Фиктивная жена - Слава Доронина

Мужчина извлек из серого чемоданчика клей и приблизился ко мне. Положил его на стол, включил кран, вымыл руки и, не выключая воды, повернулся ко мне, аккуратно взял за руку и потянул к крану, чтобы промыть палец. Промокнул полотенцем, открыл тюбик с гелем и нанес мне легкими движениями на поврежденную поверхность. Все его движения были уверенными и слаженными, будто он каждый день занимался подобным.

— Порез не глубокий, но лучше заклеить, — отпустил меня, смотря мне в лицо внимательным взглядом. — Жить будешь.

Господи, почему желание поцеловать его никуда не исчезало а только с каждым днем становилось больше? Он засучил рукава своей рубашки, взял в руки нож и, пока я, как истукан, наблюдала за ним со стороны, принялся нарезать овощи и раскладывать их на тарелке.

— Я дорежу овощи, — сказал он невозмутимым тоном. — Постоишь рядом? — поднял вопросительный взгляд.

— Спасибо… — тихо поблагодарила я, не отводя от него глаз.

Я снова задумалась о жене Антона. Наверное, она была счастливая женщина и до последнего не хотела умирать, потому что боялась оставить его одного. Я бы точно не смогла… Но тут же вспомнила о словах Сергея и нашем разговоре в машине. Он ведь говорил о пристрастии Юли к наркотикам… А в таком состоянии люди уже многим своим настоящим желаниям не отдавили отчета, мечтая получить новую дозу кайфа.

— Нина? — он сверлил меня взглядом.

— Я… Я наверное пойду к Артёму, накрою пока на стол, — отозвалась я с преувеличенной вежливостью и равнодушием.

— Постой! — окликнул меня Антон, положил нож на разделочную доску и подошел ко мне, заглядывая в глаза. — Что то не так, — покачал головой. — Я ведь вижу. Мы договорились быть предельно честными. Ты можешь мне доверять. Что случилось? — твердым голосом спросил он.

— Все… все хорошо, — заверила я его. — Мне непривычно и тяжело в данной ситуации правильно расставлять акценты, но я справлюсь, — ушла я расплывчатыми ответами на его прямые вопросы.

Но ведь не могла же я признаться ему в том, что влюбилась в него? Как бы это все выглядело со стороны? Сказать ему: Антон, все нормально, но кажется я влюбилась в тебя и растеряла всю свою бойкость? Представляю, как бы он смеялся надо мной. Хотя этим заявлением вполне могла сократить свой срок пребывания в этом доме и рядом с этим мужчиной.

— Ладно, — он повел широкими плечами и вздохнул. — Я не хотел тебя расстраивать, но у меня есть информация о Марине…

— Да? — резко отозвалась я, а мои глаза загорелись любопытством.

Неужели сестра одумались и решила вернуться в Москву? Но только теперь я никому не уступлю своего места. И вообще я бы хотела продлить наш договор с Павловым!

— Да, Марина попала в аварию и находится в тяжёлом состоянии, — сказал Антон, а у меня опустились руки и сердце больно сжалось.

Комната будто уменьшилась в размерах, а я ощутила легкое головокружение и слабость в ногах.

— Что? — я закусила губу, а на глаза навернулись слезы.

Тело затряслось и вздох получилось сделать не сразу. Да, Маринка последнее время была так себе сестрой, но она была моим единственным близким человеком. Роднее никого у меня не осталось…

— Я узнал об этом вчера и хотел с тобой поговорить, но решил не тревожить тебя в ночь… Прогнозов врачи пока не дают, но как только можно будет ее транспортировать, я договорюсь о ее переводе в Москву. Потому как там, где она сейчас находится всего три больницы и такими сложными операциями, какая необходима ей, в этой стране не занимаются.

Господи, ведь ей сейчас требовалась моя помощь!..

— Мне нужно к ней, Антон, она совсем одна… Где она находится? Я поеду в любую точку мира. Она мой единственный близкий человек и я не могу оставить её… — Антон рассеяно скользнул по мне взглядом.

— Не все так просто, Нина, — Антон взял меня за плечи и слегка сжал их, приводя меня в чувство. Смотрел внимательным взглядом и продолжил говорить твердым и уверенным голосом: — Мои люди ведут переговоры с больницей в Сент-Китсе, это очень далеко от Москвы. Я тебя, конечно же, никуда не отпущу, тем более одну, но я обещаю, что как только ей станет лучше, она вернется в Москву и мы покажем ее хорошим врачам и специалистам, а ты сможешь ее навещать.

— С ней что-то серьезное? Антон, я… Я не знаю, как переживу, если с ней… Если она умрет, — я едва сдерживалась, чтобы не зарыдать.

— У нее поврежден позвоночник, сломана рука и обе ноги. За ней будут хорошо ухаживать. Я не могу обещать тебе, что она вернется к полноценной жизни, ей предстоит много операций по восстановлению. Это займёт не один месяц, но я уверен, что все будет хорошо и жить она точно будет.

Машина! Я вспомнила тот наш разговор, когда Павлов появился на пороге нашей квартиры — Маринка сказала, что мечтает о собственном авто. И кто бы знал, что мечтам свойственно сбываться таким вот образом…

— Я примчался домой и подумал, что тебе и в самом деле нехорошо, потому что с тобой как-то связались. Хотя, конечно, это и исключено. Но я стал параноиком… — он обнял меня и нежно погладил по спине, успокаивая. — Все будет хорошо, я обещаю.

— Вы скоро? — в дверях появился Артем, и заметив меня, едва сдерживающую слезы и серьезного Антона истолковал все по-своему. — Что-то случилось? Вы из-за меня поссорились? Я всего лишь хотел, чтобы мы все вместе поужинали и провели вечер… Простите за глупую шутку.

— Нет, ты и твоя шутка ни причем, — запинающимся голосом ответила я, когда Антон отпустил меня. — Моя хорошая подруга попала в аварию и находится в тяжелом состоянии, — я вытерла слезы и постаралась взять себя в руки.

Какие бы Марина не допустила ошибки в прошлом, она оставалась моей сестрой, моим единственным близким человеком и я не могла не переживать за нее и сложившуюся ситуацию. Павлов вышвырнет меня из своей жизни через несколько месяцев, а Марина будет со мной всегда. И я надеялась, что она не останется инвалидом, потому что это сломает ее… Да и меня тоже.

Ужин прошел спокойно, как и все до этого дня. Я старалась придать лицу беспечный вид, но тревога не отпускала меня и держала, словно в тисках. Если бы я имела возможность, то бросила бы все и полетела к сестре прямо сейчас и была с ней до самого перевода в Москву. Весь ужин я представляла, как ей сейчас было страшно и больно, и не притронулась к еде. От всех гнетущих и страшных мыслей еще паршивее на душе становилось.

— Юля, так ты не против? — раздался голос Артема. Я не сразу отозвалась, погрузившись в свои мысли.

— Что? — я подняла растерянный взгляд от тарелки.

— Антон предлагает съездить отдохнуть на несколько дней в Сент-Китс. Я еще никогда не был на Карибском море, поехали, а? Заодно отвадим его от работы и проведем время как настоящая семья?

Я перевела взгляд на Антона и не знала, что хотела сделать в первую очередь: броситься ему на шею или убежать наверх и расплакаться от счастья, чтобы никого не испугать своей истерикой и слезами. Ведь он это предложил это, чтобы я могла увидеть Марину. Правда?