Всем сердцем - Барбара Доусон Смит

Анна испытала неожиданный приступ зависти. Однако следующая мамина реплика заставила ее покраснеть. Многозначительно взглянув на Джошуа, миссис Невилл заявила:

– Возможно, сегодня, милая, ты будешь танцевать с мужчиной твоей мечты.

Как только она вошла в зал, по толпе прокатился шепоток. Огромная прямоугольная комната с золочеными колоннами, высоким потолком и восковыми свечами, сиявшими в хрустальных люстрах, напоминала волшебную страну. В одном ее конце располагался ряд открытых стеклянных дверей, за которыми темнела бархатная ночь. Оркестр настраивал инструменты, и звуки обрывочных мелодий смешивались с веселым гомоном голосов.

Впрочем, как заметила Анна, голоса были скорее злобными, чем веселыми. Когда мажордом объявил леди Стокфорд и ее внука, вслед за которыми вошли Анна, Натаниель Бэбкок, леди Инид и леди Фейвершем, знатные гости заволновались.

Элегантно причесанные головы повернулись в сторону главного арочного входа. Дамы подняли свои веера и начали тихо переговариваться друг с другом. Джентльмены вытянули шеи, чтобы получше рассмотреть вновь прибывших. Присутствующие удивленно вскидывали брови и ехидно кривили губы.

Анна не на шутку смутилась под их любопытными взглядами. Ее затянутые в лайковую перчатку пальцы крепче стиснули розовые ленточки ридикюля. Она надеялась, что новое платье и бриллиантовая подвеска помогут ей легко влиться в аристократическое общество. Неужели все присутствующие уже знали о том, что она двадцативосьмилетняя старая дева, не имеющая никаких шансов выйти замуж? Розочки предупреждали Анну, что на балу не обойдется без оскорблений и язвительных замечаний в ее адрес. Что, несмотря на ее безупречное прошлое, найдутся люди, которые посмеются над женщиной, выросшей в деревне.

Держа голову высоко поднятой и прямо глядя людям в глаза, она прислушивалась к обрывкам разговоров, достигавшим ее ушей.

– Позор…

– Это просто неприлично…

– Как он посмел появиться в свете после того, что сделал с дочерью Тимберлейка…

«Джошуа!» – вдруг поняла Анна. Вокруг обсуждали Кеньона, а не ее. – Скандал семилетней давности вовсе не был забыт.

Однако к ее облегчению примешивалось смутное чувство тревоги. Она попыталась отыскать глазами лорда, но он куда-то исчез. Его бабушка и Натаниель Бэбкок приветствовали тучного усатого джентльмена. Леди Фейвершем беседовала с дамой устрашающего вида, седые волосы которой были украшены бриллиантовой тиарой. Леди Инид кокетничала с франтоватым пожилым мужчиной в старомодном завитом парике.

Анна растерянно оглядела толпу. Куда же подевался Джошуа? У него был список клиентов сапожника – список, который он не хотел ей показывать. Однако она очень надеялась, что с его помощью сумеет вычислить подозреваемых. И тут она увидела его.

Кеньон стоял один возле колонны, точно принц среди черни, и холодно взирал на болтающих гостей. Ее сердце забилось чаще при виде его ладной фигуры в военной форме. Белые брюки и черные сапоги до колен подчеркивали длинные мускулистые ноги.

Она была не единственной, кого привлек его мужественный силуэт. Несмотря на осуждающие взгляды зрелых матрон, молоденькие барышни восхищенно посматривали на Джошуа, хихикая и перешептываясь между собой. Но он их не замечал. Либо не знал о своей дурной славе, либо предпочитал не обращать на нее внимание. Анна предполагала последнее.

В очередной раз обведя глазами бальный зал, лорд вдруг сощурился. Его пристальный взгляд насторожил Анну. Она посмотрела в ту же сторону, но ничего не увидела за головами остальных гостей. Может быть, он заметил одного из подозреваемых? Единственный, кого она смогла бы узнать, это Артур Каммингз, но она нигде не наблюдала приземистой фигуры и красного лица политика.

Анна поспешила к Джошуа, влекомая не только желанием выполнить намеченную задачу, но и непреодолимой женской симпатией. Он уже начал отходить от колонны, как она его догнала.

– Постойте, – пробормотала девушка. – Куда вы идете?

На лице Кеньона мелькнуло раздражение, но он быстро взял себя в руки и вежливо улыбнулся.

– Хочу выпить бокал шампанского. Составите мне компанию?

– Нет, спасибо. Я хочу сохранить трезвую голову.

Он искоса оглядел ее модное платье, задержавшись глазами на декольте. Анну тотчас бросило в жар.

– Очень жаль, – обронил Джошуа. – Вино действует на вас удивительным образом.

Она вспыхнула, вспомнив их страстные объятия на берегу. Неужели он опять захотел ее поцеловать? При одной мысли о его жарких губах, впивающихся в губы, по всему телу Анны разлилось блаженное тепло, а где-то внизу живота настойчиво заныло. Однако она вовсе не собиралась делиться с ним своими ощущениями.

– Здесь есть кто-нибудь из мужчин, указанных в списке? – сухо спросила она. – Может быть, Сэмюел Фирт?

Кеньон пожал плечами:

– Может быть.

– Но вы только что кого-то заметили. Я видела, как вы смотрели в другой конец зала.

– Я заметил лакея с напитками.

– Хотя бы расскажите мне о своем разговоре с Фиртом. Как вы полагаете, он виновен?

Джошуа бросил на девушку серьезный оценивающий взгляд.

– У меня нет доказательств его виновности. Однако он вполне мог выстрелить из-за кустов. Мотив у него имелся. – Лорд посмотрел мимо Анны, и лицо его посветлело. – А вот и бабушка!

Анна в досаде обернулась и увидела подплывавшую к ним леди Стокфорд. В седых волосах вдовы посверкивали бриллианты, стройную фигуру обтягивало бледно-голубое платье. Ни дать ни взять сказочная фея! Жаль, что у нее не было волшебной палочки, которая могла бы заставить Джошуа сказать правду!

Впрочем, если бы сейчас в руки Анны попала волшебная палочка, она бы воспользовалась ею как простой дубинкой. Может быть, таким образом, скорее удалось бы выпытать у Джошуа информацию.

Вдова весело улыбнулась.

– Почему вы такие угрюмые? – спросила она. – Неужели вас допекли досужие сплетники?

«Меня допек ваш внук», – про себя ответила Анна и тут же наказала себя за эту недобрую мысль, растянув губы в любезной улыбке.

– Уверяю вас, миледи, у нас все в полном порядке!

Джошуа скрестил руки на груди и холодно бросил:

– Пусть эти снобы болтают все, что им хочется!

– Я с тобой не согласна, – сказала бабушка. – Только что леди Уоллингфорд имела наглость заявить мне прямо в лицо, что тебе не место на этом балу.

– И ты, конечно же, посоветовала старой перечнице попридержать язык?

– Я поинтересовалась здоровьем любовницы ее сына, – прощебетала леди Стокфорд, лукаво сверкнув голубыми глазами. – Она танцовщица в лондонском мюзик-холле.

Джошуа саркастически усмехнулся.