Берег. Свернуть горы - Юлия Крынская

— Однако. Не думала, кстати, что африканцы такие высокие.

— Суданцы в этом плане действительно отличаются от других,— согласился он.— Средний рост мужчины здесь метр восемьдесят пять. Это хорошая планка.

Эдвард взглянул на собеседницу.

— Что-то ты побледнела,— озабоченно проговорил он.— Нормально себя чувствуешь?

— Так. Укачало немного.

Эдвард достал таблетку и протянул ей.

— Выпей и приляг,— настоятельно порекомендовал он.— Положи голову мне на колени. Тебе будет легче.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍ Юля послушно приняла лекарство и, ссадив Маттиаса с рук, последовала совету. Обезьяна устроилась у ее ног, выставив задние лапы в окно. Горе-путешественнице действительно стало легче, и вскоре она задремала. Роберт оглянулся и с благодарностью посмотрел на отца. Тот приложил палец к губам. Фаррелл-младший повернулся обратно и продолжил обсуждать с Баггом, что можно будет предпринять для спасения Джерома и его жены.

Когда начало темнеть, они въехали в джунгли и остановились.

— Здесь неподалеку есть место, где можно заночевать,— Джонни пристально вглядывался в заросли.— Да, вот поворот.

Путники возрадовались, что наконец-то закончилась эта пытка под названием «суданская дорога». Роберт с Баггом несколько раз меняли друг друга за рулем. По счастью, на пути их никто не остановил, и они успели до темноты добраться намеченного ночлега. Роберт достал палатку, и мужчины принялись ее устанавливать. Юля вышла из машины: попрыгала, поприседала и покрутила головой, разминая шею. Оглядевшись, она почувствовала себя героиней сказок Киплинга, хотя он и мало писал про Африку. Но никакой другой писатель не шел больше на ум. Юля захотела немного углубиться в лес.

— Подожди,— окликнул ее Роберт,— возьми фонарик и, пожалуйста, не отходи далеко — ночные джунгли полны неожиданностей.

После этих слов у Юли пропало всякое желание уходить от машины, но тем не менее она пошла в заросли, светя себе фонариком под ноги и молясь, чтобы никто не прыгнул ей на голову.

Маттиас хотел отправиться за ней, но потом предпочел остаться с мужчинами.

Вскоре все было готово: палатка установлена, в костре весело потрескивали дрова, а над огнем жарились куски промаринованного мяса. Роберт откупорил бутылку красного вина и разлил по стаканам. Юля весь день наблюдала за ним и только диву давалась, насколько гармонично он вписывался в окружающую обстановку. Его ловкие движения, манера двигаться выказывали в нем истинного охотника. Багг дурачился с Маттиасом, а Эдвард полулежал с задумчивым видом у костра.

— Джонни, последи за мясом, пожалуйста,— Роберт вытер руки и вытянулся около Юли, которая сидела, обхватив колени.

— О чем задумалась, любимая?— он поцеловал ее в плечо.

— Джунгли наполнены диковинными звуками,— Юля удобно облокотилась на живот Роберта.— Такое ощущение порой, что где-то кого-то едят.

— Маленькая модель нашего мира,— усмехнулся Роберт, отпивая вино,— где тоже все время кто-то кого-то ест. Возможно, правда, несколько гротескная.

— Как люди живут здесь? Страшно до жути от одних лишь звуков,— она повернулась к Баггу.— Джонни, а эти Муны вообще чего-нибудь боятся?

— Пожалуй, только свое божество. Завтра, когда попробуем проникнуть в лагерь, увидишь там статую этого красавца. Считается, что у него есть помощница, Риана, карающая неугодных ему. Собственно, ее боятся еще больше. Ходят легенды, что, когда она является на землю, это означает, что на племя посылается очередная порция гнева.

— Помощница?— Юля в шутку вздохнула.— Ах, и здесь женщинам нет покоя. Забот у нее, можно подумать, других нет, как только карать этих несчастных дикарей, пока божество себе бока в астрале отлеживает.

Роберт рассмеялся и перевел Баггу Юлины слова.

— В точку,— улыбнулся он,— Их идол всегда изображается сидящим или лежащим, повернувшимся к людям спиной, а Риана стоит рядом, облаченная в шкуру зверя, и сверкает красными глазами.

— Почему красными? Вампиризм здесь в моде?

— Нет,— Багг снял мясо с огня,— просто Муны считают, что соратница божества способна испепелять взглядом. Поэтому, когда племя готовится к ежегодному ритуалу, то в глазницы ее глиняной фигуры вставляют раскаленные угольки и сжигают своих жертв заживо. Прошу отужинать.

— Какой ужас!— пробормотала Юля.

За трапезой говорили о завтрашнем проникновении в племя дикарей. Мужчины разговаривали на английском, а Юля пыталась понять, о чем они говорят, и у нее это уже немного получалось. Роберт нежно поглаживал ее по спине, а она, сорвав травинку, щекотала его лодыжку, выглядывавшую из-под брюк. Вскоре, отбросив растение, она коснулась его ноги рукой, с удовольствием ощущая горячую кожу возлюбленного, под мягкими волосами.

— Джу,— прошептал ей Фаррелл,— не буди во мне зверя, мы не одни.

Она рассмеялась, но руку не убрала.

— Предлагаю умыться и лечь спать. Завтра у нас будет очень непростой день,— приподнялся Роберт и обратился к Юле: — Принцесса, где хочешь спать: в палатке или в машине?

— В машине,— категорично отрезала она.— Надеюсь, туда не заползет никакой гад.

Роберт перевел.

— Значит, со мной,— рассмеялся Джонни,— потому что там всегда сплю я. И единственный гад, которого мы туда пустим, будет Маттиас.

Роберт кинул в Багга апельсином и сразу запустил вторым. Первый Джонни ловко перехватил, но следующий угодил ему в лоб.

— Похоже, ты перебрал с ромом,— Роберт встал и помог Юле подняться.— Как ни странно, я на тебя уже не сержусь. Начинаю привыкать к твоим шуткам. Но будь аккуратнее в выражениях.

— Простим его?— Юля встала на цыпочки, и обвив руками шею возлюбленного, чуть коснулась его губ.

— Куда же от него деваться? Стало быть, мы спим в машине.

— Неплохо бы искупаться,— вздохнула Юля.

Роберт переспросил у Джонни и, получив ответ, хохотнул, с укоризной взглянув на него.

— Позволь мне не переводить его слова,— он обнял ее за талию.— Просто потерпи до завтра. Джонни говорит, что по пути будет чистое глубокое озеро с водопадом. А пока тебе придется довольствоваться бутылкой с водой. Я пойду, приготовлю место для сна.