Я люблю Нью-Йорк - Линдси Келк

Его поцелуи так возбуждали, что я потрясла головой, чтобы волосы упали туда, где только что были его губы.

— Можно спросить тебя кое о чем? — поинтересовался он, нежно поворачивая меня к себе. Я смотрела вдаль, избегая его взгляда, но кивнула. — Почему ты заплакала, когда увидела картину?

— Наверное, потому, что она очень трогательная, — предположила я, хотя толком не могла этого объяснить.

— Да, глядя на нее, чувствуешь, как разрывается сердце, но я никогда не видел, чтобы кто-то так реагировал. А я ведь часто хожу смотреть на нее, — сказал он. Алекс выглядел так, словно его это действительно волновало. — Знаешь, можешь поговорить со мной об этом. Не хочу, чтобы ты думала, будто нельзя этого делать из-за всех этих тупых правил, которым учила тебя подруга.

— Дело не в этом. — Я покачала головой. — Проблема в другом, в том, что случилось дома. Собственно, теперь у меня нет дома.

— Не хочешь объяснить подробнее?

Он положил руку мне на плечо, видимо, желая меня успокоить. Я стряхнула его руку и повернулась лицом к городу. Вот оно, подумала я, сейчас последует история о большом грязном разрыве.

— Я хороший слушатель, особенно для парня.

— Ладно. Я расскажу тебе все, а потом, когда закончишь смеяться, можешь идти, — сказала я, обхватив голову руками и глубоко вздохнув.

Алекс облокотился на перила рядом со мной. Глядя прямо перед собой, я на одном дыхании выложила ему все. На этот раз рассказ прозвучал не смешно и даже не смело, в нем слышалась только грусть. А ведь мне казалось, что со временем вспоминать об этом станет легче, а не сложнее. Закончив говорить, я наконец собралась с духом и подняла на него глаза. Алекс не смеялся и не плакал, конечно, он просто смотрел на меня.

— Так думаешь, ты единственная на свете, кто может похвастаться страшной историей о расставании? — спросил он, приподняв брови. — Это нормально, что у тебя есть прошлое, знаешь, если это недавнее прошлое. Серьезно, очень много людей свято верят в эти дебильные правила. Мне ненавистна сама мысль о том, что ты думала, будто не можешь мне этого рассказать.

— Суть не в этом. Я, как бы это объяснить... думала, что могла бы тебе рассказать. Если бы хотела. Но я не желаю больше оставаться тем же человеком. И не думаю, что мне нравилась девушка, которой я была. К тому же не хотела быть ею рядом с тобой. И не хочу сейчас. — Я не добавила «когда я рядом с тобой», хотя мне очень хотелось. — Сейчас мне нравится тот человек, которым я стала.

— И мне тоже. — Алекс погладил мою щеку и вытер пару слезинок, которые незаметно выкатились из моих глаз. — И я понимаю, что ты чувствуешь. Не только с тобой происходило нечто ужасное, и не только ты переживала потери, поверь.

— Я уехала из той чертовой страны, — сказала я, яростно вытирая слезы теперь уже сама. И почему они все текли и текли? — Чем больше я об этом думаю, тем более убогим мне это кажется. Не могу поверить, что это было со мной.

— Может, сегодня все произошло бы иначе, — предположил он. — Кто знает? И раз уж мы делимся самым сокровенным, то я могу побить твою «убогую» историю о расставании в два счета.

— Не верю, — сказала я, пытаясь изобразить хоть слабую улыбку. — Что может быть трагичнее, чем побег?

— Думаю, лучше тебе об этом не знать, — усмехнулся Алекс.

— Давай уж, хулиган.

— Ну ладно, раз уж мы делимся самым сокровенным, только имей в виду: это нарушает все правила твоих подруг.

— Можешь не рассказывать, если не хочешь, — поспешно сказала я.

У меня возникло чувство, что на вамом деле я не хочу выслушивать его историю.

— Ты поймала своего бойфренда на измене, так? — спросил он. Я кивнула. — Так вот я тоже поймал свою девушку. С моим лучшим другом. В моей постели.

— Это ужасно, — сказала я. Он казался таким грустным. — Ну вряд ли тебя можно винить в том, что ты слишком бурно на это отреагировал?

— Очевидно, их связь длилась несколько месяцев, — добавил он, теперь пришла его очередь созерцать крыши домов. — Они встречались, как заявили, то и дело. Излишне говорить, что я этому не порадовался.

— И что произошло? — Я недоумевала, что же он мог сделать, раз до сих пор так мучается. — Ты его ударил?

— Да, но это можно было предвидеть, — просто ответил он. — Самое плохое в том, что они навредили мне вдвое меньше, чем я сам. — Алекс глубоко вздохнул. — Но прежде чем перейти к этому, я хочу сказать, что делал это раньше. И не делаю теперь.

Я осторожно кивнула.

— Можешь не рассказывать, если тебе не хочется, — повторила я, искренне желая, чтобы он прислушался ко мне и не поведал нечто страшное, после чего представится мне совершенно в ином свете. А ведь до этого он казался почти идеальным.

— Они перестали встречаться после того, как я узнал обо всем. Она много раз говорила, что ошиблась и хочет вернуться, что нам стоит все обсудить, но я не мог согласиться с этим. Я был... как это сказать... наверное, мне просто разбили сердце, но плюс ко всему мне мешала уязвленная мужская гордость. Понимаешь, о чем я? Поэтому вместо того, чтобы встретиться с ней, как обещал, я отправился в загул с парнями, снял девочку и пару часов не вспоминал об их обмане.

— Здесь нет ничего плохого, — сказала я, гоня прочь чувство ревности, ведь я не имела к этому никакого отношения. Интересно, как она выглядела? — Это была просто депрессия, верно?

— Дай мне закончить, дальше все еще хуже. — Он попытался улыбнуться, но у него плохо получилось. — После первой ночи мне стало легче выбираться куда-то каждый вечер, снимать девочек и просто забывать обо всем. Я вроде бы убедил себя, что таким образом компенсирую потерянное время, причем довольно быстро.

— О?

Я в самом деле не могла подобрать слов, которые бы сложились в нормальное предложение. И этот человек не захотел подняться ко мне в квартиру? Здесь дело не в тебе! — напомнил внутренний голос.

— Ты хотел, чтобы она ревновала?

— Да, только на каком-то этапе я перестал ощущать опустошенность и просто превратился в полного козла. Знаю, это звучит как клише, но эйфории я и правда не испытывал. — Он замолчал, впившись зубами в без того уже покусанный ноготь — Утром ничего не менялось. Я оставался все тем же парнем, которому изменили, только теперь я был не лучше ее.

— Но зачем ты продолжал... то есть зачем было делать это, если ты не чувствовал себя счастливым? — спросила я.

Сегодня мое воображение уже явно перетрудилось и отказывалось работать дальше.

— Я не знал, что еще делать, — объяснил Алекс. — И потом я вроде как понял: наконец встретил человека, из-за которого мне захочется остановиться. Я познакомился с тобой.

— О... — Я отпустила его руку. Это сбило меня с толку. — Но когда я пригласила тебя подняться, ты ведь отказался.