Розамунда, любовница короля - Бертрис Смолл

— Я должен спросить разрешения у настоятеля главного монастыря, — пояснил старик, — но не вижу, почему бы он должен мне отказать. Спасибо, миледи Розамунда.

— Мать короля. Достопочтенная Маргарет, — покровительница многих добрых дел, особенно церковных. Я училась у нее, святой отец. Я не знатная леди и не могу сравняться с ней, но тоже способна кое на что. Думаю, мой добрый муж меня одобрит.

Оуэн улыбнулся. Он должен поговорить с Розамундой о необходимости всегда спрашивать разрешения у мужа. Хотя в этом случае он действительно с ней соглашался.

— Миледи знает мое мнение в подобных вопросах, — кивнул он, чтобы успокоить престарелого монаха.

Они провели ночь в разных помещениях и утром отправились в дорогу. Монахи накормили их сытным завтраком из овсянки, подслащенной медом и яблоками и сдобренной золотистыми сливками. Каша была подана в корках от каравая, и сидевшие за столом запивали ее яблочным сидром.

Перед этим путешественники прослушали чудесную мессу: чистые голоса монахов звенели под сводами церкви, нарушая тишину утра. Ощущение покоя не покидало их и в пути, хотя день выдался сереньким и вскоре стал накрапывать дождь. Монахи дали им в дорогу хлеб с сыром и яблоки.

Остановившись передохнуть, они поели еще в одной римской башне под шум дождя.

Розамунда сразу почувствовала, когда они перебрались из Нортумберленда в Камбрию. На родине холмы совсем другие. И воздух пахнет свежестью и чистотой.

С каждой милей ее нетерпение усиливалось, и не важно, что погода сырая и небо затянуто тучами. Она возвращается домой. В свой Фрайарсгейт! Почти год назад, покидая его, Розамунда боялась, что этот день никогда не настанет, но он настал! Сегодня она будет спать в своей постели!

И тут они достигли вершины крутого холма, за которым раскинулось ее озеро! Ее дом!

В этот момент тучи разошлись, и выглянуло солнце, рассыпая золотые лучи по всей долине.

— Мейбл! — вскрикнула Розамунда прерывающимся от счастья голосом.

— Благослови нас Господь, мое милое дитя! Бывали минуты, когда я уже не надеялась снова оказаться здесь! — призналась Мейбл, подстегивая своего мерина. — Не желаю ждать и лишней минуты, чтобы увидеть своего Эдмунда!

— Как чудесно! — вздохнул Оуэн. — Я уже почти забыл, как это чудесно, любимая.

— Это дом, — просто сказала Розамунда, — наш дом, Оуэн.

Оуэн взял ее затянутую в перчатку руку и поцеловал.

— Давай спускаться, сердце мое, ибо Мейбл наверняка успеет поднять на ноги все поместье к тому времени, когда мы туда доберемся, — засмеялся он и, выпустив ее руку, пустил лошадь в галоп. Розамунда последовала за ним.

Предсказание Оуэна сбылось. Когда они оказались у подножия холмов, окружавших Фрайарсгейт, со всех сторон уже сбегались люди, чтобы приветствовать свою госпожу. Путешественники остановили коней перед домом, и Розамунда объявила:

— Добрые жители Фрайарсгейта, я вернулась к вам со своим нареченным женихом, которого вы уже знаете. Сэр Оуэн Мередит станет вашим новым хозяином. Ожидаю, что вы, как и я, будете уважать его и повиноваться. Отец Мата благословит наш союз через неделю после того, как мы пошлем гонца в Оттерли, чтобы уведомить моего дядю.

Обитатели Фрайарсгейта ответили радостными криками и, столпившись вокруг жениха и невесты, желали долгой жизни и счастья. Войдя в дом, Розамунда, раскрасневшаяся от волнения, обняла Эдмунда. Тот поздравил обрученных.

— Генри вряд ли будет доволен, — ехидно улыбнулся он;

— Завтра же пошли к нему гонца, — велела Розамунда. Пора покончить с его происками навсегда. На этот раз я стану женой по всем правилам, а не только по имени.

И она счастливо рассмеялась.