Во власти тирана - Юлия Бузакина

— О, как же я ее не люблю! — фыркнула Даяна, когда после ужина Денис отъехал обратно в отель, поговорить с Ларисой. Его отец вызвался поехать вместе с ним, ему очень хотелось увидеть внука.

«Пока этой вертихвостке не взбрело в голову собраться посреди ночи и снова увезти от нас мальчика», — буркнул он.

Я села за стол на кухне и вздохнула. К горлу подкатился ком. Весь день сдерживалась, а сейчас что-то расклеилась.

— Ты какой чай пить будешь, Оль? Черный или зеленый? — посмотрела на меня Даяна.

— Черный.

Она бодро кивнула и принялась доставать из буфета чашки.

— Я ведь так радовалась, что у нас все хорошо. Что свадьба скоро, что у меня задержка, и может, появится то, что я так хотела всю жизнь… ребенок… а теперь…

— Стоп. У тебя задержка? — зависла возле чайника Даяна.

— Небольшая. Всего два дня.

— А тест делала?

— Нет. Не хочу. Рано еще.

— И Денису не говорила? — приподняла бровь она.

— Нет, не говорила. Я даже думать об этом боюсь, не то, что говорить. Потому что если снова ничего не будет, я расстроюсь…

Закрыла лицо руками и втянула грудью воздух. Только не плакать.

— Оль, послушай… — села рядом со мной за стол Даяна. — Лариса – она, как цунами. Никогда головой не думает, только языком мелет ерунду. У Дениса с ней быть ничего не может, ты не волнуйся. Он ее и не любил никогда по-настоящему. Так получилось – ребенок, поженились, не сошлись характерами и разбежались. Единственное – она может деньги из него тянуть. Но я думаю, Денис большой мальчик. Разберется.

— Наверное, — понуро кивнула я.

— Ты же знала, что у него сын есть, Оль. Он про него всегда будет думать.

— Знала, да. Только когда без предупреждения приезжают, и гадости за спиной говорят, это почву из-под ног выбивает.

— Держись. И помни, в жизни Дениса хозяйка ты. Не Лариса.

Чай пили молча. Думать не хотелось.

Денис и его отец вернулись около одиннадцати вечера. Я уже успела задремать наверху в обнимку с Рокси.

Казанцев свет в спальне включать не стал. Быстро принял душ и забрался в постель.

— Оль, спишь? — притягивая меня к себе, зашептал он.

— Уже нет, — повернулась к нему лицом. — Как съездили?

— Не хочет она сына на лето у нас оставлять, — глухо сообщил Казанцев. — Уперлась, как баран рогом. Ты была права, денег у нее действительно нет. В кредит билеты на самолет покупала на себя и Антошку.

— И что теперь?

— Попробую ее уговорить еще раз через пару дней.

— Денис, а если она согласится, как мы будем дальше? Втроем? Ребенку ведь время нужно. И внимание.

Казанцев не ответил. Просто прижимал меня к себе, гладил по спине и растерянно смотрел в потолок.

— Я про твои чувства не подумал, да? — наконец произнес он. — Не спросил, готова ли ты накануне свадьбы взять в дом моего сына?

— Ну… да, мне не очень легко сейчас. Если бы нас предупредили заранее, было бы проще. Да и Лариса могла бы вести себя со мной хоть чуточку уважительнее. Я лично ей ничего не сделала.

— Прости. Я виноват перед тобой. А знаешь, почему она себя так ведет? Ей Марина Сергеевна сердобольное письмо о нас с тобой написала. Со всеми характеристиками, на которые способна.

— Я так и знала, что без нее не обошлось.

— Уволю ее завтра к чертовой матери. Хватит с меня добрых дел. Надо было вместе с Ангелиной ее из отеля выгнать. Пожалел, оставил. И вот, пожалуйста.

Я вздохнула и повернулась на бок. Так удобнее спать.

— Знаешь, а у меня задержка. Уже два дня, как все возможные сроки вышли, — сорвалось с языка.

— Постой… как, задержка? И ты молчишь? — откинув одеяло, навис надо мной в темноте Казанцев.

— Ну, я до конца еще не уверена, что это беременность.

— А тест? Не делала?

— Нет еще.

— Если завтра результат будет держаться, я тебе сам тест куплю.

— Ладно…

Он привлек меня к себе, и я улыбнулась. В его объятиях стало спокойно. Страхи постепенно рассеивались. Даже если его сын погостит у нас до конца лета, что в этом плохого?

— День, ты уговори ее Антошку оставить. Я постараюсь с ним подружиться. Правда. Я растерялась просто сегодня. Не каждый день ребенка привозят без предупреждения.

— Я тоже растерялся, Оля. Как последний болван себя чувствую. Она крутит, вертит, на эмоциях играет, и правду не говорит. Еле вытянули из нее истинную причину приезда. А причина банальна. У нее закончились деньги.

— Так дай ей денег, и пусть в Москву возвращается. А Антошку у нас оставит.

— Эх, если бы оно так легко было, Оля… Ладно, спать давай. А то слишком много переживаний для одного дня.

— Давай…

Только как мы не пытались заснуть, ничего не получалось. До самого рассвета так и ворочались с боку на бок. Где-то вдалеке проснулись чайки. Ветер занес в окно прохладу, и только тогда я заснула, забравшись под бок к Денису.