Чайлдфри - Тала Тоцка

— У вашего мужа сейчас сложный период в бизнесе, он опасается за вашу безопасность, поэтому распорядился, чтобы его семья побыла здесь пока не будут готовы документы, — объяснил Павел. — Это недолго, потерпите, Катя, очень скоро вы улетите в Испанию.

— Павел, скажите, мой муж бандит? — остановила она его словесные извержения.

— С чего вы взяли? — изумление Павла было неподдельным.

— Потому что это не просто дом в сосновом лесу, я же не слепая, это строение вполне способно выдержать небольшую войну. Так кто же мой муж?

— Александр Арсентьевич бизнесмен, это его загородный дом, — с достоинством ответил Павел, изо всех сил стараясь сохранить лицо, и Катя милосердно умолкла.

Что ж, пусть думают, что им удалось ввести ее в заблуждение. Дом походил на загородный примерно как сам Павел на президента Соединеных Штатов, что уж говорить о его обитателях! Каждый раз, глядя на проходящую мимо гору мышц, в голове начинала крутиться знакомая строчка: «Все равны как на подбор…», роль дядьки Черномора отводилась ее старому знакомому Алексею.

Она бы голову дала на отсечение, что это тренировочная база, укрытая подальше от любопытных глаз и надежно охраняемая. Здесь из женщин она была единственная, даже поваром был мужик, как в армии. Но в Катиной голове у окружающих ее мужчин явной нужды не было, так что пришлось умные мысли держать при себе.

Мобильный телефон у нее отобрали сразу, выдав взамен кнопочный, но позвонить разрешили только маме, с подругами она в последнее время созванивалась достаточно редко, а с бывшей работы ее вообще не беспокоили. Маме пришлось наплести с три короба, что она уезжает с малышней по горящей путевке от местных властей. Врать было стыдно, но рассказывать правду по телефону просто опасно. Павел обещал, что постарается устроить встречу им перед отъездом, и пока причин не доверять ему у Кати не было.

Она решила еще раз проведать детей перед сном, но только вошла, сразу почувствовала неладное. Ваня дышал часто, громко, Катя приложила ладонь к пылающему лобику и чуть не расплакалась — она по-прежнему чувствовала себя беспомощной перед детскими болезнями и так и не успела к ним привыкнуть. У Матвея температура тоже явно была повышена, ее руки затряслись, ноги задрожали, она с трудом совладала с собой и бегом выбежала из «квартиры».

— Пожалуйста, доктора, мне нужен доктор, — вцепилась в руку первого попавшегося встречного.

— Успокойтесь, Ектерина Дмитриевна, — крепкие пальцы обвили запястье, и почему-то стало легче, — что случилось?

Мужчина явно встревожился, и у Кати немного отлегло от сердца — похоже, статус жены хозяина для этих цепных псов в самом деле что-то да значит, вон как он перепугался.

— Дети… У них температура, — сбивчиво начала объяснять было парню, но тут ее аккуратно освободили железные тиски и легонько подтолкнули обратно к двери в «квартиру».

— Идите к детям и не волнуйтесь, доктор сейчас будет.

— Нужно вызвать скорую, — не унималась Катя, — а мы же за городом, пока они доедут…

— На вертолете привезем, — вдруг улыбнулся мужчина, а потом снова взял ее за руку. — Сказал же вам, не волнуйтесь, у нас есть свой доктор.

— Но мне нужен педиатр! — продолжала протестовать Катя, но тот только головой мотнул и ушел.

Доктор прибыл незамедлительно, Катя успела только измерить температуру и достала жаропонижающее. Мальчики проснулись, Ваня хныкал, Матвей тер кулачками глаза, но Борис, так звали доктора, принялся что-то плести им о больных ежиках, которых ему срочно нужно лечить, а он не может уйти, пока дети не выпьют лекарство. Сработало безотказно, малыши у Кати были добрые, ежиков пожалели и лекарство выпили.

— Вирус, ничего серьезного, — сказал успокаивающе Борис трясущейся Кате, — будем принимать противовирусное, полоскать горло и мыть носы. И все будет хорошо.

Она снова чуть не расплакалась, на этот раз из благодарности.

— Вы отсыпайтесь, я с ними посижу, — предложил Борис, но она решительно отказалась.

— Что вы, я все равно не усну. Лучше вы отдохните.

— Если температура не упадет, зовите, сделаем инъекцию.

Доктор ушел, но теперь ей совсем не было покоя. Без конца кто-то из обитателей базы заглядывал, справлялся о здоровье малышей и предлагал помощь.

— Мы связались с Александром Арсентьевичем, он очень волнуется и просил вам передать, он очень сожалеет, что далеко и не может помочь с ребятней, так что пользуйте нас, Екатерина Дмитриевна, и в хвост, и в гриву, — пытался веселить ее рыжий веснушчатый Женька, но Катя взмолилась чтобы ее оставили в покое и пообещала в случае чего позвать на помощь. К счастью, это сработало и паломничество прекратилось.

Она так и просидела возле детей всю ночь, малыши куксились, капризничали, температура долго не падала, но и не поднималась. Она мерила ее каждые пятнадцать минут, протирала влажным полотенцем горячие ладошки и подмышки. Уснули под утро все втроем, дети в кроватях, Катя — свернувшись клубком в ногах у Ваньки.

Разбудил Борис, осторожно прикоснувшись к ее плечу. Катя подняла голову, растерянно моргнула, и вдруг комната качнулась и поплыла. Борис тряс ее за плечо, беззвучно шевеля губами, а она только успела подумать, почему доктор стал таким безголосым, как комната погрузилась во мрак.