По велению сердца - Киран Крамер

— Ничего, — сказал он. — Я не умер от огорчения.

От этих слов Марше стало только хуже. Но потом она рассердилась. Она могла бы поклясться, что видит, как приподнялись уголки его губ. Похоже, он совсем не расстроился. В конце концов, она же слышала, как он играл на пианино, распевая гадкие песенки, когда стучала в его дверь! А до этого отправился с визитом к герцогу.

Он приводил ее в отчаяние, этот загадочный граф!

— Ну какой же вы заурядный, — к собственному удивлению, сказала она, а потом с ужасом поняла, что пытается сделать ему комплимент. — У вас прекрасный голос. И вы отлично играете на фортепиано.

— Не стану отрицать. — И он сильнее прижал к себе ее руку, лежавшую на сгибе его локтя.

Ей внезапно стало неловко.

— Мне не терпится познакомиться с Джо. Я хочу… сказать ему «спасибо».

— Да, а меня благодарить не стоит, — кивнул лорд Чедвик. Его взгляд погрустнел. — Я только все запутал.

Марша сказала:

— Я отменила нашу встречу, поэтому не стану жаловаться, что вы взяли дело в свои руки. В конце концов, какая разница, если вы сделали попытку от моего имени? Я ценю ваши усилия.

— Правда? — Его брови взлетели вверх. Казалось, он искренне удивлен — даже приоткрыл рот.

Марша кивнула:

— Конечно. Я совсем потеряла голову! А теперь немного успокоилась. Мне не так страшно.

Она и ахнуть не успела, как он увлек ее в узкий проулок между домами.

Прежде чем Кэрри окончательно исчезла из виду, Марша успела заметить, как она старательно делает вид, будто любуется цветами в вазоне под окном.

Лорд Чедвик прижал Маршу к стене дома. Считанные дюймы разделяли их губы. Был миг напряженного молчания, а потом он тихо сказал:

— Мне очень нравится мысль, что я тот человек, который может заставить вас потерять голову.

У нее подкосились ноги.

— Зачем это вам? — Она проглотила стоящий в горле ком.

— Потому что сие значило бы, что мы занимаемся вот этим. — Он провел ладонями по ее рукам. — И вот этим. — С медлительностью, от которой можно было сойти с ума, он преодолел те несколько дюймов, что разделяли их губы, и поцеловал ее.

Ах Боже! Его губы были куда лучше, чем рождественское утро. Она не могла ими насытиться.

Он пригвоздил ее к стене. Она обняла его за шею и крепко поцеловала, забываясь в чувственной игре их губ и ощущении его тела, которое крепко прижималось к ней.

— Вы прекрасны, — шепнул он. Его зрачки казались бездонными. — И я очень рад, что вы не поехали к Эстли с моим братом. Я хочу, чтобы вы принадлежали мне.

Марша заставила себя вскинуть подбородок.

— Я не принадлежу ни одному мужчине, лорд Чедвик.

— Может, и так, но вы бы поступили разумно, если бы вышли за меня замуж, — сказал он вполне обычным тоном. Взял ее под руку и повел обратно на улицу.

— Выйти за вас замуж?

— Да. Однако вы не готовы, поэтому не ждите, что я сделаю вам предложение. — Он взглянул на нее искоса, и она заметила — уголки его губ снова приподняты в улыбке.

— Разумеется, я не готова. — Она старалась держаться холодно, хотя от желания ее губы все еще горели, а груди отяжелели. — Я никогда не буду готова.

Никогда и ни за что.

Марша до сих пор терзалась мыслью: у нее нет того, что надлежит иметь незапятнанным молодым леди. Тем, кто не нарушал правил!

Его глаза блеснули — этот особый блеск вызвал в ее теле тревожную дрожь.

— Я оставлю вас здесь. — Он не торопясь поцеловал Марше руку, и ее пальцы сжались в кулак — так горячи были его губы. — Я рад, что вы нанесли мне визит.

Ее потрясло собственное нежелание уходить от него.

— Я зайду еще раз, — выпалила она, — познакомиться с Джо.

Воцарилось долгое молчание.

— Вам нельзя этого делать, — наконец тихо сказал он. — По многим причинам, не последней из которых является ваша добрая репутация.

— Знаю. — Она проглотила стоявший в горле ком. — Но я все равно собираюсь это сделать. Так что не пытайтесь меня остановить.

Он приподнял ее подбородок, и странный блеск в его глазах усилился.

— Вы и директриса, и смутьянка. Знаете, что для мужчины значит подобное сочетание?

— Нет, — пискнула она.

— Он не может думать ни о чем, кроме вас. Только вы. Утром. В полдень. Ночью.

Ночью? Жар бросился ей в лицо.

— Лорд Чедвик, вам не следует…

— Идите домой, — велел он резко. — Пока я не затащил вас в следующий проулок.

И Марша спаслась бегством. Очутившись на безопасном расстоянии, она оглянулась, чтобы увидеть, как он уходит восвояси. Но он не уходил. Так и стоял там, в своем черном плаще, и из-под полей цилиндра его глаза следили за ней мрачно и неотступно.

Марша ничего не смогла с собой поделать. Повернулась лицом к нему и, пятясь, медленно сделала несколько шагов, не сводя с него глаз, впиваясь в него взглядом. Подул ветер, и прядь волос упала ей на глаза. Она отбросила ее в сторону.

Она увидела, как приподнимаются в улыбке уголки его губ, и сердце у нее подскочило.

Марша снова повернула к дому. Каким-то чудом — чувствуя, что граф все еще смотрит ей вслед, — она сумела забыть и о реальности, и о собственном безнадежном положении.

На короткий блаженный миг ей показалось, что она проходит под невидимой радугой — вперед, в новую большую жизнь.