Не ври мне - Сагара Люкс

— Натан привёл к нам гостью. Дорогая, познакомься с Домиником, братом Натана, и их отец Невилл.

Миранда была простодушной девушкой, она не могла не покраснеть, как только отец встал, чтобы пожать ей руку, и не сумела скрыть, что уже знакома с Домиником.

Мы с ним обменялись долгими взглядами, затем мама разрядила напряжение шуткой и пригласила всех сесть за стол. Я сел рядом с Мирандой, которая, очевидно, стала любимой мишенью любой дискуссии. Последним Блэром, который привёл в дом женщину, всегда был я, с Шанталь. Тогда я был молодым выпускником, который начинал работать в своей собственной фирме. Однако теперь всё было по-другому. Сложнее.

— Миранда, чем ты зарабатываешь на жизнь? — спросил отец, положив салфетку на колени.

Прежде чем ответить, Миранда освежила рот.

— Я музыкант.

Надменный Невилл Блэр бросил на меня взгляд. Я знал, о чём он думает: ещё один художник. Ещё один идеалист, с которым я никогда не сумею найти общий язык. Шанталь была декоратором интерьеров, она ему сразу не нравилась. И как только отец узнал, что мы расстались, то прислал мне ящик вина. Неудивительно, что я начал пить, правда, сваливать всю вину на него было бы неприлично. Виной всему была наша семья, текущая в наших жилах кровь, и секреты, которые мы прятали.

— В этом году Миранда давала сольные концерты в Театре де ла Вилль, — пробормотал Доминик, — вообще-то, она также должна была принять участие в серии концертов в Большом театре в Москве с Парижским оркестром, но как видно, не сделала этого. Кстати, почему ты не поехала?

— Ради любви, Доминик, — сказал я, беря бразды правления разговором в свои руки, — она влюбилась в меня и решила не уезжать.

Мне достаточно было случайно коснуться её руки, чтобы убедиться, в какой она ярости и насколько незащищённой чувствовала себя, пока я обнажал её сердце. Миранда находилась в незнакомом доме и была предметом разговоров людей, которых она никогда не видела, но которые могли её уничтожить. Мой отец был в шаге от того, чтобы стать сенатором, и был довольно известным адвокатом. Большинство моих клиентов я унаследовал от него.

— На каком инструменте ты играешь, моя дорогая? — пришла ей на помощь Маргарет.

Миранда несколько раз вздохнула, прежде чем ответить.

Затем последовали новые вопросы, новые взгляды, пока обед не закончился и не пришло время убирать со стола. Миранда предложила Маргарет помощь и последовала за ней на кухню. Отец направился к барному шкафу за виски, а Доминик протянул мне сигарету, приглашая следовать за ним на террасу. Прекрасный повод побыть в одиночестве некоторое время. Я отказался, хотя мне очень хотелось курить, потому что нам нечего было сказать друг другу.

Я последовал за отцом в гостиную и сел на диван напротив кресла, куда садился обычно он. Я наблюдал, как по глотку за раз Невилл поглощает свой виски — и свою жизнь. Отец тоже любил выпить, как и я. Только в отличие от меня он гораздо лучше скрывал последствия своего пьянства.

— Как Шанталь? — жестоко спросил он.

Я не дал себя запугать. Я был уже не мальчиком, а мужчиной.

— Предполагаю, она такая же, как и в последний раз, когда я её видел, три года назад.

— Она даст тебе развод?

— Понятия не имею.

— Должен ли я напомнить тебе, что юридически ты всё ещё женат?

— Для меня и Миранды — это не проблема.

Невилл Блэр закурил сигарету. Нас с Домиником заставляли курить на террасе, в то время как для него не существовало никаких правил. Он пил, курил и обращался со всеми как с козлами отпущения. Он смотрел на нас сверху вниз. Невилл доминировал над нами, над каждым по-своему.

— Ты мог бы построить для себя прекрасную жизнь, но вместо этого ты всегда довольствуешься лишь объедками.

Я вздёрнул подбородок и посмотрел на него с презрением. Миранда и Шанталь были для него объедками. Даже те клиенты, которых мне удалось найти для себя: никто никогда не мог сравниться с ним, даже моя мать, которая происходила из одной из самых старинных и выдающихся семей во всей Франции. Маргарет была единственной, кому удалось спастись, но только потому, что она никогда не осмеливалась противоречить ему. Потому что слишком его боялась.

— Я думал, мы уже прояснили этот момент. Моя жизнь, мой выбор.

— О, конечно, — он смеялся надо мной. Невилл скользнул зубами по сигарете, словно хотел сломать. — И куда привёл тебя этот выбор? В парламент или на руины?

— Пойти в политику было твоей мечтой, а не моей.

— Ты плоский человек, Натан. Без амбиций и без хребта. Иногда я думаю, действительно ли ты мой сын…

Это была последняя капля. Я встал и застегнул пиджак. — Возвращение было ошибкой.

— Привезти её было ошибкой, — намекнул он, повернувшись в сторону Миранды. Затем он посмотрел на Доминика через французские двери. Взгляд отца стал тёмным, зловещим. — Не думай, что я не понял, почему ты это сделал.

— Доминик не имеет к этому никакого отношения.

— Да, конечно, — Невилл Блэр улыбнулся, леденя кровь в моих жилах, — ты сделал это, чтобы наладить отношения.

— Я… — я вовремя остановился, прежде чем сказать то, чего даже сам не осознавал до конца и о чём, несомненно, пожалел бы.

«Я сделал это для неё».

Я повернулся к отцу спиной и подошёл к Миранде. Взял её за руку и повёл прочь, не дав ей времени ни с кем попрощаться. Она пыталась воспротивиться, но я оставался непреклонным. В семье Блэр не было места для меня, как и для неё. То, что произошло с Шанталь, должно было стать для меня предупреждением. Я должен был знать, что вечер станет полным провалом, но в тот момент, когда Миранда бросила мне вызов перевести наши отношения на другой уровень, я не смог отступить.

— Что случилось? — спросила она, садясь в машину, — почему мы так быстро ушли?

Я замер на несколько мгновений, вцепившись пальцами в руль и выжимая ногой сцепление. Я был зол, напряжён. На взводе. У меня было огромное желание что-нибудь сломать и в то же время исчезнуть навсегда.

— Натан, — снова позвала меня Миранда. Она была обеспокоена или, может быть, напугана. Я тоже, но не из-за ситуации. Проблема заключалась в буре эмоций,