Три дракона для Снегурочки - Эльвира Осетина

В конце концов я подняла голову и сказала ему искренне:

– Спасибо, спасибо, что спасли всех. А я… я просто не заслуживала жизни после всего случившегося! Теперь понимаю, почему я оказалась в другом мире. Наверное, меня просто отправили туда в наказание! Господи, ну что за бестолочью и эгоистичной дурой я была? Мне нет места в этом мире. Я не имею права тут жить…

Иф опять прижал меня к себе, давая возможность пережить очередной приступ самоуничижения. А затем тихо заговорил:

– Мы тоже, когда были молоды, наделали много ошибок и поплатились за это. Не стоит так сильно себя гнобить. К тому же ты сама говорила, что многого не знала. Твои родители и близкие могли бы тебе объяснить, что за человеком был князь Тарок, но они ничего тебе не сказали. Оставили тебя в неведении, поэтому тебя так легко обманули. Их вина в случившемся ничуть не меньше.

– Думаешь? – несмело прошептала я.

– Уверен в этом, – ответил Красный дракон. – Скрывать такую серьезную информацию от тебя было величайшей глупостью с их стороны. Для меня это сложно. У меня, конечно, не было сестёр, но наши матери всегда были в курсе всего происходящего. И будь я на месте твоих братьев или отца, обязательно бы тебе сообщал все важные новости. Странно, что твои близкие так себя повели.

– Не странно, – устало вздохнула я. – Мой отец и братья почему-то были уверены, что женщины должны заниматься только «домашними» делами и не лезть в дела мужчин. То, что Нико меня брал с собой до четырнадцати лет, – это на самом деле было из-за того, что я ему лгала, будто мне мама разрешала. А он, возможно, и не подумал, что я буду врать. Потому что знал мою няню, она бы не позволила мне выйти куда-то одной. Но я её усыпляла, чтобы она мне не мешала.

– Они были не правы, – покачал головой Иф. – Женщины могут вполне сражаться наравне с мужчинами. Я видел мать Сагвеса в бою, она была очень искусным воином. Да, отец оберегал своих жен всегда, но в то же время он давал им много свободы и уж точно не скрывал такую важную информацию по поводу проблем с соседями. И даже если ты и умудрилась усыпить целое княжество, то в этом виновата не ты одна. Не стоит брать на себя всю вину за случившееся. Возможно, в душе ты это понимаешь, поэтому твои родные до сих пор и стоят там ледяными статуями у главных ворот. Ты сама не можешь их простить. Вспомни, что говорил тебе Мороз перед тем, как тебя вернуть в этот мир.

– Он просил всех простить, – прошептала я, нахмурившись. – Сказал, что я должна всех простить… и дал семь дней. Как раз до моего дня рождения. А у меня остался только один.

Я села ровнее и, посмотрев на дракона, сказала:

– Может быть, сегодня получится их разбудить?

– А ты сама как думаешь? – улыбнулся он, убирая прядь волос, прилипшую к моей щеке.

Да уж, слезоразлив я знатный устроила…

– Не знаю, – неуверенно ответила я. – Там, во сне, я была ужасно обижена на них всех. И больше всего была в шоке от того, что сказала мне мама. Она ведь могла всё объяснить, но вместо этого…

– Не захотела с тобой говорить, – ответил дракон.

Я отвернулась, чувствуя себя двояко. Я злилась на неё, ведь три года таких детальных воспоминаний из этой жизни даром для меня не прошли. Но и своим уже другим разумом я понимала, что не имела права подставлять ни в чем не повинных людей в наших личных разборках. Это неправильно. Это просто ужасно…

Неудивительно, что я так и не вспомнила сам факт случившегося, просто вспоминать такое было слишком сложно.

Да и думать отстраненно, как в первые дни моего пребывания в этом мире, уже не получалось.

Теперь не было никакой моей детской половины. Я больше не считала её отдельной личностью. Это была именно я – Снегурочка.

И если раньше я могла поругать ту глупую девчонку за то, что она делала, то сейчас уже нет. Сейчас я четко осознавала, что всё это была я. Я и никто другой.

Но при этом я помнила и другую свою жизнь. И Гришу помнила, как бы смешно это ни звучало.

Правда, эти воспоминания сейчас казались такими далекими и совершенно не причиняли мне больше никакой боли.

– Ты сильно любила Тарока? – тихо спросил меня Иф, заставив вздрогнуть от неожиданности.

Я перевела на него удивленный взгляд и задумалась.

– Тогда мне казалось, что да, – честно ответила я, заметив, как взгляд дракона потемнел, а зрачок вдруг вытянулся в тонкую нитку. От мужчины повеяло чем-то очень звериным. Но мне было совершенно не страшно, словно я понимала, что для меня дракон совершенно не опасен и его злость направлена в совершенно другую сторону, поэтому я продолжила: – Но сейчас я прекрасно понимаю, что это не любовь была, а просто привязанность к человеку, который единственный проявлял к моей жизни хоть какой-то интерес.

И мысленно добавила уже для себя, что ведь с Гришей было так же.

Не было там никакой любви как таковой. Просто одиночество в большом городе и желание хоть с кем-то быть ближе. С кем-то поговорить о самых простых бытовых вещах. Тех, что меня волнуют – или кажется, что волнуют.

И из-за этого наделала кучу ошибок что в этой, что в другой жизни. Хорошо хоть, не настолько глобальных… Хотя нет, люди живые погибли именно из-за меня. Ведь я вспомнила о пограничных заставах.

– А ведь твои близкие хотели выдать тебя замуж в другое княжество, а нам ничего не рассказали… Мы могли потерять тебя навсегда, – с шумом выдохнул дракон, чуть сильнее прижимая меня к себе.

– Они и за Тарока меня замуж хотели выдать, только что-то не срослось, и я до сих пор не понимаю, что случилось, почему отец отказал, – добавила я.

– Знаешь, как бы это ужасно ни звучало, но, наверное, я рад, что всё это произошло именно так, – вдруг выдал мне дракон.

А я внимательно посмотрела ему в глаза.

– Да, ты прав, звучит действительно ужасно, – покачала я головой. – Погибли люди…

– Прости, – ответил он, криво усмехнувшись. – Но я всё же эгоист. И мне, мягко говоря, было бы очень неприятно, если бы тебя выдали замуж в другое княжество. Мы ведь об этих планах твоих родных даже не знали. Интересно, может, поэтому они многое от тебя