Цыганские глаза - Хелен Диксон

– Почему, Пру? Почему ты хочешь стать моей женой?

Девушка взглянула на него, зная, что он ждет от нее безоговорочной капитуляции.

– Потому… потому что я люблю тебя.

– В таком случае можешь подойти ко мне, повторить это еще раз и поплакать в моих объятиях. А я тем временем расскажу тебе о том, как много ты значишь для меня… и как сильно я тебя люблю. Я расскажу, что влюбился в тебя в то самое мгновение, когда усадил на лошадь во время шествия, и что нескольких коротких недель нашего знакомства оказалось достаточно, чтобы я захотел жениться на тебе. А потом я тебя поцелую.

Уставшая от слез и переполненная любовью, Пруденс робко подошла к нему, уткнулась лицом в его грудь и расплакалась от счастья, намочив его рубашку. А он крепко прижал ее к себе, целуя в макушку и вдыхая сладкий, знакомый аромат ее духов.

– Боже праведный, как я скучал по тебе, – воскликнул Лукас.

– Прости, – всхлипывая, прошептала Пруденс. – Я тоже скучала. Я не смогла бы бороться со своими чувствами, даже если бы захотела. Они слишком сильные.

– Не надо, – взмолился Лукас. – Не плачь, милая. Ты разрываешь мне сердце.

– Я не нарочно. Просто не могу остановиться, – ответила Пруденс, улыбнувшись сквозь слезы, когда он принялся снимать губами соленые капли с ее щек.

Не добавив ни слова, Лукас поднял ее на руки, отнес к широкому дивану и бережно усадил на сидение, обитое красно-золотой узорчатой тканью. Усевшись рядом, он обнял девушку и отбросил волосы с ее лица. Мгновением позже Лукас начал яростно целовать ее щеки, глаза, шею. Отыскав губами ее соленые от слез губы, он почувствовал, как стихли ее рыдания, и как ее тело начало откликаться на его поцелуи.

Пруденс казалась воплощенным очарованием, соблазнительной, ликующей сиреной. Приподняв голову, Лукас взглянул в ее прекрасное лицо. Ее глаза потемнели от страсти.

– Пожалуйста, – прошептала она дрожащим от вспыхнувшего желания голосом.

– Что, любовь моя? – пробормотал Лукас, упиваясь нежной страстностью ее взгляда.

Пруденс глядела на его смуглое лицо, чувствуя себя совершенно счастливой.

– Я хочу стать твоей, Лукас… сегодня… сейчас.

Лукас вздохнул, убрав прядь волос, упавшую ей на лицо. Он мечтал обладать ею… и она, пылкое, страстное создание, готова была к этому.

– Нет, любимая, – тихо ответил он голосом, полным сожаления. – Я не могу взять тебя, пока ты не стала моей женой… как бы сильно мне ни хотелось. Мы должны подождать.

Пруденс наслаждалась его близостью. Прижав руку к его груди, она чувствовала биение его сердца и его жар.

– Но ожидание покажется нам вечностью.

Лукас накрыл ладонью ее руку и тихо рассмеялся при виде глубокого разочарования, отразившегося на ее лице.

– Бесстыдница, – усмехнулся он. – Я польщен твоей страстностью, любимая, но тебе придется усмирить твой пыл, как я усмиряю свой. К тому же, если я сейчас овладею тобой, об этом узнает Томас.

– Откуда? То, что мы делаем, никого больше не касается.

– Пока ты не стала моей женой, он остается твоим опекуном, любовь моя. Если ты станешь женщиной, он заметит перемену в тебе и догадается о причине.

– Ты боишься моего брата? – спросила Пруденс с насмешкой.

– Нет, но я поклялся ему сохранить твою девственность до свадьбы… а если мне придется нарушить слово, это испортит мне удовольствие. – Лукас взглянул в ее сияющие глаза. – Я люблю тебя, милая, и не смогу ждать долго. Если ты хочешь обвенчаться в Марлден-Грин, это случится не скоро. Мне придется задержаться в Лондоне на несколько недель.

– Мне все равно, где выходить замуж, лишь бы побыстрее.

Лукас погладил ее по щеке.

– Как насчет свадьбы в Лондоне? Через неделю?

На ее губах вспыхнула радостная улыбка.

– Что? И никаких запретов?

– Никаких. Я никому не позволю помешать нашему союзу.

– Никто и не посмеет, – рассмеялась Пруденс. – Что ты собираешься сделать?

– Обратиться к епископу за специальным разрешением.

– А ты уже выбрал церковь?

Лукас лукаво улыбнулся.

– Есть одна церковь, которая нравится мне больше всего.

– О? Ну, раз я буду невестой, может, скажешь, которая?

– Святых невест.

– Что? Церковь Святых невест на Флит-стрит?

– Она самая.

Сообразив, почему Лукас выбрал именно эту церковь, Пруденс понимающе улыбнулась, и ее глаза потеплели.

– Она очень древняя.

– Я знаю. Первая христианская церковь, основанная святой Бригиттой, ирландкой из Килдары. Ее праздник совпадает с днем другой Бригитты, которая…

Пруденс покраснела.

– Спасибо за урок истории, Лукас, но я знаю, кто такая Бригитта, – вмешалась она.

Лукас насмешливо выгнул бровь.

– Знаешь?

– Да.

– Тогда скажи мне. Кто она?

Румянец на ее щеках стал еще гуще.

– Кельтская богиня плодородия, – со смехом ответила Пруденс.

– А ты любишь детей, Пру? – спросил Лукас через мгновение, продолжая улыбаться.

Девушка вспомнила, как держала на руках новорожденную девочку Мэри.

– Конечно, люблю.

– Хорошо, потому что одним ребенком я не ограничусь. Так ты не против начать нашу совместную жизнь с венчания в церкви Святых невест, и чтобы нам покровительствовала кельтская богиня плодородия? Через неделю ты станешь моей навсегда.

Наклонив голову, Лукас поцеловал ее еще раз с пронзительной нежностью. Пруденс пылко ему ответила, вложив в свой поцелуй всю любовь, накопившуюся за дни разлуки.

– Скажи, что задерживает тебя в Лондоне, – пробормотала она через несколько минут.

Лукас вздохнул, заметно помрачнев.

– Я пытаюсь выследить своего кузена. Мои люди ищут его повсюду, но он как в воду канул.

Пруденс насторожилась.

– Джеффри?

– Да. Он здесь, в Лондоне.

– Но… откуда ты знаешь?

– Я чувствую.

Девушка побледнела, заметив, как изменилось лицо Лукаса. Неожиданно ей стало страшно за него.

– А тебе обязательно искать Джеффри, Лукас? Неужели так важно его найти?

– Если бы ты знала, что сделал мой кузен, ты бы не спрашивала.

– Я знаю, – прошептала Пруденс.

Он пристально взглянул на нее.

– Откуда? Кто тебе сказал?

– Томас. Он… считает, что я должна это знать.