосы на затылке, заставив поднять голову, впилась поцелуем в губы и прижалась всем телом, кожа к коже. Не выдержав, она когтями ухватилась за его ремень и то ли порвала, то ли всё же расстегнула.

Снова прикусила губу, задохнувшись от того, как её сжали чужие руки, а губы исследовали шею. То хваталась за его спину, то вцеплялась в столешницу, опасаясь навредить. Хватала воздух ртом и сжимала челюсти, напоминая, что нужно быть тише, и боялась, что сойдет с ума от напряжения.

Не было больше ни стеснения, ни одежды, но всё же прижавшись к ней на самой грани, будто дразня, он остановился. Наклонил её ниже к столу и выдохнул-прошипел в ухо.

— Хватит скромничать.

И ощутимо прикусил мочку уха, одновременно подаваясь вперёд, а она позабыла даже собственное имя, с громким стоном вцепившись зубами в его плечо. Если кто на улице и мог кинуться в управу, испугавшись звуков убийства, охотнице стало плевать.

…Стол сменился подоконником, потом узкой кушеткой, где Эссен когда-то спал. Однако не для сна она тоже пригодилась. Прошло немало времени, прежде чем они остались лежать на ковре рядом. Тяжело дышащие, одинаково изнеможенные и в синяках с царапинами. И в целом, ни о чем не жалеющие.

Под утро она тихонько собрала вещи и оделась, пока Эссен ещё не проснулся. Увидела, что у шкафа валяется её порванная цепочка с подвеской, и подумав, оставила лежать.

Захочет — найдёт и вернет. Не захочет — ну и шхур с ней, пусть лежит хоть до скончания времен.

Полукровка тихонько накинула на спящего сыскаря покрывало с кушетки, шепнув на ухо.

— И всё равно удачи.