Бабочка на ладони - Татьяна Тронина

В комнату бесцеремонно заглянула Стася.

– Доброе утро, Марта! – сказала она, сияя черными блестящими глазами. Уставилась на экран: – А что это ты смотришь? Вот скука!..

Стася затопала к телевизору, переключила канал.

На экране замелькал разноцветный хоровод, смесь рэпа и камаринской.

– О! Красота?..

– Стася, что ты делаешь? – Марта хотела переключить на прежний канал, но передумала. «А смысл? Все врут… Люсин этот… Лицо такое благородное!.. У Яна очень благородное лицо тоже», – почему-то вспомнила Марта.

И вдруг поняла, что больше не может разыгрывать перед Яном влюбленную дурочку. Она, Марта, – холодная, расчетливая, злая. Она ненавидит ложь и предательство – и не так важно, кого предают – родину или жену. И ради чего – ради комфорта на берегу моря или ради беременной возлюбленной (в данный момент Марта имела в виду историю с Ксюшей, пятилетней давности). Ничто не может оправдать предательства, даже самые возвышенные стремления. Ничто. За все придется платить.

И Яну, и Олегу, и покровителю Яна…

– Стася, иди к себе. Видишь, я собираюсь.

– Куда?

– К адвокату.

– А мне с тобой можно?

– Нет.

– Ы-ы… Ты вредная! – Стася насупилась и, демонстративно топая, вышла из комнаты.

Марта набрала номер Ивана. Долго не отвечали. Дело в том, что у Ивана был отдельный мобильник – для личных звонков. Именно мобильник, а не телефонный номер… Комплексы сиротские, что ли?..

– Алло. Марта!

– Ваня, я не отвлекаю?

– Полминутки тебе даю.

– Ваня, помнишь, твой начальник говорил, что у Яна есть покровитель?

– И что? – осторожно спросил Иван.

– Хочешь, я угадаю, кто это? – Иван молчал. – Это Люсин, замминистра, да?

Пауза. Потом Иван прокашлялся:

– Ты что-то узнала? Ты встречалась с Горским? Это секретная информация, ею владеем только мы.

– Я угадала! – поразилась Марта.

– То есть?

– Мне никто ничего не говорил, я сама догадалась. По лицу человека… Знаешь, я как будто вижу всех насквозь – кто врет, а кто нет.

– Марта, ты никому не должна говорить о Люсине!

– Я знаю.

– Марта!

– Я все поняла. Но ты должен признать, что из меня тоже получился бы неплохой спецагент… Что сильнее – мужская логика или женская интуиция, а? – Марта засмеялась и нажала на кнопку «отбоя».

Через полчаса она вышла из дома.

Марта шла по улице и смотрела на людей. У нее было странное ощущение, что она видит их насквозь. То есть не буквально – знает все их тайны, но зато – четко видит, кто из них лжет, лицемерит. Лжет своему спутнику (или спутнице), лжет себе. Лжет, даже не замечая, что лжет.

Вот навстречу двое, он и она. Идут рядом. У нее лицо обиженное, возмущенное – явно поймала своего спутника на каком-то проступке. Он горячо оправдывается – страстные глаза, вдохновенные взмахи рук, громкие, пафосные возгласы: «да никогда!», «тебе показалось, милая!», «она совершенно посторонний человек!» Врет. Все врет. Не верьте ему, женщина. Он вам изменил – с ней– и пусть не клянется, что она для него ничего не значит…

Вот две подруги средних лет. Мило щебечут, но глаза у них колючие, злые… Подруги-соперницы, и в чем они соперничают, не так уж и важно. Ни одна, ни другая не должны друг другу доверять.

Вот женщина постбальзаковского возраста. Шляпка, перчатки, яркая помада на губах, жгуче блондированные кудри, ядовито-черные тени у глаз, чудовищные силиконовые губы (в профиль – рот карпа), шпильки. Идет, кокетливо цокая каблучками, не ведая, что выглядит нелепо. Ей пойдет любой другой образ, но только не образ Барби. Она для него стара, но у нее нет сил признаться себе в этом. Она лжет себе и верит, что по-прежнему юна, очаровательна, соблазнительна… Но в ней соблазна еще меньше, чем в египетской мумии.

Все люди лгут.

…У адвоката.

Адвокат, которого порекомендовал Марте полковник Лосев, оказался женщиной. Очень полной женщиной в круглых очках. Вот у нее ничего не читалось по лицу. Видимо, постоянное общение с буквой закона стирает с лица все чувства.

Марта рассказала Диане Генриховне (так звали адвоката) свою ситуацию. Та внимательно выслушала, задумалась.

Марта вдруг пришла в отчаяние: «Ничего не получится! Боже, и на что я только надеюсь!»

– Только мы с Олегом развелись, официально причем! – добавила Марта хриплым басом.

– Признание брака недействительным существенно отличается от расторжения брака… – Диана Генриховна постучала ногтями по столу.

– Вот, я так и знала!

– Да погодите вы… Сейчас разберемся, только не торопите меня. Итак, в каком случае брак считается недействительным? Во-первых, брак с лицами, которых понудили к браку. Во-вторых, с лицом, которое не достигло брачного возраста и не получило разрешения в установленном законом порядке на досрочную регистрацию брака. В-третьих, если лица являются близкими родственниками… В-четвертых, если хотя бы один из супругов является психически недееспособным. И… – Диана Генриховна сделала паузу и отчеканила: —…и, если хотя бы одно из лиц состоит на момент регистрации брака в другом, нерасторгнутом браке.

– Но мы с Олегом развелись!

– Расторгается всегда действительный брак. У граждан, состоявших в недействительном браке, не возникает ни личных, ни имущественных прав и обязанностей. Имущество считается принадлежащим тому супругу, который его приобрел. Скажите, Олег Арефьев как-то участвовал в покупке квартиры?

Марта объяснила ситуацию – то же самое она рассказывала и Ивану.

– Понятно… – кивнула Диана Генриховна. – Конечно, гражданин Арефьев может попытаться предоставить доказательства вложения средств в приобретение квартиры, но не думаю, что это будет какая-то гигантская сумма… Его доходы на тот момент – мизерные. Когда вы узнали о том, что гражданин Арефьев так и не расторгнул свой первый брак?

– Недавно. Где-то неделю, две назад… – сказала Марта. – Я встретилась с первой женой Олега, и она мне вдруг призналась… Она очень простая, милая женщина. Она никак не пострадает? – встрепенулась Марта.

– Никак.

Затем Диана Генриховна принялась задавать Марте вопросы, что-то записывала на ходу.

– Я обычно не обнадеживаю своих клиентов сразу, но… дело ваше, Марта Витальевна, достаточно простое, и прогноз оптимистический… Вернете вы себе свою квартиру.

– Да?

– Да. – Диана Генриховна зевнула, не открывая рта.

В первый раз что-то человеческое мелькнуло на ее лице – адвокатше явно было скучно. И это вдруг обрадовало Марту. Если так скучно, то действительно дело простое… И она, Марта, сможет вернуть себе то, что отняла у нее Ксюша.