Охотница - Тейт Джеймс

Офелия слегка грустно улыбнулась мне, затем достала ручное зеркальце и протянула его мне.

— Даже если бы я не привязала свою корону специально к тебе, не нужно быть гением, чтобы заметить сходство. Совершенно очевидно, что мы сделаны из одного теста, милая.

Неохотно я посмотрела в зеркало и не смогла отрицать правдивость ее заявления. Конечно, она была элегантнее, старше, и у нее были зеленые глаза вместо моих голубых. Но все остальное было таким же. Наши высокие скулы, углы наших носов, изгибы наших губ… все идентично.

— Как… — я замолчала, потому что слезы сдавили мне горло. Это была моя мать?

За все годы, что я жила в Понде сиротой, Вайз, я ни на секунду не допускала мысли, что однажды встречу женщину, которая дала мне жизнь, не говоря уже о том, что она может оказаться убитой королевой

Тейха.

— О, милая, — вздохнула она, потянувшись вперед, чтобы взять мои руки в свои, когда я положила зеркало. — Мне так жаль. Я хотела бы дать тебе больше ответов, но эта моя версия, всего лишь фрагмент того, кем я была, когда произносила это заклинание. Сейчас, насколько я знаю, тебе всего неделя от роду, и ты крепко спишь в своей кроватке.

Отметину на моей лопатке покалывало, и я сморгнула слезы, которые грозили вот-вот пролиться.

— У меня была такая отметина, когда я была маленькой? —

Спросила я, ерзая на своем сиденье, чтобы показать ей свою спину. На мне все еще было изумрудное платье для верховой езды, и, несмотря на то, что оно было в пятнах и покрыто коркой грязи, на нем легко виднелась моя метка, когда я перекидывала волосы.

Офелия прикоснулась прохладным пальцем к моей метке, и та зажужжала в ответ. Как будто она знала ее. Долгое мгновение она ничего не говорила, затем тихо всхлипнула, и я повернулась к ней лицом.

— Прости меня, малышка, — прошептала она, и слезы потекли по ее лицу.

— За что? — Спросила я, паника поднималась во мне и угрожала захлестнуть меня. — Что это за метка? Это как-то связано с богами, не так ли?

Она кивнула, тяжело сглотнув и промокнув лицо кусочком кружевной ткани. — У всех богов есть свои уникальные знаки. Так они заявляли права собственности на смертных в те далекие времена,

когда правили нашими землями. В те времена, когда им разрешалось свободно бродить. — Ее взгляд скользнул обратно к моему плечу, хотя теперь я была к ней лицом. — Это моя метка.

У меня отвисла челюсть.

— Ты богиня? — Я пискнула в шоке.

— Нет, — ответила она с легким смешком. — Не в том смысле, в каком ты их знаешь. Технически я полукровка, была полукровкой. Давным-давно по нашей семейной линии у одного из наших предков был роман с богом. Долгое-долгое время это оставалось незамеченным, но знание передавалось от матери к дочери по матриархальной линии. Независимо от того, насколько мы далеки от изначального бога, наш магический уровень остается прежним.

— Так вот почему твой род всегда был самой сильной правящей монархией? — Я разинула рот от осознания этого. — Так вот почему магия взорвалась, когда тебя убили?

Офелия поморщилась.

— Так вот что произошло?

Я кивнула, чувствуя себя немного неловко из-за того, что так бесчувственно говорила о ее убийстве. Но, несмотря на ее откровения,

она все еще оставалась для меня немногим больше, чем незнакомкой.

— Это, должно быть, от чего-то другого, — прокомментировала она с задумчивым видом. — Когда я создавала это заклинание, это было потому, что я подозревала, что кто-то вмешивался в естественную магию Тейха. Я знала, что это вызовет проблемы, и жрица уже предсказала, что моя смерть неминуема.

Я нахмурилась, качая головой. — Вмешивались в нее? Как?

Она пожала плечами.

— Хотела бы я знать. Может, перекачивали? Что бы это ни было, оно вызывало рябь. Если после моей смерти стало еще хуже, то, возможно, виноват тот, кто меня убил. В любом случае, что тебе нужно знать, так это то, что у тебя на спине моя метка, и она все еще видна спустя, сколько, двадцать с лишним лет?

— Восемнадцать, — пробормотала я, поправляя ее относительно моего возраста.

Она грустно улыбнулась.

— Ты выглядишь такой взрослой. Мне так жаль, что я пропустила это. — Она глубоко вздохнула. — Значит, восемнадцать лет. Это означает, что ты, должно быть, получила опасную для жизни травму.

Следы остаются только тогда, когда через кого-то проходит огромное количество магии.

Мои глаза расширились. — Ты спасла меня?

— Для этого и было нужно чтобы ты носила моя метку. — Она грустно улыбнулась мне. — Но это также означает, что кто-то хотел твоей смерти и, вероятно, все еще хочет.

В моем животе образовался лед, и я застонала.

— Король Титус. Он подстроил эти дурацкие Испытания, чтобы найти пропавшую принцессу и увидеть, как ее убьют.

— Король Титус? — Офелия брезгливо сморщила носик. — Только не говори мне, что этот скользкий мерзавец сидит на моем троне! И что это за история с Испытаниями? Если они не знают, что ты все еще жива, как они могут начать Испытания?

Я сдержала смех, услышав ее точное описание Титуса.

— Это для его сыновей, — объяснила я, и мои щеки вспыхнули.

— О да, я понимаю, как это бывает. — Офелия ухмыльнулась и понимающе кивнула. — Я так понимаю, что его мальчики менее отвратительны, чем сам Титус?

— Угу, — кивнула я, чувствуя себя неловко, обсуждая свои три любовных увлечения с женщиной, которая была величайшим правителем моей страны, моей матерью и мертвой. Ее ухмылка стала шире, затем резко исчезла.

— Черт, я думала, у нас было больше времени. Или я не подумала о том, сколько времени мне понадобится, чтобы встретиться со своей взрослой дочерью… — Она вздохнула и посмотрела на свои руки,

лежащие на коленях, в которых внезапно оказалась ее золотая корона. Все красные камни вернулись на свои законные места, и когда я дотронулась до своего зашитого кармана, то обнаружила, что он пуст.

— Итак, это тебе, моя дорогая Зарина. — Она протянула мне корону обеими руками, и я нерешительно потянулась за ней. — Звучит так, будто тебе предстоит долгий и трудный путь, но я знаю, что ты добьешься успеха. Поищи под моим убежищем, и ты найдешь несколько вещей, которые могут помочь. Не доверяй никому, даже тем прекрасным принцам, которые, как я уже вижу, похитили твое сердце. Пообещай мне, что ты всегда, всегда будешь следовать своей интуиции. Это наш подарок, и он защитит тебя.

— Тогда как же ты умерла? — Спросила я тихим