Сделка - Эль Кеннеди

– Серьезно?

– Абсолютно. Я нормально отношусь к тому, что ты при этом будешь встречаться с другими людьми, но… – Его лицо становится напряженным. – Если мы с тобой пару раз покажемся на людях и между нами возникнет определенная связь, у меня очень скоро может появиться желание поставить перед тобой условие, чтобы я был у тебя единственным.

Я не могу удержаться от улыбки.

– Не знала, что футболисты заинтересованы в моногамии, – дразню я его.

Он хмыкает.

– Мои товарищи по команде уверены, что их это не интересует, но я не такой, как они. Если я испытываю сильные чувства к девушке, я хочу, чтобы она была со мной и только со мной. – Я не знаю, что на это сказать, но Джастин, к счастью, продолжает: – Только сейчас еще слишком рано обсуждать такие вещи, правда? Давай начнем с ужина. Как ты на это смотришь?

О боже мой. Он приглашает меня встретиться. Не за кофе, не на лекции, а на настоящем свидании.

По идее я должна была бы ликовать от радости, но почему-то меня не покидает тревога, а внутренний голос настойчиво уговаривает меня ответить… «нет». Безумие какое-то. Я же схожу с ума по этому парню с самого начала учебного года. Я хочу встретиться с ним.

Я делаю вдох и медленно выдыхаю.

– Отлично. Когда?

– Ну, на неделе у меня дел невпроворот. Мне надо написать две курсовые, а в выходные я с командой еду в Буффало. Как насчет следующего воскресенья?

Мой телефон снова взрывается «Аппетитной попкой».

Лицо Джастина омрачается, но я снова поспешно нажимаю «отбой».

– Следующее воскресенье меня вполне устраивает, – твердо говорю я.

– Замечательно.

Подходит наша очередь, и я заказываю большое латте мокко, но не успеваю расплатиться, так как Джастин добавляет свой заказ к моему и платит за нас обоих.

– Угощаю.

От его низкого глубокого голоса у меня по спине бегут мурашки.

– Спасибо.

Мы перемещаемся к выдаче, и, пока ждем, Джастин опять проделывает этот финт с изящным наклоном головы.

– Ты останешься здесь или хочешь, чтобы я проводил тебя до общежития? Подожди… ты же живешь в общаге, да? Или за пределами кампуса?

– Я живу в Бристоль-Хаусе.

– Эй, так мы с тобой соседи. Я – в Хартфорде.

Бариста ставит наш заказ на прилавок. Джастин берет свой стакан и улыбается мне.

– Миледи, не изволите ли прогуляться?

Гм. Как-то все это… слащаво. Кстати, он не поблагодарил девушку за стойкой, когда она подала ему кофе. Не знаю, почему это беспокоит меня, но мне становится некомфортно.

Однако я выдавливаю из себя улыбку и с сокрушенным видом качаю головой.

– С радостью, но я здесь с друзьями.

Он подмигивает.

– О, да ты у нас самая настоящая светская львица, верно?

Я натянуто смеюсь.

– Вообще-то нет. Просто я с ними давно не виделась. Слишком занята была в последнее время.

– А на Грэхема у тебя времени хватало, – заявляет он. Я слышу в его голосе подколку, но присутствует и что-то еще, более резкое. Ревность? А может, обида? Тут он снова улыбается и с игривым видом берет у меня телефон. – Я забью тебе свой номер. Пришли сообщение, когда выдастся свободная минутка, и мы обсудим детали нашей встречи.

Мое сердце опять стучит как бешеное, но на этот раз из-за сильного нервного напряжения. Мне не верится, что у нас будет настоящее свидание.

Джастин заканчивает вводить свой номер в список контактов, и тут телефон в его руке звонит.

Сюрприз! Это опять Гаррет.

– Может, тебе все же стоит ответить, – ворчит Джастин.

Наверное, он прав. Три звонка за две минуты? Скорее всего, что-то чрезвычайное.

Или Гаррет просто, как всегда, достает меня.

– Увидимся в воскресенье. – Джастин отдает мне телефон, улыбается (только на этот раз улыбка выходит меганатянутой) и уходит.

Я отхожу от стойки и отвечаю на звонок до того, как телефон переключается на голосовое сообщение.

– Ну, в чем дело? – раздраженно спрашиваю я.

– Наконец-то! – оглушает меня раздраженный голос Гаррета. – Зачем тебе телефон, если ты не удосуживаешься отвечать, когда тебе звонят? Надеюсь, Уэллси, у тебя есть веские аргументы, почему ты игнорировала меня.

– А может, я была в душе, – бурчу я. – Или писала. Или занималась йогой. Или гуляла голой по площади.

– И ты всем этим занималась? – насмешливо осведомляется Гаррет.

– Нет, но могла бы. Не думай, что я целыми днями сижу дома и жду, когда ты, болван, позвонишь.

Он игнорирует мой укол.

– Что там за голоса? Ты где?

– В кофейне. Встречаюсь с друзьями. – О том, что Джастин пригласил меня на свидание, я умалчиваю. Почему-то я уверена, что Гаррет не одобрит меня, но настроения спорить с ним нет. – Теперь говори, почему ты звонишь мне пять триллионов раз?

– Завтра день рождения Дина, и вся команда идет в «Малоун». А потом мы наверняка загрузимся к нам домой. Ты участвуешь?

Я смеюсь.

– Ты спрашиваешь, хочу ли я пойти в бар и смотреть, как хоккеисты будут надираться? Почему ты решил, что мне это интересно?

– Ты должна пойти, – твердо говорит он. – Ты забыла, что завтра объявляют оценки за экзамен? Это означает, что я буду праздновать либо победу, либо поражение. В том и в другом случае я хочу, чтобы ты была со мной.

– Даже не знаю…

– Пожалуйста.

Ого. Гаррет знает слово «пожалуйста»? Обалдеть.

– Ладно, – сдаюсь я – по какой-то дурацкой причине я не могу отказать этому парню. – Я пойду.

– Ура! Я заберу тебя в восемь, договорились?

– Конечно.

Я отсоединяюсь, поражаясь тому, как за какие-то пять минут мне удалось назначить не одно, а целых два свидания. Одно с парнем, который мне нравится, другое с парнем, с которым я целовалась.

Однако я благоразумно умалчиваю об этих подробностях, когда подсаживаюсь к своим друзьям.