Любовь взаймы - Сандра Браун

Машины Марси не было видно, и он обрадовался. Он не знал, что сказать ей при встрече. За время отсутствия гнев его несколько улегся, но он был в некоторой растерянности: он жил в доме Тани с другой женщиной, и ему это… нравилось. Даже слишком. Он не мог сейчас разобраться в себе и думал о Марси, о том, какая она ловкая, как бессовестно она им манипулировала.

Он сунул ключ в прорезь замка на двери и попытался повернуть его. К его удивлению и раздражению, замок не отпирался. После нескольких неудачных попыток он отступил, уперев руки в бедра, нетерпеливо выругался и постарался придумать, каким еще способом можно попасть в дом. Все наружные двери запирались изнутри.

Единственным быстрым решением было — разбить одну из матовых стеклянных панелей около входной двери, просунуть руку и открыть замок изнутри, а затем добраться до охранной сигнализации и выключить ее до того, как она начнет действовать.

Он поискал во дворе крепкую палку, нашел ее и направился к двери. Окно разлетелось от первого удара. Протянув руку внутрь, он ощупью нашел замок, отпер его и открыл дверь. Осколки стекла затрещали у него под ногами, когда он кинулся отключать сигнал охраны Он нажал требуемый код, но сорокапятисекундное пиканье не прекратилось.

— Черт побери!

Неужели сегодня ничего нормально не работает? Он снова набрал код, стараясь тщательно нажимать кнопки в нужном порядке. Пиканье продолжалось. Зная, что центральный контрольный пункт находится в шкафу в кладовке, он направился туда через гостиную, надеясь успеть добраться до него и отсоединить до того, как включится настоящий сигнал тревоги.

— Стой, не двигайся!

Чейз ошеломленно остановился и обернулся на этот приказ. В лицо ему ударил яркий луч света, и он вскинул обе руки, стараясь заслониться от него.

— Чейз!

— Что, черт возьми, здесь происходит? Убери от меня этот свет.

Свет погас, но вспышка ослепила его, и прошло несколько секунд, прежде чем его глаза смогли что-то различить.

Когда он наконец разглядел Марси, она уже подошла к пульту сигнализации. После того как она нажала на нужные кнопки, пиканье прекратилось, и наступившая тишина показалась еще более глубокой.

Эта тишина так же встряхнула его нервы, как и вид жены с прожекторным фонариком в одной руке и тяжелым пистолетом в другой.

— Он заряжен? — сдержанно спросил Чейз.

— Да.

— Ты собираешься в меня стрелять?

— Нет.

— Тогда, думаю, тебе следует его опустить.

Казалось, Марси не замечала, что пистолет в ее руке все еще был направлен ему в живот. Она ослабила локоть и уронила руку с пистолетом вниз. Чейз понял, что для ее женской руки он был невероятно тяжел. Немногим мужчинам было бы легко управиться с ним.

Чейз подошел к лампе, включил свет и был потрясен в третий раз: лицо Марси было мертвенно бледно, надетый на ней черный вязаный пуловер резко подчеркивал это. Волосы она гладко зачесала назад и безжалостно стянула тугим узлом на затылке.

Настороженно подойдя к ней, он взял из ее рук пистолет. Она уставилась на него неподвижным взглядом, и он невольно обратил внимание на ее глаза: они были обведены фиолетовыми кругами, создавалось такое впечатление, будто ей их подбили. Он вспомнил, что так выглядели они, когда она, вся в ушибах, лежала в больнице после автомобильной аварии. Тогда она тоже была бледна, но не так, как сейчас.

Поставив пистолет на предохранитель, он положил его на край стола. Затем взял из ее руки фонарик и тоже отложил его в сторону.

— Ты расскажешь мне, что здесь происходит? Давно ли у тебя этот пистолет?

Она покачала головой.

— Я купила его во вторник.

— А обращаться с ним ты умеешь?

— Человек показал мне.

— Какой человек?

— Из ломбарда.

— Господи, — пробормотал он. — Ты хоть когда-нибудь стреляла из пистолета?

Она снова отрицательно покачала головой.

— Это хорошо. А то, если бы ты выстрелила, ты бы плечом себе ухо отшибла — из-за отдачи. Правда, тебе бы и ухо не понадобилось, потому что от грохота ты оглохла бы. В кого ты собиралась стрелять?

Она обмякла, как крахмальная юбка в дождливую погоду. Одно мгновенье она стояла выпрямившись, а потом упала, съежившись, на диван и закрыла лицо руками.

Это было совсем не похоже на Марси: падать в обморок и устраивать истерики. Испуганный Чейз сел рядом с ней.

— Марси, что здесь происходит? Зачем тебе этот пистолет?

— Я не собиралась ни в кого стрелять. Я собиралась только напугать его.

— Кого напугать?

— Того, кто звонит.

Она подняла голову и посмотрела на него. Полные слез глаза казались еще больше и еще испуганнее.

— С тех пор, как ты уехал, он звонит каждую ночь, иногда — два или три раза за ночь.

Лицо Чейза окаменело.

— Продолжай!

— Он знает, что я здесь одна. Он все говорит и говорит о том, что тебя нет. Он знает, где мы живем. И… Он сказал, что приедет за мной… Чейз, — ее зубы застучали, — я больше не могла этого вынести. Я должна была что-то сделать. Поэтому я вызвала слесаря переменить все замки. Я сменила код охранной сигнализации. А сегодня, когда я услышала тебя на крыльце, а потом ты разбил стекло и…

Он обнял ее и прижал к груди.

— Все в порядке. Теперь я понимаю. Ш-ш-ш! Все хорошо.

— Ничего не хорошо. Он все еще где-то рядом.

— Ненадолго. Мы это прекратим, раз и навсегда.

— Каким образом?

— Сделав то, что ты должна была сделать с самого начала. Мы отправимся повидаться с Пэтом.

— Нет, нет! Я буду чувствовать себя так глупо. Обращаться в полицию по такому поводу…

— Ты бы чувствовала себя еще глупее, если бы проделала во мне дырку.

Она задрожала.

— Не думаю, что смогу когда бы то ни было нажать на курок этой штуки, — сказала она, кивая на пистолет.

— Я тоже так не думаю, — рассудительно заметил он, — а значит, ты все равно остаешься беззащитной, когда ты одна. — Он взял пистолет и запихнул его за пояс. — Давай собирайся, пошли.

— Прямо сейчас?

Она сопротивлялась, не давая ему поднять себя на ноги.

— Прямо сейчас. Я с этим подонком разберусь.

Они поставили снова замок на охрану. С разбитым стеклом ничего сделать было нельзя, и они просто оставили все, как есть.

— Где твоя машина? — спросил он, когда они вышли на дорожку перед домом.