Украсть право первой ночи - Наталья Александровна Сапункова

Такого Мариса ещё не видела. У этого… с разумом что-то? Поглупел внезапно? А не прикидывается?

– Пойдем, – кивнула она.

Хотела подать ему руку, но быстро убрала за спину – что-то не верилось.

– Пойдем, – повторила. – Там пирожок. Даже два, если хочешь. Иди!

Поворачиваться к нему спиной тоже не хотела. Хотя этот увалень очень ужа правдиво дурачка изображал, и её защита подобного ещё не вытворяла. Хотя, надо сказать, на неё и разбойники в лесу до сих пор не нападали. Случалось всякое, но не слишком опасное…

Однако с каждым шагом Мариса всё больше убеждалась – так и есть, крепкий сильный мужчина разом превратился в дурачка. Хоть не навсегда? А то даже жаль его такого…

Так они и доковыляли до полянки, где ждал совсем обалдевший рыжий.

– И что это такое? – поинтересовался он.

– Дай развяжу, – вздохнула Мариса.

– Разрежь! – он показал взглядом на оставленный у дерева нож.

– Ну уж нет. Вон какая верёвка хорошая, смотри. Такая долго послужит, – она весело глянула на стиснувшего зубы рыжего и принялась аккуратно распутывать узлы.

При этом не спеша разъясняла своему лорду все непонятное – и что с ней случилось, и про защиту, и зачем она злила этого доброго невинного человека, который теперь сидел и уплетал их провизию…

Рыжий слушал внимательно. А получив свободу, кивнул и принялся обыскивать сумку и одежду разбойника. А Мариса аккуратно смотала веревку – и правда ведь, длинная, новая, крепкая. Такую никакой хозяин в здравом уме резать не станет!

Ивин понял, что не зря старался, когда обнаружил среди вещей разбойника несколько амулетов с цветными шнурками в кожаном мешочке-кошельке. Кошелек был без меток и тем более без гербов, но Ивин мог поспорить, что конкретно этот он видел в руках Льен. Это её кошелёк.

Льен?.. Не граф Фино?..

Это было жестокое для Ивина открытие. Он вообще мало кому верил, но Льен безусловно входила в это малое количество. Он знал её с детства. Она стала тем, кем стала, с помощью его отца. Они всегда, пусть по мелочам, но верно поддерживали друг друга. Теперь она его так обманула.

Или – что она сделала? Какова её цель? Могла бы их с Марисой обоих сдать графу, и давно – не сдала. Так что? Какую участь она им наметила?..

Судя по меткам-шнуркам на амулетах, один из них должен выключать память, другой был амулетом повиновения. Но лучше проверить. Нашёлся и лекарский амулет, лечить небольшие раны, ещё про два он не понял – не имел дело с такими метками, поэтому просто отложил. Когда-нибудь все пригодится.

Итак, память, повиновение и лечение. Почему Льен дала амулеты этим проходимцам? Кому следовало затереть память – ему, Ивину Монтери, или Марисе, у которой память и так повреждена?

Но зачем?!

Что ей нужно?

Злость Ивина трудно было описать словами.

Или за этим всем – вовсе не Льен?.. Или?..

– Говоришь, там кто-то в малине валяется? – он взглянул на Марису. – Пойду погляжу.

– Я с вами! – вскинулась она. – А то боюсь...

– Не бойся, я его сейчас свяжу, – успокоил он, имея в виду разбойника. – А то вдруг уйду, а он вылечится, ещё не хватало.

– Я за вас боюсь, – вздохнув, пояснила Мариса, – вы за каких-то три дня уже дважды… не пойми как живы остались! Лучше вы со мной.

Это тоже был неслабый пинок по самолюбию Ивина Монтери. Но заслуженный, пожалуй. Поэтому он стерпел, только глянул:

– Уговорила. Сейчас…

Разбойника он связал, тот сразу привалился к дереву и захрапел. Проверить бы его заклинанием на правдивость – но на это у Ивина в настоящее время не хватало сил. Все-таки быть слабым колдуном – постоянное разочарование. Всегда тянет шагнуть за пределы возможностей!

В малине они никого не нашли. Мариса не могла в это поверить!

– Кусты те самые, вот, смотрите, даже примятые и поломанные, – волновалась она. – И нога у него была вывернута, вы бы видели!

Ивин всё, что нужно, видел – и поломанные кусты, и следы на земле. И слабый след силы, что остался после разбойника. После амулетов такого не остаётся. Колдун, значит, и с лекарским даром, так что понятно, как сбежал! Но непонятно, почему не смог сопротивляться защите Марисы? Не ожидал такого от деревенской девки, расслабился? Но Льен знала и должна была предупредить…

Зато Ивин ощущал теперь знакомое покалывание в пальцах. Сила прибывала. Немного не вовремя, но и за это спасибо…

– Он сбежал, – пояснил он Марисе. – Пусть катится на все четыре. Идем быстрее обратно!

Теперь он был очень внимателен, хоть и торопился. Вернувшись на место, они обнаружили исчезновение сумки, в которой была провизия, и поглупевшего разбойника тоже не было – на его месте валялась разрезанная веревка.

Ивин только выругался сквозь зубы, помянув всех демонов этого леса, но на самом деле вздохнул с облегчением – остались целы лошади, деньги и документы, да и основная часть поклажи тоже, и главное – он не оставил Марису тут одну, она тоже цела и с ним. Наверное, разбойник поостерегся бы вновь связываться с Марисой, не понимая, что она такое. Но эта отважная могла сама ринуться в бой – с колдуном, который теперь был готов, и кто знает, что получилось бы на этот раз! Сбежали оба – пятку демона им под зад, хотя жаль, что не удалось их допросить.

– Пятку демона им под зад, – повторил он вслух. – А лучше копыто. Всё хорошо, Мариса. Собираемся и уезжаем.

Мариса делала всё быстро и молча. И когда продолжили путь – тоже молчала. И хорошо, потому что Ивин был теперь, как натянутая струна. Он слушал, щедро тратя свою пополнившуюся «копилку» – ему важно было знать, что их не преследуют.

И всё-таки Марисе молчать надоело, она заговорила:

– Что происходит, милорд? Кто были эти люди? Вы что-то знаете? Мне тоже надо понимать, что происходит!

– Некоторые вещи тебе не надо понимать, – небрежно бросил он в ответ, не слишком задумываясь.

Ему было не до любопытной Марисы.

И время потекло дальше в таком же молчании.

Глава 17. Поссориться, помириться.. расстаться?

К вечеру Ивин успел убедиться, что преследователей нет. Он развёл костёр, чтобы вскипятить чай, ужин