Всем сердцем - Патриция Мэтьюз

– Знаешь, любовь моя, судьба часто вознаграждает игрока за нелегкую жизнь. Я собирался отправиться в Сан-Франциско и даже на всякий случай перевел сюда деньги. Неожиданное везение помогло мне сделать это гораздо раньше, чем я смел надеяться. Как-то вечером я играл в покер с одним из богатейших людей во всем Комстоке. Я был в ударе, и карта шла хорошая. Мы играли всю ночь. Вначале за столом нас было пятеро. Под утро мы остались с ним вдвоем. Он уже почти проигрался к этому времени. В общем, я выиграл у него сто пятьдесят тысяч долларов. Он повел себя честно и заплатил деньги на следующий день. В одну ночь я стал богачом и вскоре уехал из Вирджиния-Сити. Это была великолепная игра, и наверняка она обрастет легендами.

Серена слушала его с замиранием сердца.

– Ты выглядишь очень преуспевающим.

– Пока что госпожа Фортуна улыбается мне, – пожал он плечами. – Я тебе уже говорил – жизнь игрока изменчива. Сегодня он пьет шампанское, а завтра у него, может статься, не хватит денег и на стакан пива.

– Но теперь-то тебе это не грозит?

– Все бывает, милая. – Он опять пожал плечами. – Я стараюсь не играть с высокими ставками. В следующий раз я могу быть не столь удачлив.

– А насчет меня...– Серена нерешительно запнулась. – Наверное, многие в Вирджиния-Сити думают, что это я убила Мадлен?

– Боюсь, что да, – ответил он спокойно. – У них достаточно улик, чтобы признать тебя виновной. Перед тем как уехать, я говорил со Спенсером Хардом. Он готов быть твоим адвокатом.

– Но они что – даже не попытались выяснить, мог ли кто-нибудь другой убить ее? – в отчаянии спросила девушка.

– А зачем, Серена? – Даррел развел руками. – Они уверены, что убийца – ты. Зачем им предпринимать какие-то еще расследования? На твой арест уже выписан ордер. И если ты вернешься, тебя сразу же повесят. Понятно? – резко проговорил он. – Так что оставайся со мной. – Он перегнулся через столик и накрыл ее руку своей. – Уверен, в Сан-Франциско тебе ничто не угрожает. Возможно, через некоторое время нам здесь надоест. Тогда, если война уже закончится, мы можем поехать в Новый Орлеан. Там тебе понравится, уверен. Так ты останешься со мной?

Девушка вздохнула.

– Судя по всему, другого выхода у меня нет. – Она подняла глаза. – Прости. Я не думаю, что говорю.

– Я все понимаю, милая. Но все-таки ты хочешь остаться со мной?

– Да, Даррел. По-моему, можно было и не спрашивать. Если ты уверен, что сам этого хочешь...

– Я-то без сомнения. – Он широко улыбнулся и налил еще шампанского. – Полагаю, нам следует выпить за это.

От шампанского Серене стало легко и захотелось смеяться. Попытавшись сделать серьезное лицо, она проговорила:

– Боюсь, моя история менее романтична.

Она рассказала ему все, начиная со ссоры с Мадлен Дюбуа и последующего поспешного бегства из Вирджиния-Сити. Рассказ ее длился долго. Когда она наконец закончила, Даррел тяжело вздохнул:

– Да, столько событий, словно за этот год ты прожила два. Этот китаец, от которого ты откупилась... ты не представляешь, кто мог его послать?

– У меня нет ни малейшего представления. Он задумался.

– Все это очень странно. Значит, нам надо быть постоянно настороже. Создается впечатление, что кто-то именно здесь, в Сан-Франциско, желает твоей смерти. – Он поднялся и предложил ей руку: – Пойдем домой, Серена.

Девушка не стала спрашивать, что значит «домой». Они вышли из ресторана, и Даррел остановил экипаж.

Спустя некоторое время молодые люди оказались на улице, бегущей по склону холма, где дома скрывались в густом тумане. Даррел приобнял Серену за талию, помогая ей выйти, и они поднялись по крутой каменной лестнице. Наверху туман был не такой густой, и девушка разглядела очертания огромного дома.

– Господи, да это же особняк! – выдохнула она.

– На самом деле он не принадлежит мне. Я арендовал его у одного богача, уехавшего на год в Европу.

– Ты один здесь живешь?

– Не считая хозяйской прислуги, один. Или ты спрашиваешь, не живу ли я здесь с какой-нибудь женщиной?

– Нет, я вовсе не об этом спрашивала, – огрызнулась она. – Это вообще не мое дело, с кем ты живешь.

– Верно, не твое. Но на твой незаданный вопрос могу ответить. У меня нет женщины сейчас... и с тех пор не было.

– Я же сказала, что не это имела в виду! – возмутилась Серена.

Из прихожей на второй этаж вела изящная лестница.

– Наверху десять спален, – объяснил Даррел. – Этот дом знаменит своими роскошными балами, и гости часто остаются здесь ночевать.

Он повел ее смотреть комнаты на первом этаже. Такое богатство Серена не могла себе даже представить: стены были украшены мозаикой, пол устлан дорогими коврами, роскошные люстры дополняли интерьер.

– Ну что, мэм, не хотите ли посмотреть спальни на втором этаже? – усмехнувшись, спросил Даррел.

– Ты предлагаешь мне выйти за тебя замуж, Даррел Квик?

– Нет, нет! Я не думаю о браке и не собираюсь ни на ком жениться. Я прошу тебя просто пожить со мной.

– Но что об этом скажут?

– Что скажут?! Жизнь в грехе и так далее? Ну и что, если даже начнут болтать? Меня это совершенно не волнует. И я полагал, что, пережив столько за последние месяцы, ты перестала обращать внимание на сплетни.

Она промолчала, сдерживая переполнявшие ее чувства.

– Конечно, если ты думаешь, что это необходимо, мы можем немного полицемерить. Я могу представлять тебя как мою жену. Вряд ли возникнут какие-то вопросы, я здесь не настолько известная персона.

– Нет, – она подняла голову, – если я поселюсь здесь, то на твоих условиях и без всяких капризов.

– Ах, Серена! – промурлыкал он и радостно заключил ее в объятия.

Он поцеловал ее нежно и пылко. Девушка почувствовала, как участился ее пульс, в ней начало просыпаться желание. Она уже забыла, как действуют на нее его прикосновения...

– Я вспомнила еще кое-что. – Она высвободилась из его объятий. – Все это время меня не оставляли в беде Тан Пин и ее сын Шу Тао.

– И что с ними?

– Можно, они тоже будут жить здесь?

– Думаю, это несложно устроить. – Он нахмурился. – Но только не проси меня поселить здесь всю свою цирковую труппу!

– О, об этом речь не идет! – рассмеялась Серена. – Только мне нужно доиграть последние представления в сезоне. Я не могу подвести профессора Траппа.

– Хорошо, милая, но сегодня вечером, надеюсь, ты свободна? Ты не подведешь его, если останешься здесь?

– О нет! – Она снова засмеялась. – Сегодня я могу делать все, что мне только захочется.

Когда они поднялись наверх, Серена сделала Даррелу знак остановиться.