Диверсантка - Лия Шах

— Аааа!!! — орала я, торпедой мчась в сторону ближайшего источника воды. А потом поняла, что огонь не обжигает. — Ах ты дракон!!! — возопила я, и поверьте, прозвучало это лютым ругательством с моей-то интонацией.

— Это за расцарапанную спину. — с мрачным удовлетворением пояснил Сат, любуясь моей реакцией.

— Так вы и там сами были виноваты! Зачем заставили вас мыть? — согласитесь, мои возмущения вполне оправданы! — Вот если бы я так с вами поступила?!

— Так я же не против!!! — искренне наслаждаясь нашим забегом, заорал он. А наши члены экипажа молча продолжили заниматься своими делами, не проявляя никакого интереса к начальственным заскокам. — Твою мать!

Позади послышался грохот и вопль начальника, и я резко затормозила и обернулась на звук. Господин заместитель главнокомандующего лежал на полу коридора эсминца и зажимал рукой разбитый об пол нос. Он медленно, очень угрожающе сел на пол и поднял взгляд на стоящего рядом с ним.

А рядом стоял страус с оттопыренной для подножки ногой.

— Спасибо, Рауль. Я потом за тебя отомщу. — с искренней признательностью сказала я, упершись руками в колени и пытаясь отдышаться. Бегать и спорить — это вам не хухры-мухры.

Рауль хлопнул глазами с длиннющими ресницами, посмотрел на мрачную окровавленную физиономию Сата, что-то прикинул в своем птичьем уме, и с громким курлыканьем, высоко задирая ноги, помчался по коридору прочь от зажигающего в руке огненный шар пирата.

— Суп будет. — изрек он и запустил снаряд по коридору.

Все воины, что были еще в коридоре, моментально попадали на пол и прикрыли голову руками, а вот страус выкинул такой финт, что у босса рот открылся от изумления, а меня пробило на дикий ржач.

Когда шар подлетал к заду птицы, тот просто подпрыгнул на месте, пропуская его под собой.

Вот вам и низкий уровень интеллекта, господа знатоки.

Аккуратно, бочком подошла к боссу и присела рядом с ним на пол. Эк его приложило, спасибо птичке, сама бы я долго еще не решилась так его разукрасить.

— Держите, господин адмирал. — вздохнув, протянула я ему носовой платок. Он его принял и кинул на меня раздраженный взгляд.

— Как тебе удается так уважительно ко мне обращаться, что это выглядит изощренным издевательством? — вытирая кровь с лица, спросил он.

Как-как… Путем долгих тренировок на Викторе.

— Вы предпочитаете другое обращение? — насмешливо подняв бровь, поинтересовалась я. Да, я просто зайка, ни слова против. Чудо, а не помощница.

— Да. Запуганное и почтительное. — мрачно оповестил меня он, опираясь спиной о стену.

Это как вообще? О! Придумала!

— О, Владыка!!! — испуганно завопила я и бухнулась лбом об пол.

Согласитесь, весьма экстравагантно будет так приветствовать его каждый раз? А если при всей команде? А если еще и начальство его увидит? Позора же не оберется. Но, как говорится, бойтесь своих желаний. Он и испугался. Дернулся в сторону от припадочной меня, стукнулся затылком о стену и снова зашипел, а я умилилась — утюжок ты мой белобрысенький, так забавно шипишь. Ну вот почему я каждый раз забываю, что он — мой враг? Все эти дурачества были бы уместны рядом с друзьями, но не как не с Королем пиратов. Разум все понимает, а душа творит, что хочет.

— Так. Я передумал. Возвращаемся к старому формату общения. — приказал он, вставая с пола и одним движением вздергивая меня на ноги.

— Так точно, господин адмирал. — ухмыльнулась я, а он раздраженно поморщился.

— Чудно. А теперь работать. — зажимая нос платком, сказал он и двинулся по коридору в сторону нашего кабинета.

Там мы снова занялись каждый своими делами, время от времени перебрасываясь рабочими фразами. Удивительно, но в том, что касается дел мы очень быстро нашли общий язык и подстроились друг под друга. Если бы мне не нужно было бежать отсюда, то думаю, что мы бы прекрасно с ним сработались. Сат оказался не только вспыльчивым и импульсивным, но и умным, проницательным, прекрасно разбирающимся во всех аспектах военного дела, прекрасным руководителем, отменным стратегом, харизматичным лидером, обаятельным засранцем и что-то меня не туда понесло.

— Нужен перерыв, босс. — решительно поднимаясь с места, сказала я. А то неизвестно в какие дебри я зайду с такими размышлениями. Нет уж, для меня все должно быть предельно ясно. Он — пират, а я полковник. И симпатиям тут не место.

— Кому? — рассеянно спросил он, поднимая голову от планшета.

— Всем. — и взяв его за руку утянула в коридор. — Разомнемся и сок попьем. Любите сок?

А босс мой что-то совсем притих. Не рычит на меня, не скалится, не пытается гадости какой-то сделать. Даже руку не вырывает, послушно идя следом за мной. Такой большой, и на снежного барса похож. В зеленых глазах больше нет агрессии, он просто смотрит на меня. И что-то под таким его взглядом мне совсем не хочется ерничать.

Наверно он заболел.

— Нет. Кофе люблю. — ответил он.

— Зря. Горькая вредная гадость, а здоровье надо беречь. На нашей работе и так слишком много риска, так что самим себя гробить совсем не стоит. — со знанием дела начала я учить босса здоровому образу жизни. А что? Спортом мы уже занялись, бегаем регулярно, питаемся тоже сбалансированно, а вот кофе очень вреден. — То ли дело сок. Вкусный, сладкий, очень приятный. С витаминками даже.

И так я размечталась о стаканчике виноградного сока, что даже зажмурилась, предвкушая удовольствие. А когда открыла глаза заметила, что начальник совсем перестал смотреть себе под ноги, вовсю пялясь на мое лицо. Еще и руку крепче сжал.

— Пусть будет сок. — хрипло отозвался он, и вот тут случилось страшное. Хрипотца эта была до того интимная, что я покраснела. Честно! Как малолетка! Я и так в последнее время веду себя далеко не как нормальная взрослая баба, но это просто за гранью добра и зла. Отвернувшись, ускорила шаг, ничего не говоря в ответ. Позор тебе, Стрельцова, на твою седую голову. Вспомнила бабка, как девкой была.

Еще и Алексу голову морочить собралась. Забыла что ли как от тебя даже самые пылкие возлюбленные бежали, едва познакомившись с твоим расчудесным характером? За симпатичной мордашкой долго чертей не спрячешь. Остряк тебя знает всего несколько часов, а что ты представляешь из себя в бытовой жизни… Может лучше остаться в его памяти светлым воспоминанием?

От этой мысли на лице появилась слабая горькая улыбка. Люди не