Мы невозможны… - Алла Полански

комок в горле никак не желал проваливаться. — Я немного перенервничала…

Все прошли в гостиную и уютно расположились, кто на диванах и креслах, а кто просто на полу. Андрей как всегда сел на ковре с Марком, ничуть не стесняясь гостьи. Он что-то весело рассказывал ему по-немецки и тот хохотал.

В гостиной шла оживлённая беседа. Иван и Мария засыпали Екатерину вопросами о моём детстве, и та охотно отвечала. Я сидела, вжавшись в кресло, рядом с Ником, с идиотской приклеенной улыбкой на губах, и согласно кивала в ответ.

— А ещё помню, как Сергей первый раз повел Веронику на речку. Она не умела плавать и вопила, как резанная, когда тот затащил её в воду по пояс, — рассказывала Екатерина.

Все смеялись над её рассказами, и в комнате царила тёплая душевная обстановка.

— А в вашей семье большой доход? — поинтересовался вдруг Андрей.

Я напряглась и вцепилась рукой в подлокотник кресла.

— Андрей, ну что за вопросы! — Иван Фёдорович возмутился.

— А что? — Андрей сделал невинные глаза. — По-моему, это вполне нормальный вопрос.

— Всё в порядке, — Екатерина улыбнулась Ивану и перевела взгляд на Андрея, понимая, что в этой семье сейчас самый чуткий на подвох именно он. — Вполне нормальный доход. Сергей присылает деньги, у Ники неплохой заработок, да и я ещё работаю. Вполне хватает на хорошую жизнь.

— И никаких долгов, кредитов? — гнул свою линию Андрей.

— Так! Это переходит всякие границы! — теперь за Екатерину вступился Николас. — Чего ты пристал?

— Просто так спрашиваю, ради интереса.

Но я понимала, что Андрей никогда «просто так» ничего не спрашивает. Что у него на уме? Неужели что-то подозревает?

— Никаких, — улыбнулась Екатерина. — Среднестатистическая семья.

— Угу, — Андрей как-то зло хмыкнул и странно посмотрел на меня. Так он смотрел первые дни, когда мы совсем не были знакомы, и во всём подозревал. — Очень интересный рассказ.

Я съёжилась под этим взглядом. От его тёплых, иногда ершистых глаз, исходило нечто иное, это была злость. Старалась успокоить себя: “Перестань себя накручивать! Он ничего не знает!”. Но это трудно сделать, особенно если тебя пронизывают насквозь, выворачивая всё, что есть внутри, до последней тайны.

Он весь вечер прообнимался с Лилией, всем своим видом показывая, что безумно счастлив, от чего у меня разрывалось сердце, и потому назло ему теснее прижималась к Нику, от чего делала себе только хуже.

— А как же Сергей, неужели он не приедет? — спросила Мария.

— Не знаем ещё, — пожала плечами Екатерина. — Он не звонил. Видимо, не вернулся из плавания.

— И что же, Вы совсем не волнуетесь за сына, где он, что с ним? — спросил отец Николаса.

— Почему — не волнуюсь? — удивилась Екатерина. — Конечно же, волнуюсь, как любая мать, но он выбрал свой путь, пусть и опасный.

— Вы не слишком-то близки с сыном… — усмехнулся Андрей.

— Да, есть такое, — согласилась Екатерина. — Он всегда был замкнутым ребёнком, таков уж его характер, но я его люблю, какой бы он ни был.

Я восхищалась ответами Екатерины и была благодарна ей за них. Она будто действительно вжилась в роль матери и поняла все наши проблемы.

— Нам, пожалуй, пора — хотим прогуляться по ночному городу, — Андрей поднялся с ковра и помог Лилии подняться с кресла.

Я бросила испепеляющий взгляд на соперницу. Её довольное личико выводило меня из себя. Ревность ножом разрезала сердце и подпитывалась ещё большей болью от довольного наигранного вида Андрея. Неужели он действительно счастлив или так умело притворяется?

— Конечно, идите. Вы так чудесно смотритесь, милый! — сразу было видно, что Лилия Марии нравилась, чего не скажешь о Маргарите, которая фыркнула на это утверждение.

Андрей бросил на сестру возмущённый взгляд, который говорил ей, чтобы она своё мнение держала при себе. Все вышли проводить их, а я осталась сидеть на месте, сложив руки на коленях.

— Пошли, иначе тебя не поймут, — прошипела мне Екатерина, поднимаясь с дивана. — Прекращай выдавать свои истинные чувства, они у тебя на лице написаны. Я уверена, что будь твоя воля, ты бы сейчас размазала Лилию по стене.

Я нехотя поднялась и прошла вместе с ней в холл.

— Было очень приятно познакомиться, увидимся завтра на приёме, — улыбнулся Андрей.

— Взаимно, — Екатерина кивнула в ответ.

— Ну, что ж, всем до завтра, — он улыбнулся и на миг поймал мой грустный взгляд. Он было открыл рот, чтобы сказать что-то колкое и едкое, но промолчал.

Все попрощались. Когда за ними закрылась дверь, я почувствовала такой упадок сил, словно меня били всю неделю. Это всё нервы. Скорее бы это всё закончилось.

— Может быть, тоже погуляем перед сном?.. — тихо прошептала Николасу и добавила: — Я соскучилась по нашему уединению.

— Конечно, милая, с удовольствием. А родители как раз поболтают между собой, — улыбнулся он. — Мам, мы тоже уходим! — прокричал он в гостиную.

— Так быстро? — Мария уже спешила к ним.

— Просто тоже решили погулять немного.

***

Мы, держась за руки, шли по парку, освещённому яркими гирляндами и красивыми старинными фонарями. Даже ночным временем суток это было трудно назвать, потому что людей прогуливалось довольно много.

Я была погружена в свои мысли: боялась завтрашнего дня, боялась журналистов, сующих нос вовсе не в свои дела, боялась Анны, которая что-то задумала, боялась Андрея, который смотрел на меня как-то иначе, в его взгляде читалось явное недоверие.

— Почему ты молчишь? — спросил Николас, останавливаясь под тенью дерева и разворачивая меня к себе.

— Мне страшно, — призналась я.

— От чего? — удивился Ник.

— Я очень боюсь завтрашнего дня: а вдруг что-то случится, и я опять всё испорчу… — прошептала в ответ, опустив глаза.

— Ты никогда ничего не портишь, не говори больше так, — успокоил меня он. — Ты чудесно со всем справляешься, и ты научилась вести себя на мероприятиях, хотя была совершенно далека от этого, — он нежно коснулся губами моего лба и прижал к себе.

— С тобой так спокойно и надёжно, — вздохнула я. — Ты такой хороший.

Николас тихо рассмеялся:

— Спасибо.

— Скажи, — вдруг спросила его я, пряча лицо на его груди, — что бы ты сделал, если вдруг узнал, что я тебя обманула?

Николас задумчиво замолчал.

— Не знаю, — честно признался он. — Смотря в чём…

Я тихо вздохнула. Похоже, что Ник не сумеет снять с моей души хоть немного груза.