Они будут жить с нами - Амелия Борн

Кира и девочки появились на пороге его дома часа через два. Едва Коля открыл им, Вика и Маша переглянулись и уставились на него.

— Заходите, — устало проговорил он, и девочки тут же влетели в прихожую и начали носиться по квартире.

Странно, но именно это оживление показалось Николаю спасительным. Уродливое понимание, что сейчас он вынужден цепляться за такие вот моменты, чтобы только не сойти с ума от горечи одиночества, вызвало отвращение. Но ненадолго. Стоило только Кире зайти, внести сумки и, разувшись, тут же устремиться на кухню, как Коля вновь ухватился за новую реальность, в которой сквозили черты гротеска.

— Я поесть сготовлю… если ты не против, — сказала она, захлопотав у плиты.

Достала внушительную кастрюлю, налила воды, поставила на огонь.

— Не против, — отозвался Коля, прислонившись плечом к дверному косяку и наблюдая за Кирой.

Она выискала что-то в морозильнике, бросила в раковину и включила воду, чтобы то ли кусок курицы, то ли говядины быстрее растаял.

— Настька тебе, наверно, рассказала все… Я у Степана была. Это любовник мой, — начала Кира, бросив на Николая затравленно-опасливый взгляд.

Коля подобрался, но промолчал, давая ей возможность продолжать.

— Он как узнал, что я от тебя понесла — сначала все примириться пытался. Потом запил и нас погнал.

Николай нахмурился, стало тяжело стоять на ногах так долго. Он устроился за столом и теперь наблюдал за тем, как Кира перебирает в шкафчиках крупы. Какая-то мысль не давала ему покоя.

— Поздно он спохватился. Вика и Маша его, значит, не смущали? — хмыкнул он, когда молчание затянулось.

Кира сначала замерла, потом неспешно выключила воду и вытерла руки полотенцем, не глядя на Колю.

А он все понял… И вновь, что странно, совершенно не испытал по этому поводу никаких эмоций. Словно бы принимал молча и стойко все наказания, сколько бы их ни было.

— Ох… — вздохнула Кира, присаживаясь напротив. — Настя твоя все равно тебе рано или поздно скажет. Не твои они, Коль. Ни одна, ни вторая.

Вроде бы обо всем уже догадался сам, а брови помимо воли приподнялись. И ржать захотелось над собой. Ради этой бабенки ушлой сотворил с собой и самыми дорогими людьми такое, что не прощают.

— А этот? — кивнул он на живот Киры.

— Этот твой! — с жаром проговорила она. — Нужно будет — все анализы сделаю, какие скажешь.

Николай помотал головой. Как же чертовски он от этого устал.

— Решим потом, — проговорил он, поднимаясь. — Как жрать будет готово — позови.

Он поднялся из-за стола и пошел к себе в комнату. Здесь все тоже живо напоминало о Насте, несмотря на то, что уже давно было пропитано духом совсем иной жизни.

Квартира потихоньку наполнялась тем, что уже стало привычным. Запахом жирной пищи, в которую Кира наверняка опять бахнула половину бутылки масла, голосами Вики и Маши, которые спорили, какой канал смотреть по телевизору.

Все становилось таким, каким и должно было быть в жизни Николая. Дело было за малым — не свихнуться в этой старой новой реальности. И не получить еще один инфаркт, который наверняка его добьет.

Глава 52

— У меня к тебе серьезный разговор, — сказала Дарина, которая позвала меня в гости в один из тех дней, когда уже стало чувствоваться скорое приближение настоящей весны.

А может, причиной тому, что мне бесконечно хотелось улыбаться и наслаждаться погодой, даже если за окном морозный день, были мои отношения с Лариным.

Они только-только входили в тот период, когда каждая встреча вызывала какой-то совершенно непередаваемый восторг, смешанный со смущением, которому не оставалось места, как только мы добирались до постели. Странно, но я не помнила подобных ощущений, когда начала встречаться с Николаем. С бывшим теперь уже мужем у нас все происходило довольно ровно и даже спокойно. Зато теперь, когда я строила отношения с Олегом, мы оба (я видела, что и Ларин испытывает то же самое) наслаждались влюбленностью и хотели растянуть этот период надолго.

— Бояться или предвкушать? — приподняла я бровь, присаживаясь на диван, возле которого стоял по-девически накрытый столик.

Бутылка шампанского, фрукты, разломанная на дольки шоколадка.

— Предвкушать, — улыбнулась Дарина, правда, в улыбке этой мне почудились нотки грусти. — В общем, я продаю квартиру. Покупатели уже внесли залог. А после — уезжаю, — вдруг ошарашила она меня, когда я почти донесла до рта свой бокал.

Я смотрела на подругу, не понимая, о чем вообще речь. Да, у нее не получилось с Сашей, но мне показалось, что за последнее время Дарина вполне успокоилась по этому поводу. Или я была так увлечена своей жизнью, что ничего не замечала?

— Куда? — выдавила я из себя, отставляя шампанское.

Судя по новостям, праздновать нам было нечего.

— В небольшой городок на юге. — Она пожала плечами, как бы говоря, что ничего из ряда вон выходящего не случится. — Там и жилье дешевле и можно начать совершенно новую жизнь. В связи с чем у меня для тебя еще одна новость.

Она залпом выпила шампанское и, взяв виноградинку, закинула ее в рот.

— Ты, конечно, теперь у нас девушка крутого мужика, но все же нужно иметь что-то свое.

Теперь уже Дарина смотрела на меня с улыбкой — искренней и светлой. А я ровным счетом не понимала, к чему она клонит.

— Я хочу отдать тебе часть суммы от проданной квартиры. Не сейчас, но на днях, когда завершим сделку. Возьми ипотеку, у тебя есть отличная работа…

Она не договорила, когда я замотала головой с такой силой, что она начала кружиться.

— Дарина… — выдохнула, не веря тому, что слышу. — Для меня все это как гром среди ясного неба. Я не хочу, чтобы ты уезжала…

Сказала это и поняла: произношу те вещи, которые были эгоистичными настолько, что это тут же отразилось на лице подруги. Она поджала губы и сделала глубокий вдох.

— Я знаю, что мне тоже будет без тебя нелегко, но чувствую, что иначе не смогу. Мне нужна… перезагрузка. Знаешь, так бывает, когда подходишь к той черте, за которой должно начаться что-то новое, иначе попросту сдохнешь.

О, я прекрасно понимала, о чем она говорит. Сама только недавно прошла через подобное, потому слова Дарины живо откликались внутри. Но так горько было от осознания, что подруга уедет и мы не сможем видеться так же часто, как и раньше.

— Не грусти, — щелкнула она меня по носу. — У тебя вон жизнь в разгаре. Босс, наверно, скоро предложение сделает, — сказала