Хулиганка под прикрытием - Елена Рейн

– Давай, девочка, просыпайся. Я тебе еще не все высказал, – хрипел Макаров, прижимая к себе, а потом подхватил на руки и куда-то понес.

Попыталась увидеть его лицо, но не получилось. Закрыла глаза и отключилась.

* * *

Сергей

Палатку потряхивало в разные стороны. Уложив в спальный мешок девушку, начал быстро снимать мокрые вещи, стараясь действовать быстро и осторожно. Рана ужасала, поэтому, как только укрыл ее, и немного отогрел, сбегал за аптечкой к катеру и осторожно начал обрабатывать пораженный участок: обмывать, заливать перекисью и оказывать первую помощь. Перевязав, с недовольством заметил, что Наташа дрожит. Крупная дрожь, охватившая девушку, выбивала из колеи. Я готов был рычать и выть, не зная, что еще сделать. Лихорадочно начал растирать руки, ноги, обдумывая, сколько она пробыла в воде. Вернуться в гостиницу не мог: в такой шторм это было подобно самоубийству, и не факт, что Наташа переживет дорогу. Я очень сильно опасался за ее жизнь, как никогда за свою. Глянув на мокрые тряпки девушки, развесил вещи на веревку. Площадь палатки, которую благополучно оставили наемники, радовала размерами и удобством. Понимая, что этого недостаточно, полностью разделся и лег рядом, осторожно прижимая к себе, согревая своим теплом.

Надеялся на чудо, верил, бормоча вслух свои надежды. Только от одной мысли – что она может умереть, у меня сжималось сердце и бросало то в холод, то в жар, как наркомана после кодировки.

Черт, непослушная девчонка! Ничего… поправится – прикую к себе, чтобы не смоталась больше.

– Мама… Мамочка, вернись, – прохрипела она, дрожа всем телом.

Притронулся ко лбу – горячая. Бредила. Таблетка еще не подействовала.

Еще сильнее прижал ее нежное, дрожащее тело, и в волосы прошептал:

– Наташка, держись. Держись, сумасшедшая девчонка! Не смей сваливать, пока я тебе все не высказал. А ты поверь, мне есть, что тебе сказать. Ты еще как минимум… должна выйти за меня замуж и родить двоих сыновей.

Понимая, что в таком состоянии она не ответит, вздохнул и укрыл пледом. Все мысли только об одном – согреть, чтобы отошла. Когда у нее на мгновение остановилось дыхание, в шоке застыл на месте, не в силах пошевелиться. Как умалишенный с ужасом смотрел на синие губы, а потом с яростью, бешеным отчаянием начал трясти и целовать лицо, вдалбливая в свое тело с такой силой, что боялся за то, что причиню ей боль. Никогда не думал, что могу так переживать, а тут разрывало на части от мысли, что она может не проснуться.

Не спал, растирал и растирал руки, ноги, не отпуская от себя. Когда она перестала дрожать, немного пришел в себя. Позволил себе успокоиться и подумать.

На острове связи не было, поэтому не стоило даже пробовать пытаться звонить. Как только погода успокоится, рванем на остров, и тогда уже все вопросы будем решать. А сейчас важно одно – вылечить девчонку, которая за неделю покорила мое сердце. Не загадывал и не думал, зная, что с ней этого не получится, но отпускать не собирался. Тем более на тот свет.

* * *

Открыла глаза, тут же жмурясь от яркого света. Повела ногой и скривилась от боли. Не так чтобы сильно, но чувствовался дискомфорт.

Где я?

Стоять… Если болит, значит, живая. И это хорошо. Даже замечательно!

Лишь один вопрос кружился в голове – как? Сосредоточилась, но вот помнила урывками. Огляделась по сторонам. Была в просторной комнате с удобствами. Свежий чистый воздух успокаивал тело. Я лежала в удобной кровати, напротив, на стене красовался большой телевизор, в стороне – диван с креслами и столик. Палата-люкс, если правильно поняла. В России таких удобств даже в фильмах не видела.

Ощущая тяжесть в руке, обратила внимание на иголку – капали систему. Пошевелила пальцами, давая себе ощутить, что живая, но, вероятно, сильнее дернулась, чем следовало, потому как услышала громкий голос:

– Лежи спокойно, красавица.

Удивительно, что от испуга не стала заикаться. Видно, рефлексы еще спят. Какой громкий! Глянула в сторону балкона, где за белоснежной шторкой стоял мужчина, вызывающий кучу эмоций даже в моем плачевном состоянии. Улыбнулась ему, себе, новому дню и с возмущением протянула:

– Я тебя не вижу.

– А сейчас? – произнес Сергей и вышел вперед. Весь такой сексуальный в голубой рубашке и белых брюках. Красавчик. Он весело наблюдал за моим восторженным разглядыванием, а потом вновь напомнил о себе: – Ты как?

– В тепле, – выдохнула, моментально вспоминая, как было холодно, а потом закусила губу и прошептала: – Спасибо. Ты меня спас. Я уже думала все – конец моим девичьим надеждам.

– Я бы тебя так просто не отпустил.

– Правда? – счастливо уточнила, чувствуя себя от этих слов как никогда хорошо.

– Ты мне свидание должна, – серьезно заявил Макаров, приближаясь, останавливаясь у кресла, внимательно сканируя лицо.

– Как хорошо, оказывается, быть тебе должной, – весело заметила, не переставая улыбаться, пока не вспомнила про сестру и ее жениха. Мрази. Скривилась и уточнила: – Как там поживает моя… вероломная сестричка? Не утонула, случайно, когда назад возвращалась?

– Вынужден тебя огорчить, но нет. Она с моим братом вчера утром вернулась в столицу.

– В целости и сохранности? – с возмущением уточнила. Нет, ну почему такая несправедливость? Я главное там… в яме бултыхалась, а она улетела? Совсем уже что ли? Мир сошел с ума?! Вот, значит, как торжествует справедливость?! Хоть аллигатора покупай и в бассейн его кидай к ней. Да уж, какие кровожадные мысли.

– Печально, но да.

– Приеду, подам на эту тварь в суд. Если нет, куплю маленького аллигатора ей в подарок.

Он усмехнулся, отмечая мой замечательный юмор, и сложил руки на груди.

– Хорошо бы, если в суд, но думаю, все куда сложнее.

– Если бы не ты, я там загнулась, – пробурчала, чувствуя, как меня начинает трясти от обиды. Неужели их не накажут? Посмотрела на Сергея и скривилась. Слишком он напряжен. Я чего-то не знаю?

– Естественно, так что жду награду, – Макаров задумался, очевидно, обдумывая варианты моей особой благодарности. Вдруг он хищно оскалился и довольно заявил: – Можешь ближайшие пятьдесят лет готовить мне завтраки, обеды и ужины, воспитывать моих детей и спать со мной.

Рот открылся от изумления. Не могла моргнуть, поражаясь бурной фантазии некоторых. Все же какой он скромный! Поразительно, что депутатом не работает.

Пока приходила в себя, мужчина оказался рядом. Осторожно приподняв за талию, помог сесть. Голова на секунду закружилась, но я быстро пришла в себя.

– Говоришь загадками, – миленько пропела, радуясь, что я мастер уходить от опасных тем. – Кстати, сих пор не пойму, зачем это все?

– Оказывается, у тебя есть очень властная бабушка. И именно ее пожелание, видеть тебя, спровоцировало Ирину.