В суете прошлых дней - Екатерина Риз

После этого вопроса я показалась себе безумно жалкой. Настолько, что во рту появился привкус горечи. Я поморщилась, поняла, что больше не могу сидеть здесь, смотреть на Павла, продолжать вести с ним беседу. Якобы вежливую. И, поддавшись минутному порыву, взяла свою сумку и поднялась из-за стола.

– Ты куда? – удивился Зотов. А я молча направилась к выходу из зала.

Хотелось домой и плакать.

– Юля, стой.

Павел догнал меня уже на улице. Схватил за руку, остановил, заставил повернуться к нему. Я повернулась, но он говорить не спешил. Стоял и смотрел на меня. Мне показалось, что он попросту не знает, что сказать. В конце концов, проговорил:

– Давай прогуляемся.

Возвращение в пустую квартиру, к невеселым мыслям, меня, признаться, здорово пугало. Я уже не раз всё это переживала, и знала, насколько мне будет тяжело. Я сомневалась, стоит ли мне идти с Павлом куда-либо, не хотелось отвечать на вопросы, которые он мне, несомненно, решит задать, но в то же время, рядом со мной будет живой человек. Раньше рядом был Олег, который вопросов не задавал, да я ему особо ничего и не рассказывала, хотя он и был в курсе моей ситуации, но он был рядом, и я не чувствовала себя одиноко. Метелкина рядом давно не было, и я стала замечать, что временами одиночество меня гнетет, особенно, в те моменты, когда хочется прижаться к кому-нибудь и выговориться, пожаловаться. В последние месяцы жаловаться мне было некому, и я устала, будто заклинание повторять себе, что я сильная. Правильно Алена говорит: какой бы сильной и самостоятельной женщина не была, порой ей нужен рядом мужчина, который скажет ей, что он сильнее неё. Даже если и соврет при этом.

От Павла я отвернулась, но в бега не пустилась, просто пошла по улице чуть впереди него. Он поотстал от меня на шаг, молчал и шёл следом. Я знала, что он не знает, что сказать и как себя вести. Я даже порывалась объяснить ему, что ни к чему оказывать мне поддержку и держать за руку. Фигурально выражаясь. Что я взрослая девочка, сама справлюсь, не впервой. Но молчала. Он шёл следом за мной, смотрел на мой затылок, а я молчала, не прогоняла его.

Почему-то.

– Он тебя о чем-то просил? – задала я вопрос. Он сам сорвался с моего языка.

– Вася? – переспросил Зотов.

Я кинула осторожный взгляд в его сторону, поняла, что он идет совсем рядом, в нескольких сантиметрах от меня, вышагивает неспешно, сунув руки в карманы брюк.

– В каком смысле, просил?

– В прямом. Он просил тебя познакомиться со мной?

Пауза, после чего Павел хмыкнул.

– Глупости, Юля. Откуда он мог знать, что мы встретимся? У нас огромный город.

Я лишь плечами пожала. Я бы ничему не удивилась, если честно.

– Для чего Ваське, вообще, просить кого-то с тобой познакомиться? – Кажется, Зотов был по-настоящему удивлен.

– Лизе скоро десять лет, – сказала я.

– И что?

У меня вырвался раздраженный вздох.

– По закону, она сможет сама выбирать, с кем из родителей ей жить.

Павел сдвинул брови.

– Всё равно не понимаю.

Я на него посмотрела.

– После этого мне не будет смысла за неё бороться. Мне все адвокаты об этом твердят. Она меня не знает. Я не уверена, что она, вообще, знает о моём существовании. – Я шагала вперед, делала шаг за шагом, вслушивалась в стук своих каблуков по асфальту. – Наверное, я должна радоваться, что у моей дочери… полная семья. Её любят, её балуют, ей ни в чем не отказывают. У неё даже мама есть. Но это не я.

Павел некоторое время обдумывал мои слова. После чего осторожно заметил:

– Это, должно быть, очень тяжело. И обидно.

Я кивнула.

– Очень тяжело. И очень обидно.

– А при чем здесь наше знакомство?

– Вася однажды уже сыграл со мной такую шутку. Каждый раз, когда я подаю иск на восстановление в родительских правах, всплывает что-то непотребное в моей биографии. Что-то новое, что никак нельзя привносить в жизнь ребенка.

– Что ты имеешь в виду?

Я развела руками.

– Мой образ жизни, моё финансовое благополучие… Мужчина. Что угодно.

Павел недоверчиво усмехнулся.

– И ты хочешь сказать, что он попросил меня с тобой познакомиться, чтобы… выиграть суд?

Я снова глянула на Зотова, кинула на того испытывающий взгляд.

– Всё сложилось очень удачно, ты не находишь? Ночной клуб, я несколько нетрезва. Незнакомый мужчина, с которым я уезжаю… с понятными намерениями. Я не удивилась бы, если бы всё оказалось подстроено.

– Когда ты об этом говоришь, возможно, я и склонен согласиться. На самом деле, всё сложилось весьма, как ты говоришь, удачно. Правда, не для тебя. Но, милая, это характеризует меня, как последнюю сволочь. А я всё ещё живу надеждой, что это не так. По крайней мере, я не совсем пропащий вариант.

Я шла и напряжённо смотрела себе под ноги. А своему провожатому сказала:

– Хотелось бы в это верить.

Мы помолчали, я в какой-то момент задумалась о том, куда мы с Зотовым направляемся. Увидела аллею сквера впереди, и направилась туда.