Скандальный портрет - Энни Берроуз

Но Нейтан был намного сильнее. Он просто удерживал ее на расстоянии вытянутой руки, пока Эми в изнеможении не начала, всхлипывая, сползать к его ногам. Тогда он подхватил ее на руки и отнес на диван, где усадил к себе на колени и принялся укачивать, стараясь унять ее непрекращающиеся рыдания.

— Я тебя ненавижу, — сказала Эми, когда, наконец, смогла отдышаться и снова обрести дар речи.

— Я не стою даже этого.

— Ты… ты… уничтожил меня…

— Мой отец уничтожил нас обоих. Эти десять лет были сущим адом, Эми…

— Нет. Это ты уничтожил нас. Ты не верил в меня. Даже теперь, когда мы снова встретились. Ты нарочно меня соблазнил, чтобы… чтобы отомстить.

— Да. — Нейтан не мог этого отрицать. Именно это он и сделал. — Сначала я хотел отомстить. Пока не узнал правду. После этого единственное, что я чувствовал, — это угрызения совести. Мне хотелось как-то возместить то горе, которое я причинил тебе. Хотелось, чтобы ты почувствовала себя счастливой. Дать тебе хотя бы один месяц счастья. Месяц, когда у тебя было бы все, что ты желаешь. Но как-то постепенно я снова влюбился в тебя.

— Ты меня не любишь. Ты никогда меня не любил. Не может быть, чтобы ты верил во все эти глупости.

— Нет, я любил тебя, Эми. Недостаточно сильно, это правда. Но теперь я люблю тебя сильнее. Потому что знаю, что ты была невинной. Потому что теперь ты взрослая женщина. Сильная, независимая, пылкая и недоверчивая…

— Ты знаешь меня теперь не лучше, чем тогда, — воскликнула она, вскакивая с его колен. — Иначе ты бы не надеялся, что я стану иметь с тобой дело после того, как узнаю, что ты сделал со мной.

— Эми, прошу тебя…

Нейтан протянул руку, но Эми отпрянула от него и бросилась к двери.

— Не уходи так, — взмолился Нейтан. — Ты слишком расстроена и не должна быть одна…

— Я была одна, — выдохнула Эми, — все эти десять лет. — Сердитым движением руки она смахнула со щеки слезу. — И одиночество меня вполне устраивает. Если рядом никого нет, то никто тебя и не обидит.

— Это верно. Но если убедить себя в этом, то так и проживешь всю жизнь в одиночестве, никого к себе не подпуская.

— Нет. Все не так. Ты одинока, когда вокруг тебя люди, которые готовы предать. Которые презирают тебя. Которые обращают на тебя внимание, только когда им что-то надо. Вот что такое настоящее одиночество.

Эми вылетела из двери и бросилась прочь.

О боже! Она так разозлилась, что не могла мыслить трезво. Он должен был догадаться. Такая же злость охватила его в тот вечер, когда Филдинг разбил его надежду жениться по любви. Нейтан бросился за Эми. Он не мог допустить, чтобы на шумных парижских улицах с ней случилась что-то плохое.

Он не пытался остановить Эми, понимая, что она не станет его слушать. Он просто не выпускал ее из виду, готовый вмешаться при любой опасности, и шел за ней, пока она благополучно не добралась до своего дома. Теперь Эми пойдет к своей подруге и ее французскому любовнику. Сейчас они нужны ей. И пусть какое-то время Нейтана не будет рядом, главное, что Эми не должна быть одна.

Постепенно первая вспышка гнева уляжется, и тогда, всеми правдами и неправдами, он снова заставит ее выслушать себя.

Теперь у Нейтана появилось одно преимущество, которого не было десять лет назад, когда ложь заставила их расстаться. И Эми даже не пыталась защищаться. Она понятия не имела, что должна доказывать свою невиновность. Она совсем ничего не знала.

Но теперь они оба точно знали, что происходит. И Нейтан не собирался дать ей уйти без борьбы. Он больше не был неуверенным юнцом, разрывавшимся между преданностью семье и жаждой любви. Теперь он мужчина. Мужчина, понимавший, что любовь стоит того, чтобы за нее драться.

Чего бы это ни стоило. И сколько бы времени ни заняло.