Не меньше чем леди - Мэри Джо Патни

— В противном случае сейчас прольется кровь, и это будет кровь не моя и не Джулии.

— Майор совершенно прав, Давентри, — вмешалась графиня, потрясенная рассказом Рэндалла. — Вы не должны терроризировать жену своего племянника. Это совершенно недопустимо.

Граф выглядел так, словно проглотил жабу. Но, взглянув на жену, неохотно вымолвил:

— Я скажу Крокетту, чтобы он оставил ее в покое.

— Вы даете мне в этом слово джентльмена? — уточнил Рэндалл.

— Да, будь ты проклят, даю! — прорычал Давентри. — А теперь убирайтесь оба из моего дома, и я надеюсь, Бог даст, мы больше никогда не увидимся. Не рассчитывай унаследовать от меня ни единого пенни!

— Вы никогда ничего не давали мне в прошлом, — сказал Рэндалл, дав волю своему гневу. — И я никогда ничего не ожидал от вас в будущем. Ваше отречение от меня только подтверждает это официально.

— Будьте вы оба прокляты! — Давентри бросил на посетителей последний испепеляющий взгляд и в гневе покинул комнату.

Графиня первая прервала гнетущее молчание:

— Все это действительно было крайне неприятно. Не откажетесь выпить со мной чаю? Чай очень успокаивает, а моя кухарка готовит превосходное печенье.

Рэндалл обменялся взглядами с Джулией. На ее лице отражались те же усталость и раздражение, как и у него, но она утвердительно кивнула.

— Благодарю вас, леди Давентри, — сказал Рэндалл. — Мы с удовольствием воспользуемся вашей любезностью. Полагаю, вам не довелось встречаться с леди Джулией прежде?

— Нет, и я очень рада с ней познакомиться. Прошу вас, присаживайтесь. — Графиня указала на стулья по другую сторону чайного столика. Вблизи Рэндалл разглядел тонкие морщинки вокруг ее глаз и напряженную озабоченность на лице, но доброта и радушие хозяйки не вызывали сомнений.

Ее спокойное дружеское обращение при сложившихся обстоятельствах казалось немного странным. Но Рэндалл предположил, что способность игнорировать дикие выходки мужа была ей жизненно необходима, чтобы ужиться с Давентри.

Леди Давентри разлила чай. Ароматная жидкость янтарной струей наполнила чашки.

— Леди Джулия, пожалуйста, примите шелковую шаль, наброшенную на спинку вашего стула, как подарок. Цвет вам очень подходит.

— Благодарю вас, леди Давентри. — Джулия накинула шаль на плечи, полностью закрыв порванные кружева. — Вы очень добры.

— Это самое малое, что я могу сделать. — Графиня передала им чашки. — Я знала вашу матушку, майор, когда была девочкой, и очень ею восхищалась. Вы на нее похожи.

Принимая тонкую фарфоровую чашку, Рэндалл неожиданно ощутил спазм в горле.

— Благодарю вас. Я рад это слышать.

— Вам и следует радоваться. — Графиня задумчиво размешивала сахар в чашке, устремив взгляд на серебряную ложечку. — Поймите, Давентри не безумец и вовсе не злодей. Его ослепила безграничная любовь к сыну.

— Такая абсолютная душевная слепота, может, и не порок, но приводит к губительным результатам, — холодно заметил Рэндалл. — Брэнфорд, без сомнения, был безумен, но потворство отца и безнаказанность способствовали тому, что он смог натворить так много зла. — Он помешал свой чай, ложечка звякнула о тонкий фарфор. — Женить его на такой невинной девочке, как Джулия, было преступлением.

— Несомненно. — Печальный взгляд графини устремился на Джулию. — Я так обрадовалась, когда Давентри сказал, что вы живы. Из рассказов, которые я слышала о Брэнфорде, я могла себе представить, как ужасно было делить с ним постель.

— Нет, — тихо сказала Джулия с потухшим взглядом. — Вы не могли этого даже вообразить.

Леди Давентри притихла.

— Должно быть, вы правы. Было большой ошибкой со стороны моего мужа устроить этот брак, но он отчаянно боялся, что его род прервется. И его страх вполне оправдан. У всех трех его жен, включая меня, много раз случались выкидыши и рождались мертвые дети. На этот раз я не говорила ему, что беременна, пока не удостоверилась, что смогу доносить ребенка до срока.

— Безумие Брэнфорда идет со стороны Рэндаллов? — спросила Джулия.

Графиня отрицательно покачала головой.

— Со стороны его матери. Первая графиня была слегка не в себе. Но она обладала редким очарованием, что делало ее неотразимой. Давентри решил, что это любовь всей его жизни. Она умерла при родах.

Пораженный беспристрастностью леди Давентри, Рэндалл напомнил:

— И все же мой дядя женился еще дважды.

Графиня предложила блюдо покрытого сахарной глазурью печенья.

— Он был одержим идеей продолжения рода. Муж возлагал большие надежды на своего младшего сына, Руперта, который выжил в младенчестве. Но бедный паренек всегда был болезненным. Давентри обезумел от горя, когда тот в десять лет умер. — Лицо графини опечалилось. — Я тоже очень его жалела. Это был ребенок от второго брака Давентри.

— Похоже, вы чувствительная женщина, — сказала Джулия с оттенком язвительности. — Где же вы были, когда ваш муж едва не уморил Рэндалла в своем собственном доме, бросив его, раненного, без всякого ухода?

Леди Давентри подняла голову и взглянула прямо в лицо Рэндаллу.

— Когда вас, раненного, привезли из Испании, майор, я была в Тервилл-Парке. Приходила в себя после очередного выкидыша. Пожалуйста, поверьте мне, я ни за что не допустила бы такого скверного обращения. Я пришла в ужас, когда позже узнала об этом от слуг. Примите мои глубочайшие извинения.

Значит, Давентри в то время не только лишился единственного выжившего сына, но и жена его потеряла ребенка, усугубив невыносимое чувство потери. Ничего удивительного, что ему ненавистен был племянник с его необоримой способностью к выживанию. Однако неутолимая скорбь Давентри едва не стоила Рэндаллу жизни.

— В этом нет вашей вины, леди Давентри, — успокоил ее Рэндалл. — Но я бы наверняка умер, если бы Эштон не приехал в дом и не увез меня отсюда.

— Это было ужасное лето для всех. Я искренне сожалею о том, как здесь обошлись с вами, и очень рада, что у вас есть такой друг, как Эштон. — Графиня, набравшись решимости, повернулась к Джулии. — Леди Джулия, Давентри сказал, что вы были повитухой. Это правда?

Так вот для чего был затеян весь этот разговор! Гостеприимство леди Давентри не вызывало сомнений, но неоспорим был и личный интерес графини к Джулии как опытной повитухе.

— Это и в самом деле так. — Джулия взяла с блюда имбирное печенье, но взгляд ее был прикован к хозяйке. — Я буду рада обсудить с вами состояние вашего здоровья, но ведь у вас наверняка есть здесь свой врач?

— Сэр Ричард Крофт, считающийся лучшим врачом в Лондоне по таким делам. — Графиня раскрошила печенье между беспокойных пальцев. — У меня уже есть сыновья. От первого мужа. Я хотела еще ребенка. Вот одна из причин, почему я согласилась выйти за Давентри. Но теперь... Мне уже за сорок.